– Как же решилась?
– Не знаю. Понимание этого пришло, как что-то само собой разумеющееся. В один прекрасный день я проснулась с четким осознанием того, что больше мне здесь делать нечего…
Мы дошли до спуска, идущего к набережной. Мне не захотелось идти к мосту, и мы остались ждать всех на смотровой площадке. Урал еще не замерз. Женя встал сзади и обнял меня.
– Я всегда хотел иметь младшего брата.
– Не знаю, мы с Оксаной никогда не были дружны. Может, из-за большой разницы в возрасте, почти семь лет. И она, сколько ее помню, всегда и во всем завидовала мне.
– Да, вы совсем не похожи.
– Не знаю, все всегда говорили наоборот.
– Может внешне и да, но не внутренне. Вы как солнце и луна, вроде и похожи, но солнце одаривает теплом, а от луны веет холодом…
***
В ресторане, наконец, увидела Настю. За эти два дня мы ни разу не встретились: ни у нас дома, на регистрацию в загсе она тоже не пришла. Пашу я видела, но подойти и расспросить его о Насте не представилось возможности. Мы с ней сразу отошли в сторону поболтать. Женя как раз отлучился на улицу, а то он просто не дает мне шагу ступить, постоянно находится рядом.
– Наконец-то мы встретились! – радостно произнесла я, и мы обнялись. – Я уже думала, что уеду так, и не повидавшись с тобой.
– Задержалась на работе. Но я тоже рада тебя видеть! Как ты?
– Все как у всех: дела, заботы. Но на тебе, смотрю, что-то совсем лица нет.
От моих слов Настя еще сильнее побледнела, а на глазах сверкнули слезы.
– Лесь, давай не будем сейчас обо мне, а то я и тебе и себе настроение испорчу.
– Что случилось?
После недолгого молчания она рассказала, что они с Пашей разводятся, у него появилась другая женщина и есть ребенок… В глазах потемнело, а в сердце так защемило, будто его пронзили повторно ножом в рану, которая только-только начала понемногу затягиваться. В горле встал комок, но я пересилила себя и спросила:
– Но как?
– Лесь, это долгая история, и здесь не лучшее место, чтобы ее обсуждать.
Я хотела еще что-то сказать, но сзади подошел Женя и отвел меня в сторону под предлогом очень важного дела. Через несколько минут начался медленный танец.
– И что же за срочное дело у тебя ко мне? – с ухмылкой спросила я.
– Никакое. Просто если бы ты простояла там еще пару минут, вы бы бросились друг другу в объятия и разрыдались.
– С чего ты взял?
– У вас на лицах это было написано.
– Впрочем, ты прав… Кажется, я тебе рассказывала о Насте, они с Пашей женаты больше десяти лет, но ребенка зачать они так и не смогли. Настю это всегда расстраивало, но Паша всегда подбадривал ее, держался молодцом. Меня восхищал его настрой и уверенность в том, что все образуется и наладится. Но, видимо, и он устал бороться, – после недолгой паузы добавила. – Они разводятся. У Паши есть ребенок от другой женщины…
Резко наши взгляды встретились, и до меня дошел смысл только, что произнесенных слов. Легкая дрожь пробежалась по всему телу. Видимо, за пару дней я так привыкла к нашему обычному и непринужденному общению, что обо всем забыла. Возможно, атмосфера родного города и дома тоже внесли свою лепту. А ведь, в сущности, я нахожусь в таком же положении, что и Настя!.. Я тут же хотела отстраниться от Жени, но случайно подвернула ногу, что позволило ему еще сильнее прижать меня к себе.
– Не смотри так, – набравшись смелости, произнесла я. – Знаю, о чем ты думаешь. Но я – крепкий орешек и меня так просто не сломить. Кроме того, чтобы между нами не происходило, у меня есть дети, а за Настю мне и вправду больно. Как она будет дальше одна, ведь Паша был для нее всем…
6.11.2016 г. Утром проснулась рано – за окном едва светало, – и решила не терять зря время и сходить к Насте. Раз вчера нам не удалось ни о чем поговорить, сделать это сегодня. Проходя мимо окна к выходу, случайно увидела пепельницу полную окурков и вздохнула. «Ненавижу, когда он так много курит… И это все за одну ночь…»
– Извини за столь ранний визит, но уехать, не повидавши тебя, не смогла.
– О чем ты говоришь, я так тебе рада! – улыбаясь, произнесла Настя. – Проходи! Я как раз собиралась завтракать.
– Как ты? – спросила, присаживаясь за стол.
– Лесь, да все хорошо, – ответила Настя и протянула мне чашку с чаем. – Не волнуйся так, я взрослая девочка. Все давно к этому шло. Просто Паша оставался со мной из жалости, а, узнав о ребенке, я сама его отпустила. Не хочу, чтобы ни в чем неповинный ребенок страдал из-за меня, ему нужен настоящий отец, а не папа на час… Да это и не важно. Я столько лет жила в постоянном страхе, что он бросит меня и уйдет к другой, что теперь мне даже легче стало, словно гора с плеч упала. Единственное, за что корю себя, что тогда не послушала тебя и решилась на аборт. Возможно, роди я того ребеночка, все бы сложилось иначе: и я была бы счастлива, и Пашка был бы рядом. Но нет, мы испугались, что не справимся, что еще не время…
– Насть, не изводи себя.
