Екатерина Кузярина – Сиреневый прожектор. Психологический триллер (страница 4)

По дороге Оля вспомнила вчерашний разговор за обедом, и на душе сразу стало тепло. Она давно не ловила себя на мысли, что о ней кто-то может беспокоиться. Когда-то с этой ролью неплохо справлялись ее родители, пока не объявили о своем неожиданном переезде заграницу на пмж. Мол, они об этом мечтали уже много лет, но родительский долг и повышенная ответственность не позволяли им даже думать об этом. «Теперь ты уже взрослая, Оленька, и тебе пора устраивать свою жизнь. А мы, пока есть силы, хотим исполнить свою давнюю мечту и успеть пожить для себя», – прозвучало однажды, как обухом по голове. Они обещали звонить каждые выходные, и свое обещание сдержали. Мама с трепетом спрашивала о здоровье и сытости Оли, а отец интересовался, как дочь справляется с газовым котлом, есть ли тяга и не холодно ли в доме. Девушка щебетала в трубку, воодушевленно рассказывая последние новости, а прощалась всегда с легкой грустью в голосе. Теперь она жила одна в некогда родительском гнезде. И надо сказать, неплохо справлялась как с женскими, так и с мужскими обязанностями. Правда, она не признавалась отцу, что с котлом помогал ей Колян – он единственный, кто из окружения Оли разбирался в этом нелегком деле…

Девушка припарковалась, как обычно, возле центрального торгового центра Утроречинска. Хотя Дом культуры был совсем неподалеку, Оля предпочла идти к нему пешком, чтобы на обратном пути заскочить в парочку любимых павильонов торгового центра. Когда еще она успеет купить подарки к Новому году, как не сейчас?

Шагая по заснеженному тротуару и любуясь праздничными украшениями, Оля восхищалась тем, как быстро преобразился поселок за последние несколько лет. Еще немного и от постсоветской эпохи ничего не останется. Росли новостройки, реставрировались ветхие здания, люди строили новые дома, постепенно уничтожая старые. И грустно, и радостно, ведь некогда захудалое местечко без всяких перспектив, на глазах превратилось в достойное почти городское поселение.

В Доме культуры Оле задерживаться не хотелось, поэтому она, заранее поздравив всех коллег с наступающим, забрала то, зачем проехала двадцать пять километров, и устремилась к выходу. Закинув в салон своего мерина атрибутику, она в очередной раз проверила сигнализацию и собралась прошвырнуться по магазинам. Но увиденное у входа в торговый центр заставило ее притормозить. Она стояла, как вкопанная, глядя, как Влад спускается по ступенькам с довольной физиономией, а рядом с ним скачет, как коза, его новая пассия. Судя по пакетам, отоваривались они в самых дорогих бутиках. Пара ювелирок к Новому году, элитная косметика и люксовое нижнее белье – не плохо для начала отношений. Интересно, а она ему что? Новогодние носки?

Внезапно роковая брюнетка монголоидной расы кинула пристальный взгляд на Ольгу. Их разделяло не меньше пятидесяти метров, но она по каким-то причинам смотрела именно на Олю. Этого не может быть, они ведь не знакомы! Даже если Влад рассказывал ей о своих прежних отношениях, она просто не могла ее узнать на таком расстоянии среди десятков других машин и людей. А может у нее безупречная дальнозоркость? Тогда откуда столько интереса и настороженности в глазах?

Оля в непонимании села обратно в машину и поспешила завести мотор. Ситуация породила множество новых вопросов и не оставляла ни единого шанса получить ответы. Мысли о подарках, шопинге и кафешке как рукой сняло. После увиденного девушка чувствовала, как у нее засосало под ложечкой и пропал аппетит. Она не рассчитывала в будние часы пятницы увидеть Влада, но он, как нарочно, вырос словно гриб из ниоткуда. В душе были смешанные чувства – любовь и грязь. Больше, конечно, было грязи, ведь она шла от лжи, а ложь Оля не терпела. Еще пару дней назад она была убеждена, что любит Влада, а теперь он был ей омерзителен. Эта сладкая улыбка, новая прическа, наконец-то вылизанная до блеска машина – все для нее? Как же он стелется перед ней, как же боится облажаться! Фу! Теперь Оля не была уверена, любит его или уже нет, но она точно знала, что золотой браслет, усыпанный бриллиантовой крошкой, вернет ему, во что бы то ни стало. Она нажала педаль газа и помчалась в город по белой трассе, озаренной зимним холодным солнцем.

2

Бар постепенно наполнялся посетителями, и уже к семи вечера свободных мест почти не осталось. Едва приглушенный свет и легкая ритмичная музыка могли расположить даже самого дотошного клиента. Обстановка внутри больше напоминала охотничий домик. Массивная деревянная мебель, высокие потолки и барная стойка из березовых спилов – рай для любителей комфорта и душевной гармонии. На брусчатой стене висел трофей в виде оленьей головы, создавая особенную атмосферу, пропитанную мужским духом. Бар, хоть и находился почти на окраине города, все же пользовался популярностью у местных жителей. Именно здесь можно было ощутить непринужденность и свободу, никаких секьюрити на входе, бумажных браслетов, дресс-кода и сканирования дамских сумочек.

Между барной стойкой и правым рядом столиков извивалась, словно береза на ветру, известная на всю округу тетя Снежана. Ее танец был похож на сопротивление змеи, которую схватили за шею. Костлявые бедра обтягивало черное гипюровое платье в пол. Медленно демонстрируя свою гибкость, женщина наслаждалась музыкой. Ее тонкие запястья тянули на себя невидимую веревку, словно затаскивая в плен очередную добычу. Возможно, тетя Снежана была знаменитой и хваленной ночной бабочкой района в лихие девяностые. А, спустя много лет, не теряет надежды доказать, что в ее пороховницах все еще есть порох, и выйти замуж в шестьдесят с хвостиком совсем не поздно. А никто и не сомневается: овал лица почти не поплыл, точенная фигура отлично сохранилась, в глазах огонь, а харизма прет отовсюду. Ну а душа, как там принято говорить, раскрывается с возрастом. И это все богатство уместилось в худенькой и стройной тете Снеже.

Оля и Света всегда предпочитали сидеть за барной стойкой, поближе к Марку, который выполнял роль не только бармена, но и хозяина заведения. Его трудно было когда-либо застать в другом месте, так как почти все время он посвящал работе. Холостая жизнь, казалось, его вполне устраивала. Дома никто не ждал, а значит, объясняться за поздние визиты было не перед кем.

– Марк, сколько времени у тебя ушло на то, чтобы придумать такое оригинальное название для своего бара? – Света издевательски шутила и смеялась, но Марку это только поднимало настроение.

– Признаться честно, я долго думал над этим, – ответил он, – но в итоге понял, что оригинальность заключается в простоте.

– А, по-моему, лучше и быть не может! – заступилась Оля, – бар «У Марка» – звучит уютно, тепло и по-домашнему.

– Спасибо, Оля, хоть ты это понимаешь, – развел руками Марк.

– А я, будь у меня свой бар, – мечтательно закрыла глаза Света, – назвала бы его «Пивная волна» или «Тельняшка». А еще лучше «Запой» – не понятно, хмельной запой или просьба запеть песню. Круто же!

Марк и Оля, сморщив физиономии, иронично переглянулись, совсем не разделяя вкусы Светы. А Оля, не умевшая скрывать эмоции, даже отвернулась в другую сторону, чтобы не обидеть подругу.

– Скукотища, – отрезал Марк и наполнил стаканы девушек пивом. – Самое лучшее название – то, что приходит на ум первым. А у меня именно так и было!

Скрипнула входная дверь, и в помещение вместе с морозным воздухом вломилась очередная шумная толпа посетителей. Среди них были Глеб, Колян и Лейла. Они заняли козырные места за барной стойкой и стали потирать руки от холода.

– Наконец-то мы все собрались, когда это было в последний раз, кто-нибудь напомнит? – не скрывал радости Глеб, обводя взглядом каждого, убеждаясь, что вся компания действительно в сборе. – Как поживаешь, Марк?

– Отлично! – поднял руку бармен, обслуживая престарелых барышень на другом краю стойки.

В баре поднялся гул – кто-то в правом крыле зала негодовал из-за того, что ему не хватило места. У Марка на такой случай всегда имелись запасные табуреты в подсобке, поэтому вопрос был решен быстро и мирно.

– Давно такого снегопада не было в нашем регионе! – протянула Лейла, медленно снимая полушубок. – Даже не знаю, как доберусь сегодня домой, а мне, знаете ли, на другой конец города. – Она сказала это настолько громко, насколько мог услышать Марк. Ни для кого не было секретом, что он давно ей симпатизировал. Взаимно это было или нет, никто не знал, так как Марка трудно было «считать», он хорошо умел скрывать то, что думал на самом деле.

Очки Лейлы запотели от холода, и выглядело это, как всегда, забавно. Девушка уселась на высокий крутящийся стул и скрестила руки на груди в надежде отогреться. Сегодня она выглядела не так, как обычно, и многие сразу обратили на это внимание.

Лейла работала в районной библиотеке, и догадаться об этом было не трудно по ее внешнему виду. Она носила очки, длинные юбки, а волосы были постоянно собраны в тугой пучок. Некоторые называли ее «книжным червем», а иногда и занудой. «И как она только вписалась в эту компанию?» – думали многие, глядя на ее «библиотечное» выражение лица. Но только друзья знали ее с обратной стороны. Ведь за много лет они успели изучить эту, всего лишь на первый взгляд, застенчивую девушку. Лишь в своем в узком кругу Лейла становилась другой – веселой, остроумном и довольно интересной личностью.