Екатерина Кожина – Прекрасный мир для Элены (страница 1)

Екатерина Кожина

Прекрасный мир для Элены

Глава 1

В тридцать восемь лет Элена привыкла плыть по течению. Развод, сокращение на работе, серые будни — она разучилась бороться и принимать решения. Поэтому, когда после нелепой аварии она очнулась в теле юной красавицы, Элена не обрадовалась и не испугалась. Она просто растерялась.

Новый мир оказался странным. Здесь женщинам полагалось иметь нескольких мужей, чтобы поддерживать родовую магию. На отборе кандидатов девушка чувствовала себя не в своей тарелке.

— Выбирай вон тех, милая, — шептала ей на ухо распорядительница, тетушка Брунгильда. — Из хороших семей, домашние, послушные. И лица чистые, без изъянов. С ними хлопот не знаешь.

Элена посмотрела на ухоженных юношей. Те улыбались, но в глазах читалось соперничество и какая-то мелкая хитрость. «Прямо как на моей кафедре перед распределением премий», — подумала Элена. Ей стало неуютно.

Взгляд упал на дальний угол, где стояли те, кого распорядители списали со счетов. Три огромные фигуры. Один — хмурый, со старым шрамом на щеке, испуганно вжимающий голову в плечи. Второй — лохматый в поношенном кафтане. Третий — молчаливый великан с мозолистыми руками. От них веяло одиночеством и той заброшенностью, которую Элена хорошо знала по своей прошлой жизни.

— А эти?.. — спросила Элена.

— Ой, не смотри туда, деточка, — замахала руками Брунгильда. — Брак, неликвид. Слишком крупные, неотесанные. Зачем тебе такие?

Елене стало неловко. Ей было жалко этих троих, да и делить дом с капризными красавцами ей не хотелось. Она не умела спорить, поэтому решила пойти на хитрость.

— Тетушка Брунгильда, — Элена опустила глаза. — Мне ночью было видение... Боги явились и сказали, что моя магия окрепнет, если я проявлю милосердие. Можно мне взять этих троих?

Брунгильда жалостливо посмотрела на девушку:

— Ах, бедняжка... Ну, раз боги говорят... Бери, дитя, раз так.

Хмурый со шрамом удивленно поднял голову. Лохматый парень моргнул, не веря своим ушам. Третий переступил с ноги на ногу.

В поместье Элены обстановка была мирной, но ужасно неловкой. Мужчин привели в гостиную. Они стояли на ковре и не знали, куда деть свои руки. Элена сидела на диване, нервно перебирая складки платья.

Ритуал сочетания провели сразу после отбора. Тетушка Брунгильда торжественно подалила ей красивую позрачную рубашку и напомнила, что магический камень в ее доме должен зафиксировать эмоциональное слияние аур.

Четких сроков магия не ставила, ритуал мог ждать недели, а то и месяцы, пока они притрутся друг к другу. Но само знание того, что эта обязанность висит над ними, заставляло всех нервничать.

— Вы... присаживайтесь, пожалуйста, — произнесла Элена. — Не надо стоять. И... не нужно кланяться. Я не очень привыкла к такому.

Мужчины осторожно сели на самый край длинного дивана. Рагнар — так звали воина со шрамом — кашлянул:

— Госпожа... Элена. Мы сделаем все, что вы прикажете. Если нужно подготовить... спальню, вы только скажите. Мы понимаем свой долг.

При слове «спальня» лохматый Торрен покраснел и уставился в пол, а Бран сжал свои огромные ладони так, что хрустнули пальцы. Было видно, что они боятся этой ночи не меньше девушки. Без женского внимания они отвыкли от нормального общения, и близость казалась им чем-то пугающим.

— Знаете... давайте не будем торопиться, — улыбнулась Элена, пряча дрожащие руки. — Магия ведь не требует от нас прямо сегодня? Вот и отлично. Давайте сначала просто... поговорим. Расскажите о себе. Мне правда интересно.

Мужчины переглянулись с облегчением, но повисла пауза. Никто не знал, с чего начать. В этом мире от них не требовали историй — только послушания или службы.

— Ну, раз никто не решается, давай ты, Рагнар, — кивнула воину. — Страшный шрам, хмурый взгляд... Ты из разбойников?

Рагнар смутился, отчего его лицо стало мальчишеским. Он потер пальцем шрам на щеке.

— Какое там — из разбойников, госпожа... Я на южной границе двенадцать лет отслужил, в штурмовом отряде. А шрам этот... — он вздохнул. — Мы брали гнездо болотных прыгунов. Наша командир, леди свирепого нрава, приказала отступать через топь. А я вижу — у парней щиты тяжелые, засосет всех. Ну и рявкнул на нее: «Куда прешь, дура, там же гиблое место!».

Торрен охнул. Элена не удержалась от смешка:

— Смело. И что леди?