– Не обращай внимания. Время лечит любые раны, только этому времени тоже нужно время. – Настя замолчала, но, вытерев слезы, снова заговорила. – Ты лучше о себе расскажи, как мальчишки твои? Наверное, совсем большими стали?
– Да, время бежит неумолимо. Уже в школе учатся. Данил летом оканчивает университет.
– Вам только дочки не хватает для полного счастья! А то окружили тебя одни мальчишки! – улыбаясь, произнесла Настя.
– Ага, куда мне еще ребенка? У меня возраст!
– Какой возраст! Всего-то тридцать восемь…
– Тридцать девять!..
– Неважно. Некоторые в таком невинном возрасте только первым ребеночком обзаводятся!..
После обеда заехали к родителям. Все гости уже собрались у нас, и за столом велась оживленная беседа. Мама нас тоже пригласила, но я отказалась.
– Через три часа у нас самолет, мы заехали только попрощаться…
Мама пожала плечами и удалилась в гостиную. Через пару минут в прихожую вышел папа со словами «Уже уезжаете?»
– Да, нам пора, – произнесла я и обняла его.
– Жаль, что не можете еще немного задержаться!
– Я бы рада, но у меня работа. Я и так с трудом вырвалась на несколько дней.
Он улыбнулся.
– Ох, уж эта работа! Раньше она у меня все время отнимала и не оставляла ни одной свободной минутки, а теперь я свободен, но заняты вы!
– Пап! Этим летом мы обязательно к вам приедем с Артемом и Егором, обещаю!
Папа еще раз меня обнял, Женя пожал ему руку и мы уже собирались уходить, но из гостиной вышли Оксана с Сергеем.
– Вам уже пора? – спросила Оксана.
– Да, у нас скоро самолет, – ответила я и обняла ее. – Будь счастлива! – произнесла негромко, потом, вытянув руку для пожатия Сергею, добавила. – Еще раз искренне поздравляю, и берегите друг друга!..
***
Шесть часов мучительного перелета, и вот мы, наконец, в аэропорту Кавказских минеральных вод, еще час на такси и будем дома. На часах половина первого. Завтра с утра на работу, а Женя, как назло, никак не мог найти такси. Днем их тут пруд пруди, роятся, как пчелы возле улья, но не ночью. А так хочется поскорее попасть домой, спрятаться под одеяло и не высовываться из-под него, пока этот страшный сон не закончится. Внутри пустота. Еще никогда я не приезжала из дома настолько разбитой и обессиленной. Все смешалось в голове: и наши отношения с Женей, и свадьба Сергея с Оксаной, и развод Насти с Пашей… Наконец Женя махнул мне рукой. Пора…
Поначалу ехали молча, но мысли травили изнутри, просились наружу. Я положила голову Жене на плечо и взяла за руку. Он резко повернулся: до этого мы сидели порознь и смотрели в разные стороны.
– У тебя когда-нибудь было такое чувство, что вроде бы ты находился дома, в кругу близких, но не ощущал себя частью собравшейся семьи. Не могу понять почему, но в этот раз жизнь родного дома показалась мне настолько чуждой, чем когда-либо. Наверное, это глупо звучит, ведь я не жила дома больше десяти лет, но в душе всегда теплилось ощущение, иллюзия того, что где-то есть родной и милый сердцу уголок – тихая гавань, – где тебе всегда рады и в любой момент придут на помощь, а теперь его нет. Нет уверенности.
– Я постоянно так чувствую себя дома, поэтому и не люблю там подолгу задерживаться. А ты, по-моему, как всегда принимаешь все близко к сердцу.
– Да ты, наверное, прав… – согласилась я и вздохнула…
«Только от знания этого ничуть не легче». Дальше ехали молча, а когда приехали, Женя сразу ушел в спальню, а я осталась на кухне. Знала, что тоже нужно идти спать, но в голове было слишком много мыслей. Я машинально включила чайник и встала у окна. На небе сквозь завесу туч проглядывала луна… Ее тусклое холодное сияние освещало сад, где ветер сорвал с деревьев последние листья и оставил их зимовать совсем нагими и обездоленными. Они уже ничему не противились, стояли понуро и неподвижно, будто и вовсе умерли. Холод унес все краски, и на смену им пришли пустота и забвение… Я как эти деревья… Сердце полное печали мучительно сжималось, а к горлу подступили рыдания. Я ощущала себя бесконечно одинокой и какой-то чужой… Привычный мой мир распадался на части, и я не знала, что с этим делать. Я нуждалась в чьей-нибудь поддержке, в дружеском плече… Неожиданно почувствовала чье-то прикосновение и вздрогнула, а обернувшись, увидела Женю. Глаза невольно наполнились слезами, и я припала к его груди…
Да той ночью мы были близки… Может, кто-то и осудит меня за проявление слабости, да я и сама позже буду корить себя, но я ничего не могла с собой поделать. Я безумно люблю его, люблю… Я тоскую по его объятиям, его поцелуям, его насмешкам, улыбке… Я так давно не видела его улыбающимся… Это мучительно больно!.. Я была не в силах ему противиться: все мои чувства были обострены и обнажены. Я не слышала голоса разума и не пыталась…
