Екатерина Лесина – Драконья кровь (страница 28)

Стал злым.

Цепким.

- Джорджина. Это экономка Эшби. Кажется, именно тогда начали говорить, что дом проклят. Но на деле все просто. У нее было больное сердце. Она дважды в год отправлялась в Тампеску, да и на море ее Станислав отсылал… Клайв остался сиротой. Но Станислав его не бросил.

Еще один мальчик, чье лицо кажется знакомым. И Милдред отбрасывает страницы альбома назад.

- Нет, он не ходил в школу. Я говорила? Нет? К сожалению, его матушка была из тех, кто слишком большое значение придавал религии. Она боялась, что здесь мальчика научат дурному. Я пробовала поговорить и с ней, и со Станиславом, но безрезультатно. Меня она считала развязной девицей, которая пришла, чтобы совратить юные души, а Станислав просто не стал разжигать конфликт. Сказал, что в его доме достаточно книг, чтобы выучить одного юного олуха. Или двух.

Мисс Уильямс вновь улыбнулась.

- У него и вправду великолепная библиотека. А уж то, что касается семейного архива… знаю, ему периодически приходили запросы, просьбы предоставить доступ или сделать копию. Его предки были свидетелями многих событий, хотя Станислав и утверждал, что они предпочитали оставаться в стороне, но все же… все же источники.

И неплохо было бы с этими источниками ознакомиться.

- Одно время даже я горела желанием написать книгу. Это ведь так увлекательно, древний род, его тайны… но… как-то оно не вышло.

- Запретили?

- Нет, - мисс Уильямс махнула руками. – Как-то само… понимаете, я одна, а детей много. И сначала я была только учителем, а потом… у них простые родители, которые любят своих детей, но не настолько, чтобы их слушать. И они стали приходить ко мне. Не все, конечно, но многие… просить совета. Доверять свои секреты… какие это были глупости с точки зрения взрослого человека, но для них не было ничего важнее. И я старалась. Как умела. Я хотела стать кем-то, кто нужен этому месту. И этим детям. Возможно, потому что мне было отказано в праве на своих.

Вздох.

- А это?

Милдред перевернула последнюю страницу. Паренек в темном костюме жался к стене, будто надеясь сродниться с ней.

- Гевин, тогда еще он только-только в городе появился. Дикий запуганный мальчик. Точнее не мальчик по возрасту, но по уму – сущее дитя. Оллгрим взял его под свою руку. Привел ко мне, чтобы читать научила.

Парень выглядел вполне взрослым.

- Он…

- Не умел ни читать, ни писать. Он мало говорил о себе, но было понятно, что жизнь его не слишком жаловала. Ему явно приходилось голодать. И бродяжничал он долго. Но учиться он хотел. Редко человек усваивает информацию с такой скоростью. Вскоре мое участие заключалось лишь в книгах, которые я передавала через Оллгрима. Из парня вышел отличный егерь. Насколько я знаю.

Мисс Уильямс взяла альбом из рук Милдред.

- К сожалению, это все, что осталось… говорю же, год был на редкость неудачным. Многое сгорело с лабораторией. А вы пейте чай. Отличное средство от головной боли. Проверено.

Чай и вправду был хорош.

А в мотеле Милдред ждали розы.

Много роз. Таз, в котором плавали темные, будто на крови выращенные, цветы и еще кое-что. Милдред увидела искру золота. И отстранила Луку, который молча попытался задвинуть ее за спину.

Она протянула руку.

Коснулась цветка, оказавшегося на удивление мягким, шелковистым. Теплой воды, у которой уже появился затхлый аромат. Она дотянулась до дна и подцепила золотую нить. Вытащила ее и кулон в виде сердечка.

Кулон качнулся влево.

Вправо.

И замер, стряхнув прозрачную каплю воды. Он, потерянный вместе с Элли, был здесь, рядом и…

- Знаешь, - Милдред нашла в себе силы улыбнуться. – Кажется, меня узнал не только шериф.

Глава 11

Глава 11

Томас шел первым.

Быстро шел. У меня появилось ощущение, что он бы и на бег сорвался, спеша избавиться то ли от меня, то ли от памяти своей, то ли от всего и разом. Но сдерживался. Он вежливый.

Воспитанный.

И поэтому возникло поганое желание врезать ему.

Вот взять палку и приложить по светлой макушке, чтоб и внутри просветление наступило. Но я молчала. До самого дома молчала.

А он вдруг остановился.

Развернулся на пятках и сказал:

- Здесь я тебя не оставлю.

Я даже не сразу поняла, почему. Но кивнула. С мужчинами, которые говорят вот так, спорить не след. С мужчинами вообще не стоит спорить.

Я и шаг назад сделала.

- Уна? – выражение его лица тотчас изменилось. – Уна, все хорошо. Мы его найдем и…

А я вспомнила про розу.

- Давай я отведу тебя к матери? Пусть вы и не слишком ладите, но от Эшби лучше держаться подальше, но ты ведь не послушаешь?

Я покачала головой.

Не послушаю.

- Я лучше к драконам, - сказала, глядя в сторону, потому что смотреть на лицо Томаса было страшно. Вдруг да увижу что-то донельзя знакомое.

Предвкушение.

Ожидание.

Азарт.

Билли был очень азартным человеком. И не важно, в карты он играл или со мной. Главное, что со временем я научилась предугадывать настроение. Иногда и удар. Порой даже получалось увернуться  от первого, и тогда Билли радовался.

Игра могла продолжаться.

Томас сделал шаг навстречу.

- Я… должен буду рассказать. Ты же понимаешь? И… я должен был сразу кого-то вызвать. И вообще…

- Достанется?

Билли нет.

Если повторять это про себя часто, раз за разом, когда-нибудь я поверю. Не разумом, разумом я все давно уже осознала, но телом. С телом управиться куда сложнее.

И может быть, тогда перестану бояться.

И даже подумаю, что другие мужчины не обязательно будут такими, как Билли.

- Достанется, - согласился Томас. – Будет чудо, если не отстранят. Впрочем… я уволюсь, если что.

- И куда?

- Сюда. Пойду вот в егеря. Сама сказала, что они всегда нужны.

Дышать я научилась давно, даже когда страшно. Более того, если всецело сосредоточиться на дыхании, то страх отступал. Только вот раньше у меня не возникало желания расплакаться. И тем более, сделать это, уткнувшись носом в ненадежное мужское плечо.

- Я Оллгриму скажу. Он тебя научит.

- Вот видишь. Перспектива имеется… или к шерифу попрошусь.