— Ну, прыгуна-то я перехватил, он мне щеку и располосовал. А командирша оскорбилась. Сказала, что у меня «избыток токсичной мужественности и дефект субординации». Списали. Так на отборе и оказался.

— Глупая у тебя была командирша. Настоящий мужчина должен уметь вовремя сказать женщине, что она прет в болото. Так, а ты, Бран?

Молчаливый кузнец пошевелил плечами, не поднимая глаз от ковра.

— Я в столице работал. У госпожи Аглаи. Она держала большую оружейную мануфактуру и двенадцать мужей. Пятеро вышивали, трое стирали, четверо стихи писали... А я в кузнице с утра до ночи. Руки вот пожег, спину сорвал.

— И почему ты ушел?

— Госпожа Аглая решила обновить... коллекцию, — Бран усмехнулся. — Сказала, что от меня пахнет углем и железом, а для гостиной нужны утонченные натуры. Да и стареть начал — мне уже тридцать два. Выставила на аукцион.

Элена почувствовала, как к горлу подступает комок. В тридцать восемь лет она знала, когда тебя «списывают» и заменяют кем-то помоложе.

— Знаешь, Бран, — сказала она. — Уголь и железо пахнут работой. А стихи на голодный желудок не согреют.

Кузнец поднял на нее глаза. В них блеснула благодарность.

— Ну а ты? — повернулась к Торрену. Лохматый парень вздрогнул.

— А я... я вообще из деревни, госпожа, — забормотал Торрен, теребя рукав. — У нас там женщин мало, магия слабая. Матушка, как меня увидела — а я в четырнадцать лет уже ее на две головы перерос и три мешка муки за раз поднимал, — так сразу заплакала. Говорит: «Горе ты мое, Торренушка».

— И как ты на отбор попал?

— Да староста наша налог недоплатила. Ну и сдала меня вместо золота. Сказала: «Забирайте этого, все равно от него в деревне только убыток — ест за троих, а толку никакого, девки его пугаются».

Торрен понуро опустил голову.

— Ест за троих, говоришь? Ну ничего, у нас погреба полные, прокормим.

Элена откинулась на спинку дивана.

— Рагнар у нас стратегический резерв, Бран — мастер на все руки, а Торрен — силовая опора. По-моему, у нас подобралась отличная команда. А теперь давайте пить чай.

Мужчины улыбнулись. Неловкость и страх перед брачной ночью не исчезли совсем, но теперь казались чем-то далеким, с чем они справятся.

Прошло две недели. Жизнь в поместье налаживалась, напоминая коммуналку, где жильцы учатся уважать границы. Девушка не строила из себя хозяйку. Мужчины оттаивали.

Бран оказался невероятно заботливым. Он не умел говорить красивых слов, но Элена то и дело находила плоды его работы: то дверь в комнате переставала скрипеть, то на туфлях появлялась удобная пряжка.

— Бран, это ты починил кресло? — спросила она, застав его в коридоре

.Кузнец кивнул, не поднимая глаз:

— Оно шаталось. Вам неудобно было сидеть.

— Спасибо тебе большое.

Бран замер, его магия потеплела.

А Торрен, самый молодой стал помощником. Он ходил за Эленой хвостиком, стараясь угадать любое желание.

И все же тема брачной ночи не исчезала. Магические знаки на их запястьях пульсировали, напоминая, что союз нужно скрепить. Каждый вечер, когда они собирались у камина, в воздухе чувствовалось легкое волнение. Мужчины посматривали на Элену, ожидая знака, а она робела под их взглядами.

В один из вечеров, когда за окном шумел дождь, Рагнар подбросил полено в огонь и тихо сказал:

— Элена... Мы видим, как ты к нам добра. Нам никогда не было так спокойно. Но магия... ей нужно слияние. Мы не торопим, но если ты решишь... мы готовы. Любой из нас. Или... как тебе удобно.

Торрен затаил дыхание, Бран внимательно посмотрел на нее. Элена почувствовала, как щеки обдает жаром. Ей было тридцать восемь (пусть сейчас она и выглядела на семнадцать), и она понимала, что эти мужчины привязались к ней. Девушке тоже было с ними тепло. Но устроить все «как положено» по местным магическим законам у нее просто не хватало духа.

— Вы знаете... — Она неловко улыбнулась. — Я тут подумала. Магия реагирует на сильные эмоции верно?

— Да, — подтвердил Бран. — Слияние ауры происходит на пике чувств.

— А что, если... — Элена посмотрела на них из-под ресниц, — мы немного схитрим?

Мужчины переглянулись.

— Если мы вместе возьмемся за руки, закроем глаза и подумаем о том, как нам хорошо в этом доме... Камни замка зафиксируют выброс энергии. Как думаете, сработает?

Рагнар рассмеялся, качая головной:

— Ты удивительная женщина. Ты хочешь обмануть магию?