Екатерина Лавина – Цветы с ароматом жестокости 3 (страница 3)

– А я говорю не про Дугласа, я говорю про тебя! Начни сама. Если нужны будут деньги на раскрутку или помощь сторонних специалистов, я найду их для тебя.

Роза уже думала об этом, но ее одолевали сомнения, потянет ли она в одиночку этот бизнес, где есть масса нюансов.

– Просто попробуй! – настаивала Виолетта. – Если ничего не выйдет, оставишь эту затею. Зато ты перестанешь изводить себя тревожными мыслями.

– Пожалуй, ты права. А, знаешь, Виолетта, ты прямо благодетель – готова помочь устроить жизнь всем, кроме себя.

– Вовсе нет, свою жизнь я тоже устраиваю, только, в отличии от всех вас, не говорю об этом, а просто работаю. Мои достижения не видны вам, они сосредоточены внутри корпорации…

– Я не об этом, – перебила сестру Роза. – Альберт так сильно к тебе тянется, кажется, он готов на все ради тебя, но ты почему-то ты его отталкиваешь…

– Не хочу об этом разговаривать, – нахмурилась Виолетта, и чтобы закончить этот разговор, собралось уже уйти, но Роза ее остановила.

– Знаешь, что я поняла, когда потеряла Мина?

Виолетта остановилась, но не повернулась лицом к сестре.

– Поняла, что была дурой, вместо того, чтобы использовать каждую минуту, которую мы могли быть вместе, я теряла время на сомнения, домыслы, попытки отвергнуть Мина… Если бы можно было вернуть то время, я бы предпочла провести его иначе… я бы наслаждалась каждым мгновением, я бы растворялась в нем без остатка…

– Случилось, что случилось, – прервала ее рассуждения Виолетта. – Я не могу позволить себе раствориться в ком-то, мне нужно быть собранной и целеустремленной, чтобы добиться всего, что я хочу. Альберт требует от меня слишком многого, он жаждет моего внимания всецело, а я так не могу…

– А, может, ты размениваешь себя не на то? Смотри, чтобы потом тебе не пришлось жалеть, как пожалела я.

– Со мной такого точно не произойдет, – самоуверенно бросила Виолетта. – Это случайно не Альберт попросил тебя со мной поговорить?

– Нет, Альберт меня ни о чем не просил, но мне самой хочется помочь ему, вернее вам…

– Ты просто хочешь как-то его отблагодарить за то, что он помогает тебе в поиске новой информации о Мине.

– Может и так, я предлагала ему поговорить с тобой, но Альберт наотрез отказался от моей помощи.

– Что же он сказал? – с любопытством спросила Виолетта.

– Сказал, это бессмысленно – Виолетту нельзя переубедить.

– А ты что? – усмехнулась Виолетта.

– А я сказала, что ты не такая уж упрямая, что хочешь казаться всесильной, но на самом деле, в глубине души ты очень добрый и сопереживающий человек. Я ему напомнила, что ты добровольно согласилась жить с Игнатом Угримовичем и терпеть его психозы, чтобы помочь.

Виолетта самодовольно улыбнулась.

– Но Альберт в это не верит, он считает, ты помогаешь дяде только ради будущей карьеры.

– Хм, – промычала Виолетта.

– Но ты не переживай, я его убедила, что ты любишь дядю, помогаешь ему, поддерживаешь. Может, корыстный умысел у тебя и есть, но он далеко не на первом месте. Ведь я права?

Виолетта нерешительно кивнула.

– Извини, Роза, мне нужно проверить дядю, наверняка его психоз уже закончился, – сказала Виолетта и поспешила уйти.

Виолетта вернулась к комнате Игната Угримовича. Теперь грохот стих и за дверью не было слышно ни звука.

– Дядя, – тихонько постучала Виолетта в дверь.

Он не отвечал.

– Можно войти?

За дверью была тишина.

Виолетта тихонько опустила ручку и приоткрыла дверь. Увиденное ее расстроило – опрокинутая мебель, валяющийся на полу вырванный карниз, обломки, рассыпанные по всему полу. Дяди в комнате уже не было. Виолетта вздохнула и подняла с пола его записную книжку.

– Как обидно, такой умный и талантливый человек отравляет сам себе жизнь, – задумчиво сказала она, и собиралась было уйти, как увидела в дверях Ольгу Никитичну. На ней не было лица, она стояла бледная и изумленная.

– Не переживайте, сейчас я отдам заказ мебельщикам и через пару дней в комнате будет стоять новая мебель, – поспешила подбодрить ее Виолетта.

– Мне нравилась эта мебель и мой туалетный столик, – со слезами на глазах ответила Ольга Никитична. – Я не успеваю привыкнуть к обстановке, как Игнат все рушит и заказывает новую. Это невозможно!

– Не расстраивайтесь по пустякам, в вашем положении нужно беречь себя от негативных эмоций.

Ольга Никитична опустила взгляд на свой живот и аккуратно стала его поглаживать.

– Вы расстроены не из-за разрушений, вас тревожит что-то другое, – заметила Виолетта, настороженно глядя на Ольгу Никитичну.

