Екатерина Кузнецова – Змееносец Ликише (страница 12)

Глубоко в душе Ликише обрадовался единственной родной душе в этом наигранном театре, но снаружи он остался все таким же глубоко спокойным.

– Для такого случая, верну все обратно,– едва заметно уголки рта корсея поднялись.

Хрустальные осколки бокала чудом собрались в единый сосуд, что секунду назад был в руках у Ликише. Наполнилась та жидкость, что ушла в землю, и медленно подлетела к рукам корсея.

– Ну, если этот напиток оказался таким кислым как твое лицо, то я тоже не стал его пить,– Улем слишком хорошо знал друга и хорошо предугадывал его мысли и чувства.– В воздухе я уловил едва слышимый аромат серы, сразу догадался что ты прибыл сюда.

– Мне просто омерзителен этот цирк, – признался корсей.– Я чего-то не знаю?

–Да,– вздохнул святозар, с тоскою глядя в сторону самодержцев.– Эту помолвку держали в тайне. Я полагаю, все ради наследника. Будущего наследника. Иначе последователи покойного Сихея, гордо называющие себя сихийцами, местная кучка анархистов, быстро расправились бы с нашими гостями.

Слова святозара поразили Ликише. Парень знал, что его отец и мать прибегнут к какой-нибудь уловке, чтобы сохранить за собою право на трон. Но корсей никак не ожидал подобного поворота событий.

– Согласен. Новости не самые приятные. Я много пропустил, а если бы и застал – не выжил. – Ликише держался достойно: едва приподнятая бровь говорилa о его непомерном возмущении. – Они хотят скрестить два разных народа?

–Именно. Проклятие Ириля не леглo на кланы бореев. Их дети рождаются магами. Все это время твой отец цеплялся за тебя. Твердил, будто он все еще может зачать ребенка-мага, но не одна так и не понесла от этого альхида. Весь род Асхаев-Дан тайно надеется на тебя, но эти нечестивцы превзошли сами себя. Пригласили воинственные кланы сюда.

– Но Мирида полна магов. Да и остатки от былого величия Дома Невест все еще живы и кочуют по нищим улицам, сражаясь за кусок хлеба. Молодые девушки, дочери Сихея и Изимата, подобно воительницам, сражаются. Принимают участиe в уличных драках.

–На мой взгляд, ты слишком осведомлённо говоришь. Тогда ты должен знать, что эти девицы присоединились к сихейцам и принимают участие в заговоре против короны. Ликише, их ждет ужасная смерть. Не смей думать, что этих девушек оставили на попечение судьбы. Нет. Я смог вывезти в Визерию больше альхидов, чем рассчитывал. Почитаемый дом Данов, чья древняя фамилия связывает с нашей историей. Она рассказывает нам о первых сарфинах, когда люди жили родом и общинами и жили в гармонии с природой. Этот великий дом имел собственные обычаи, герб и даже свою заповедь. Этот дом славился прекрасными невестами для династии Асхаевых, но недавно он осиротел. Старая, отжившая свое, больная старуха Мазалипина познала смерть в стенах этого дворца.

– Они убили ее? Убили старшую женщину? Прозорливая ведьма Мазалипина пережила всех своих праправнуков! Невесты дома Данов почитали ее, называли ее мудрейшей. Слава ее мудрости!

–Они загубили много достопочтимых альхидов! Безбожно плюют в лицо судьбе, нисколько не боясь расплаты. Они забыли того, кто стоит выше их,– бросив на Ликише умоляющий взгляд, святозар приметил зaлитые гневом глаза корсея, добавил. – Последним Данам нужна помощь. Я больше не могу скрывать их в самых низких трущобах. Присутствие святозара в низовьях Мириды вызываeт много вопросов. Я слишком приметен для них.

Ликише стал ближе к своему собеседнику, чтобы святозару Улему не пришлось говорить так громко, подметив, как близко подступили к ним сплетники, норовя услышать их разговор.

– Место старое?

–То самое.

Только Ликише мог знать, где укрываются оставшиеся в живых беглецы. Место, на которое намекал святозар, имело название «Трактир, который никогда не стоит на одном месте, или место, которое всегда и везде есть». Именно так отзываются местные низкопалые миридийцы, что посещали столь непристойное заведение. Именно этот трактир должен посетить Ликише в ближайшее время и вывести из города альхидов.

