Екатерина Клепикова – Швейцар счастливой жизни (страница 6)
Профессор Никомо́дус протянул Сэна́м тёплую пелёнку, чтобы она завернула новорожденных малышей, а сам достал из короба маму-лу́ну. Зверёк посмотрел на него умными глазками и снова заплакал. Профессор гладил свою подопечную, собирал её слёзы в ампулу и поздравлял её на спокойном и мелодичном языке лу́н. Непосвящённому человеку могло показаться, что Никомо́дус молится. Наконец, утомлённая лу́на, широко зевнула. Профессор положил её в короб, Сэна́м уложила малышей рядом, Никомо́дус закрыл крышку короба.
– Здравствуй, Сэн. Очень рад тебя видеть, думал ты придёшь чуть позже, но ты по старой доброй традиции нарушаешь мои планы.
Сэна́м широко улыбнулась. Действительно, так у них повелось, что она всегда оказывалась рядом в тот момент, когда профессор занимался тем, о чём рассказывать никому не хотел.
– Здравствуйте, профессор! Поверьте, я рада встрече намного больше. И очень удивлена тем, что мне удалось увидеть. У меня столько вопросов! Разве карбови́дные лу́ны не вымерли? Как это возможно, что у одной лу́ны родилось сразу два малыша? Что случилось с пулехво́стками? Почему Его Величество лично занялся этим вопросом?
Профессор усмехнулся.
– Пойдём, отпразднуем рождение лу́н за чашечкой симби́ря. Заодно поведаешь мне каким образом ты умудрилась создать работающие Врата и при этом уронила в эликсир любовный хлебец?
– О! Кажется, я начинаю понимать… Вот как это Марья́т удаётся?!
Догадки Сэна́м оказались верными. Это Марья́т пришла к профессору и попросила наставника нанести визит отцу, выпросив под благовидным предлогом помилование всем тем, кто был для неё важен. Она отлично знала, что Ка́риот не посмеет нарушить волю короля. Ей не пришлось напрямую разговаривать с братом и пытаться изменить его мнение о своих друзьях – нарушителях законов. Да и для общего дела это решение было очень мудрым.
– Пулехво́стки стали вымирать с катастрофической скоростью… – рассказывал профессор, разливая по кружкам ароматный согревающий густой симби́рь, – Я пытался озвучивать проблему в Совете, но, как и всех вас, меня не слушали. Тогда я начал изучать кольцевую гниль. Споры гнили адаптировались практически к любой поверхности и начали уничтожать всё вокруг. Тела погибших пулехво́сток покрываются кольцами гнили и, соответственно, все деревья на которых они живут, погибают. Защитные заклинания никак не ослабляют болезнь… Мы пока не придумали, как уничтожить заразу, но раз карбови́дная лу́на принесла потомство, у меня появилась надежда на благоприятный исход ситуации.
– Это удивительно! Профессор, а где вы прятали лу́ну?
– В отличии от тебя, я не нарушаю законов. Она сама пришла, когда в их популяции начался мор. Попросила убежища от всяких глаз. Я не мог отказать. О них знаю только я, Его Величество и теперь ещё ты. Так что никому ни слова, даже Марья́т , уяснила?! – Сэна́м кивнула, лихорадочно пытаясь вспомнить заклинание, спасающее от нарушения обета. Профессор строго продолжал, – Их нужно уберечь от всяких глаз. Никто не должен знать. И ты не должна была. Я, видно, плохо тебя учил. Заклинание уберегающее от нарушений обещаний на странице восемьдесят третьей. Советую читать почаще.
Гриоруа́нка согласно кивнула. Никомо́дус умел заглядывать в мысли любого, с кем у него были выстроены хоть какие-то отношения. Профессор, отпивая из кружки ароматный симби́рь, продолжил разъяснять, чем она будет заниматься под его руководством в ближайшее время. В конце своей речи он добавил.
– И с этого момента никаких нарушений закона. Особенно, если планируешь доказать Ка́риоту, что ты достойна легализации. Если уходишь из корпуса, предупреждай. Если возникнут сложности, не молчи. Ты легализована под мою личную ответственность, так что будь добра, веди себя как подобает выпускнику школы.
– Я постараюсь, профессор… Только есть одна трудность…
– Марья́т?! Знаю. Она просила устроить вам встречу. Я обещал помочь, но сначала расскажешь мне про свои Врата. Как ты умудрилась создать их на Земле? Там же нет и половины того, что нужно!
– Да, но у меня были с собой эликсиры. Много эликсиров. И книги. Я почти наизусть выучила учебник по снадобьям и в какой-то момент поняла, что смешав несколько эликсиров в определённой последовательности, смогу создать Врата. Сначала думала о простых переносных Вратах. Это проще. Отправил нелегала куда надо и вернулся с деньгами. Но в моей коллекции эликсиры оказались в основном для удовлетворения душевных пожеланий. На материализующие Врата мне могло не хватить ингредиентов. А вот на Врата мимолётных желаний, дарящих эйфорию и удовольствие, хватало всего. Поэтому Врата счастливой жизни. Мне казалось, что я всё сделала идеально, но этот дурацкий любовный хлебец испортил всё. Не знаю, как я просмотрела, но частичка была довольно крупной. И пауки… они до сих пор остаются для меня загадкой, – Сэна́м развела руками, – я пересмотрела все книги, изучила все возможные ошибки. Никто не описывает пауков.
