Екатерина Лесина – Очень древнее Зло (страница 113)
За шею, наверное, держать удобнее.
— Жаль, силенок в тебе почти не осталось, — оно облизнулось. — И этот… оскорбится… но сам виноват. Ты и он. И она тоже. Всегда виноваты только люди.
— А ты… кто ты?
— Тебе еще не все равно?
— Нет.
Он выдержал взгляд. И даже безумие в нем не заставило отвернуться.
— Что ты такое?
— Сама не знаю, — сказало существо. — Но… я голодна. А в тебе еще остались крохи силы…
— Я могу взять еще. Я знаю где взять силу. Тогда будет больше.
План.
Безумный план. И не имеющий шансов на успех.
Но тварь заинтересовалась.
— Ловушка?
— Не для тебя. Для меня. Я… ведь… Повелитель Тьмы… буду… когда вырасту.
Смешок. Ему не позволят вырасти.
Но Ричард держится. И смотрит в глаза. Нежить почему-то не любит, когда кто-то смотрит ей в глаза. Может, потому что так можно заметить истинную сущность?
— Я могу брать силу… из тьмы… больше тьмы, больше силы… а ты… ты просто будешь рядом. И убивать не обязательно.
Голос дрогнул.
И тварь осклабилась. Правильно. Она думает, что Ричарду страшно. И да, ему страшно. Правда. И это хорошо. Нежить чует… в том числе и ложь.
— Думаешь выторговать себе жизнь?
— Надеюсь. Мы ведь можем вместе… ты и я… во мне есть сила. А у отца её больше. И… и если осторожно… не сразу. Ты выпьешь меня, и он уверится, что ты — не мама. Он уже сомневается. Ты это знаешь. А вот если мы вдвоем…
— Маленький гаденыш.
Его беда в том, что он маленький. И глупый. И… столько всего натворил.
— Что нужно?
— Зеркало. Здесь есть зеркало… которое… нужно… нужно посмотреть. Ты ведь любишь зеркала.
Тварь оскалилась и в какой-то момент показалось, что она не выдержит. Что…
— Мне, — поправился Ричард. — Это не простое зеркало. Оно связано… с чем-то связано. Главное, что когда я смотрю в него, я вижу тьму. И беру из неё силы.
— Где?
— Здесь. В библиотеке. Недалеко.
Его не выпустили, пусть и держали не за шею, а за руку. И остановились в трех шагах. Поверхность зеркала была затянута тьмой, словно дегтем.
— Ты…
— Отпусти, — сказал Ричард и получилось почти спокойно. — Я все равно никуда не денусь. И ты это знаешь.
Она зашипела.
Но руку убрала. Осталась рядом. Пускай. Это… это не важно.
Ричард сделал шаг. И еще. От зеркала тянуло пустотой и… и он коснулся рамы.
— Ты здесь…
Она всегда была там. И отзывалась легко. Но сейчас тьма осталась неподвижна. Ну же… что ей стоит… или… она говорила, что сил почти не осталось, что даже у демонов есть срок. И Ричард помогал.
Силой.
Поэтому он и ослаб. Если бы одна тварь… а тварь и демон — это слишком много. Но… но что делать? Ему нужна помощь!
— Если ты не появишься, она меня убьет, — сказал он и получилось до отвращения жалко. И еще, кажется, он того и гляди разревется. — Пожалуйста…
Тварь ждет.
А зеркало молчит. И…
Что делать?
Хотя… он знает. Рука сама потянулась к поясу.
— Так надо, — Ричард сумел сказать жестко, почти как отец. Хотя, конечно, отец в жизни бы не вляпался в подобное.
Клинок.
И холод стали. Прикосновение к ладони. Больно. Но это хорошо, с болью приходит ясность ума. И тварь подается вперед.
— Это не для тебя, — Ричард не стал оборачиваться. Он прижал руку к стеклу, и кровь покатилась, чтобы увязнуть. Капля за каплей. И тьма пришла в движение. — Ты слышишь меня… ты же слышишь меня…
Тьма расступалась неохотно.
А та, что сидела по ту сторону зеркала, плакала. Крупные слезы катились по щекам, по белой коже, по золотым узорам, что украшали её. Правда, узоры поблекли, но все одно были.
— Он умирает, — сказала она, поднимая младенца. — Он… умирает.
— Прости.
— Он… умирает…
Демоны все-таки умеют плакать. И боль они ощущают.
— Что я могу сделать?
Действительно. Что может сделать мальчишка, который и сам едва жив. И тварь за спиной. И… тварь шипит, отступая.
— Ты и сам скоро умрешь, — слезы высыхают, а младенец исчезает внутри тела демона. Так уже было. И почему-то это исчезновение кажется почти естественным.
— Да. Наверное. И… получается, что все зря?
А ведь Ричард надеялся. Очень. И демон… демоны ведь могучи, особенно древние. И способны повелевать всякими тварями. И…
Она молча протянула руку. И Ричард положил свою на стекло.
— А ты снова вырос… — сказала демоница. — Почти уже одинаковая…
— Отец говорит, что я мелкий…
— Что он понимает.
Ричард промолчал.
— Он умирает… и ты тоже… я не хочу так! — её крик даже сквозь стекло заставил тварь отпрянуть. Она изогнулась, зашипела и… убралась.