Ликише с недолгим стиханием глядел на праздничное настроение гостей. Под веселую музыку играющего квартета в круге молодых и хихикающих девиц корсей усмотрел звонко смеющуюся принцессу-мелиссу, которая больше не казалась такой скромной, как на первый взгляд. Он бы еще долго наслаждался обаятельными танцами северянки, если бы не святозар. Видимо, ему было что добавить:

– Коссей стал на место своего отца, но корона по-прежнему при сарфине. Однако старый безумец прячется от своих подданных. Многие посчитали, что власть ослабла, и поэтому, чтобы не произошло никакого переворота со стороны знати, которые успели стать на сторону сихейцев, на месте сарфина восседает лжец и убийца альхидов. Гадесисис игнорирует высоких гостей из Визерии, посылая за стол переговоров женщину. А пока он развлекается в постели с рабынями и наложницами, Фрийя прибрала к рукам право на весь альянс. Ее речи полны сумасбродства, она сажает в тюрьмы магов. Многие не согласны с ней, но молчат. Боятся мести. Несчастные случаи с альхидами перестали расследовать. Святозары перестали быть святозарами, а мудрейшие уже семь лет как закрылись в молельне – выбирают ординариуса, главнокомандующего в ордене. Истиные глупцы имеют чётное количество голосов, но каждый голосует сам за себя. Потому лукавая прибрала все к рукам с помощью особого покровителя! Я верю, он есть. Кто-то тайно управляет Миридой. Гадесисис низок, но эта женщина готова утопить Мириду в хаосе. Безумный Аллель! Он совершает ошибку за ошибкой, словно малое дитя. Наш святейший повелитель наделил обоих необычным положением, теперь они тут всем ворочают, и Фрийя тут же принялась воздействовать на многие вещи. Душит народ налогами. За все нужно платить! Даже за молитвы Берегине!

–Ординариус? Как можно выбирать главнокомандующего, когда все предзнамения сбываются?! Конец света близок, а они… – возмутился Ликише. Услышав новости Улема, корсей впервые за время беседы поддался чувствам. – Не могу поверить, что луноликие пропустили мимо своих острых глаз подобное бесчинство.

Улем не спешил отвечать.

–Тебя не было, – прозвучал оскорблённый голос собеседника. – Я не раз навещал Ириль, однако тебя там не было. Я искал помощи на стороне, но все словно закрыли глаза и рот – не хотят ни видеть, ни слышать. Не знаю, слышал ли ты, но мне приписывают предательство нашего ордена. За мною скоро придут.

Тяжёлая новость об измене святозара до глубины души поразилa его. Вольноотпущенный – значит больше не служит ордену. Святозaр заработал его после падения Ириля. Благодаря силе и отваге во благо сарфина, Улем заслужил свою свободу, при этом оставив при себе сан и имя святозара, а это значит, что любые двери Мириды открыты перед ним. Ничто не должно препятствовать Улему, но святозары посчитали его предателем. Его ждет анафема. Зaбвение. И больше никто не вспомнит о великих подвигах старика.

Все тело корсея напряглось под умоляющим взором седовласого в соттане. Приступ неистового гнева пронзительно завладевал головой корсея. Казалось, что вот-вот его внутренняя сущность, тот, кого все так боятся, выбьется наружу и обезобразит этот радостный вечер, но Ликише, как мог, сдерживал себя.

– Пока я жив, тебя никто пальцем не коснется! Слово Змееносца! Я должен переговорить с повелителем. Где я могу найти сарфина?

– Собственно, я по этому поводу,– не стал мешкать Улем, сразу оповестил Ликише о ближайших планах сарфина. – Сперва тебя хотели взять под стражу, однако я постарался переубедить его, так как это самая скверная идея безумного старика. Уже несколько лет он упрекает тебя в краже реликвии Мириды. Он твердит, что именно ты мог изъять у него то, что дороже всего города.

– Очень интересно, что может быть драгоценнее, чем его боготворимый город?

– В тот день он называл твое имя,– Улем бросил на Ликише предупредительный взгляд. – Он вовсе обезумел.

– Не понимаю связи, – похолодел Ликише, услышав невыносимые ему слова.

– Он уверен, что ты тому причина.

– И давно я стал вором?

–Но-но-но! Это нечистое слово нестерпимо для корсея Мириды! «Одногo из наследникoв» короны и сына бога Змееносца! Кто, как не ты, маг, является будущим нашего города и вскоре станет спасением для нашего мира? – вполголоса ответил святозар, распугивая окружающих. Корсей призадумался над этим. Слова святозара могли быть вещими, и упускать эту идею было так же глупо, как допустить, что он прав.

– Все же стоит наведать своего боготворимого дедушку,– добавил Улем, уводя корсея из парка.

Глава 9

Пока все радостно проводили время, Ликише незаметно покинул пир вместе со святозаром, скрываясь в неизвестном направлении. Они вышли на узенькую яркую дорожку в парке. Прошли прямо к потайному входу, где и таился в этот момент старый правитель. Приблизившись к разваленной стене, заросшей густым кустарником, корсей произнёс три магических слова, после которых плющ, росший вокруг стены мох растворились, а кирпичи разошлись перед лицом Ликише. Юноша мог уже войти в огромный зал, где его, оказывается, давно ждут. Переступив порог, корсей снова очутился в том мире, где он провел детство. Как всегда здесь было тепло и тихо. До боли знакомый запах восковых свечей порадовали парня. О Боже, как же ему иногда не хватало таких мелочей, как запах старой брошюры или воска вперемешку с кожей, которой было обтянуто старое дедово кресло, и его чернил. Баночка, по-видимому, была пуста, но до боли родной запах пробудил в корсее мягкость.