Та ничего не отвечала, продолжая гладить свой живот.

– Расскажите о вашей проблеме, может, я смогу помочь, – предложила Виолетта.

– Все мои проблемы решает Игнат, тебе не стоит в это влезать, – довольно резко ответила Ольга Никитична и вышла из комнаты.

– А где дядя? Вы не знаете, куда он ушел? – крикнула Виолетта ей вслед.

– Не знаю. Он мне не сообщает о своих планах и не слушает моих советов, а стоило бы…, – буркнула Ольга Никитична.

Не успела скрыться из вида Ольга Никитична, как в дверях показалась Диодора. Домработницу, казалось, совсем не удивили новые разрушения.

– Виолетта, весь алкоголь я собрала, проверила каждый шкаф, больше в доме нет ни бутылки. Можешь убирать, – отчиталась Диодора.

– Спасибо, сейчас займусь этим вопросом.

Решительным шагом Виолетта зашла на кухню и посмотрела на огромный деревянный ящик, наполненный бутылками. Поднять такую тяжесть мог бы, разве что, сильный мужчина, а лучше два. Конечно, можно было бы позвать на помощь охранников, но Виолетта решила временно поставить бутылки в цветочную комнату, где в обильных зарослях их точно никто не обнаружит, тем более, о существовании этой комнаты мало кто знал. Из прислуги там довелось побывать лишь Диодоре.

«Справлюсь сама», – решила Виолетта и достала несколько плотных пакетов из ящика. Она пересчитала все бутылки и решила, что, неся по четыре бутылки в двух пакетах, она перенесет все содержимое ящика за шесть ходок. Загрузив первые два пакета, она взяла их в руки и направилась в цветочную комнату. Виолетта быстро поднялась по лестнице на второй этаж и пошла по коридору. Привычным маршрутом она поворачивала то вправо, то влево, виляя по длинному и извилистому коридору. По дороге Виолетта разглядывала растения, многие из которых уже давно пора было бы подрезать. Их ветви отросли и мешали нормальному проходу, норовя залезть в лицо или зацепиться за волосы. «Надо сказать садовникам, чтобы все тут подрезали», – думала про себя Виолетта, постоянно нагибаясь и перешагивая через ветви. «Дядя совсем не следит за своими джунглями. Все обросло. Скоро тут невозможно будет пройти».

Наконец-то показался тупик, который теперь было не узнать из-за слишком бурной растительности. Дверь в цветочную комнату так сильно заросла, что Виолетта засомневалась, сможет ли она ее открыть без помощи секатора. «Видимо, садовники сюда давным-давно не ходят, а раньше это была любимая комната дяди, он бывал в ней каждый день», – думала Виолетта, раздвигая руками растения, в попытке очистить вход. Показалась стеклянная толстая дверь, через которую в коридор стал просачиваться дневной свет. Но тут Виолетта отодвинула толстый стебель, а вместе с ним отодвинулся и весь «ковер» из свисающих растений, которые плотно вились друг по другу.

– Надо же, как шторка, – усмехнулась Виолетта, рассматривая, как интересно кто-то завуалировал вход. – Выходит, садовники сюда все же доходят.

Она повернула ручку, но та оказалась закрытой.

«Странно, а раньше цветочная комната всегда была открыта», – подумала Виолетта, глядя через стекло внутрь. За дверью все, как и прежде, было зелено от пышной растительности.

Виолетта огляделась по сторонам. «Наверное, где-то здесь спрятан ключ, не идти же обратно, если забыл его взять». Она стала раздвигать стебли растений, которые были по обе стороны от двери, но за ними виднелась лишь стеклянная стена. «Очень странно. Все это очень странно…», – крутилось у нее в голове. Наконец-то рука Виолетты нащупала что-то металлическое высоко на стене. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы кончиками пальцев раздвинуть листву. Металлическая панель с кодовым замком была вмонтирована очень высоко, поэтому до кнопок Виолетта едва дотягивалась. «Сделано под рост дяди», – догадалась она. Такой сложный доступ к цветочной комнате интриговал и настораживал одновременно. «Что же ты там скрываешь?», – думала Виолетта, закусывая нижнюю губу. Вся эта таинственность ее всерьез раззадорила.

– Код, код…, – шептала Виолетта, напряженно перебирая в голове памятные события из жизни своего дяди.

В первую очередь она ввела дату его рождения, но конечно, Игнат Угримович не стал бы устанавливать настолько простую комбинацию. Затем, она ввела дату своего рождения, потом день рождения отца, Розы, бабы Жени, своих братьев … все не подходило.

«О чем же он думал, устанавливая код?». Виолетта ввела дату подписания важного для корпорации договора – не подошло.

– Хм, – промычала она, раззадорившись еще сильнее. – Думай, думай…

«Ольга Никитична!», – догадалась Виолетта, вспоминая день ее рождения. Она ввела дату, но код снова был неверным.

«Я стал таким же, как мой отец. Нет, я еще хуже…», – вспоминала Виолетта слова своего дяди в моменты его психоза.

Она держалась за голову, пытаясь вспомнить дату рождения своего дедушки.