– Наверное, это от того, что никто не создавал Врата, используя старые запасы эликсиров.
Профессор хитро улыбнулся и этой хитрой улыбки не смогла скрыть густая с сединой борода. Сэна́м поняла лишь одно – он точно знал, как бороться с пауками, но не скажет. И всё же она спросила.
– Может быть, Вы подскажете, профессор?
– Кто знает, кто знает. Может быть, посмотрим на твоё поведение… А пока что следи за лу́нами. Сегодня небо безоблачное, нужно будет как следует накормить их. И раз уж ты владеешь секретом, то будешь помогать мне.
– Профессор, где мне их прятать? Малыши скоро начнут громко шуметь, да и вырастут. Мне не удастся прятать их в этой коробке дольше пары дней.
– Знаю. Поэтому ты заберёшь их с собой на Землю. Там они будут в полной безопасности.
– Но, мои Врата до сих пор не зарегистрированы и Страж рядом, он скоро наберёт полную силу…
– Как ты верно заметила, пара дней есть. Забери лу́н в свою комнату и иди обустраивайся. Очень хотелось взглянуть на твои Врата, но, его Величество ожидает меня на балу, мне нужно собираться. Покажешь мне своё творение завтра. Посмотрим на твоих пауков.
Профессор спешно засобирался. Сэна́м подняла тяжёлый ящик на плечо и огляделась. Белоголовую птицу не было видно. Эльбу́р никогда не отличался пунктуальностью, но только он мог сопровождать новичков и гостей, поэтому приходилось ждать. Наконец, послышался шум хлопающих крыльев. Сэна́м поспешила вслед за своим провожатым. Птица привела её к знакомым дверям с номером тридцать восемь.
Эта комната была ей хорошо знакома с студенческих лет. Правда, раньше это помещение наводило на неё лишь уныние. Здесь было мало места, далеко от блока, где жили остальные студенты и противный выход на крышу. Дождь барабанил по нему так, что спать не получалось, а от ярких утренних лучей было не возможно спрятаться. Сейчас всё это было очень кстати. Никто не заметит, как она выгуливает лун ночью, и Врата мимолётных желаний можно открывать по утрам незаметно.
Сэна́м повернула ручку двери. Удостоверение на ладони вновь слегка прижгло. Теперь в эту комнату не сможет войти никто, кроме неё… и Марья́т , которая уже сидела на стуле по центру комнаты.
Сэна́м радостно улыбнулась, поторопилась поставить ящик с лу́нами и поклониться принцессе.
– Ваше Величество, чрезвычайно рада видеть Вас! И благодарю за гениальное решение моей легализации!
– Догадалась, значит?!
– Трудно было не заметить.
Марья́т слегка потянула уголками губ. Это движение было едва заметно, но оно означало, что ей приятно получить похвалу. Энтуриа́нка королевских кровей не имела права на такую открытую демонстрацию чувств и эмоций, впрочем Марья́т никогда не останавливали правила. Принцесса резко поднялась со стула, так, что многочисленные юбки подола её длинного платья защёлкали.
– Плохо. Если заметила ты, значит, и Ка́риот может заподозрить… Нам стоит быть аккуратнее, вдвойне. Ты разослала уведомления всем своим клиентам?
Сэна́м утвердительно кивнула, Марья́т продолжила:
– Не только твоя судьба решается в эти дни. Отец сегодня вызывал меня. Его решение касательно моей свадьбы с Ви́льмесом окончательное, оттягивать его нельзя. – Принцесса нервно дёргала пальцы рук. – К моей сводной сестрице Маруи́нде, видите ли, посватался жених. Какой-то знатный гинеу́нец. И так как папа́ отлично знает, что этой взбалмошной идиотке не найти лучшей партии, то он спешно согласился, не оставив мне даже шанса попытаться найти жениха получше, чем этот глупый цверита́нец…
В словах принцессы ощущалась горечь и даже желание заплакать.
– Дорогая принцесса, я уверена, что Его Величество подобрал для вас отличную партию. Я наблюдала за принцем Ви́льмесом. Он учтив, вежлив, разумен, хорошо воспитан и умён. Вам будет интересно с ним, он много знает…
Марья́т перебила:
– А ещё он смотрит на меня свысока, словно я маленький ребёнок, а он мой отец. Он постоянно пытается меня уколоть и нос у него картошкой.
Сэна́м рассмеялась капризам подруги, она знала, что Марья́т любит травяные чаи с Земли и потому захватила несколько пакетов с собой. Принцессу успокаивала мята. А листья смородины и малины каким-то неведомым образом заставляли её смягчать неприязнь к Ви́льмесу. Сэна́м достала из бесконечной сумки коробку с чаями, бросила сумку на кровать, и, наливая кипяток в старые потрескавшиеся кружки, весело ответила: