Екатерина Казакова – Коммандос из демиургов (страница 90)

— Я убью тебя, — как только закончил вытирать кровавые сопли, заявил Скелетон.

— Всенепременно, и с особой жестокостью, — согласилось откуда-то взявшееся великодушие.

— Только маленькая поправочка: это я тебя грохну в особо циничной форме, — внесла корректировку никогда не теряющая бдительности наглость.

Скелетон замахнулся, и в меня полетел сгусток тумана.

«Вот же, сука, не весь заряд использовал!» — только и успел пискнуть инстинкт самосохранения.

Спасибо эльфам за их детские выходки, а драконам за науку. Я рухнула на пол, рывком перекатилась до стола, схватила с него первый попавшийся нож и метнула в сторону агрессора. И все это произошло за доли секунды. Урод руку не успел опустить, как у него в плече блеснул стилет.

— Хороший бросок, — флегматично зевнул Дракон.

— Зорро не говори, а то он меня зачмырит. Я в глаз целилась, — вздохнуло разочарование.

Герои фильма «Хищник» молча двинулись в сторону Скелетона, горя желанием обучить его манерам. Но этот сучок гнилой взял и испарился. Пришлось нам с Владыкой несолоно хлебавши отправляться восвояси.

И потянулись дни и ночи, целиком заполненные отражением атак колдунов. Их не волновало, что никакого подарка Пифа на Изменчивом давно уже не было. Чувствую, в этом деле не обошлось без волосатой лапы Наместника. Эльфы наотрез отказались нам помогать отбиваться от супостатов, и мы вертелись, как хомячки в динамо-машине. Нет, я ушастых понимаю, мой косяк, мне и отвечать, но могли же помочь.

Прошлые налеты на наш лагерь оказались невинными шалостями против того, с чем нам приходилось сталкиваться каждый день. Ырк и Норкс поначалу захлебывались от восторга, вживую наблюдая иллюстрации к своим книгам про нежить и нечисть. Потом с энтузиазмом кинулись вносить записи о новых видах монстров. Хозяевам даже пришлось выделить нам дом под прозекторскую, где профессура с остервенением препарировала дохлых уродцев. По их словам, материальчика они набрали на целую революцию в научно-магическом мире. Спустя две недели они, как автоматы, тупо фиксировали очередной вид некромантской или еще чей-то мысли.

У меня постоянно болела голова от хронического недосыпа. Под глазами залегли круги, а лицо осунулось. В зеркало я на себя смотреть боялась. Нервы были расшатаны до предела, потому как от Сосискина и К^О не поступало никаких вестей. Нет, Эдик мне говорил, что с ними все в порядке, но ничего конкретного я не знала. В первый раз рассталась с псом более чем на два дня и сходила с ума от тревоги. Я задрала гоблина ежечасно гадать мне на то, как он там себя чувствует. В конце концов тот озверел и зарядил мне по башке своим шаманским бубном. Шишка вышла знатная, радовало только то, что Головастик неделю смотрел на мир одним глазом.

Демики стали походить на роту привидений, мало того что бледные, так их еще и шатало от усталости. Одна Цветочек цвела и пахла, погрязнув в своей первой и, подозреваю, что единственной любви. Уж не знаю, где она брала силы, но каждый день наша влюбленная отправлялась на свидание. Видя такое дело, я тут же прочла лекцию о контрацептивах. Как же она покраснела… А потом, запинаясь, сообщила, что у них дальше поцелуев дело не заходит. Она, типа, боится близости, а Пуфик не настаивает, уважая ее желания. Я тут же поспорила с Драконом, сохранит девчушка свое целомудрие до брачной ночи или нет.

Но вот что меня в Цветике-семицветике порадовало — девчонка не потеряла головы. Пуф до сих пор не знал, кто она по рождению. Сей пикантный момент коварная мамзелька собиралась ему открыть только после победы над Скелетоном. Надеюсь, он переживет тот факт, что девушка выше его по социальному статусу.

С метаморфом, которого все с моей подачи стали звать Морфиусом, у нас теперь наблюдалось полное взаимопонимание, граничащее с обожанием меня. Прежде чем он согласился нам помочь, Дракон потихоньку от эльфов переправил его порталом к своим. Через сутки Владыка пошел к меняющим облик за ответом, и вернулся с их Тысячеликим. И это не имя, а титул или должность. Я так и не поняла, что это такое, но, наверное, самым верным переводом будет — старший. Мы с ним долго говорили, и он мне рассказал про судьбу своего народа. Их осталось меньше ста взрослых и всего пятеро детей, а было время, когда метаморфы считались самым многочисленным племенем. Его раса не была воинственной, они просто хотели жить, никому не мешая, и молиться своим богам. Меня настолько тронула за душу эта история, что я тут же предложила ему эмигрировать в Разноцветный мир под защиту драконов. А если им там не понравится, то я просто тряхну Сосискина, тот достанет компромат на кого-нибудь из творцов, и мы заставим того создать для метаморфов новый мир, где будут жить только они. Я даже договорюсь, чтобы в тот мир перевели всех их богов.

Он сначала не верил, но мне удалось убедить его в серьезности своих намерений. И вот спустя день после нашего разговора меняющие облик навсегда покинули Изменчивый. Боюсь даже представить, как их достали, если они бежали без оглядки. Драконы выкрадывали по всему Изменчивому плененных метаморфов и переправляли на новое место жительства. Где возвращала их к нормальной жизни Пра, с моей легкой руки припаханная к спасательной операции. В скором времени Морфиус остался последним из могикан.

Сосискин с товарищами вернулись аккурат за неделю перед началом календарной весны. Будем надеяться, что у Зорро крепкие нервы и он достойно встретит известие о том, что через не совсем скорое время ему предстоит стать папой…

ГЛАВА 33

Нормальные герои всегда идут в обход.

Через часок, когда мы отпоили будущего папашку валерьянкой, он немедленно заявил, что бравая майорша ни в какой поход не идет. Я ждала взрыва негодования от такой матерой феминистки, как Тайка, но она меня порадовала. Бывший начальник гарнизона не стала протестовать и кидаться голой пяткой на красноармейский штык, а без пререканий согласилась переехать жить под крылышко Ифика и тамошних магов. Вот это я понимаю — разумная женщина. Всегда, когда читала или смотрела про то, как глубоко беременные тетки отправлялись на войну или сбегали от искренне любящих их мужчин для того, чтобы мыть полы в каком-нибудь гадюшнике и жить впроголодь, я мучила себя вопросом: «Где их мозги?» И когда мне кто-то говорил: «Зато она смелая и гордая!» — всегда отвечала: «Она клиническая идиотка, вернее, не она, а автор, придумавший для своих героинь подобные приключения. Ни одна нормальная женщина не рискнет здоровьем малыша, даже ради самых светлых идеалов. Да и стоит ли гордость жизни нерожденного ребенка? Думаю, нет».

На общем собрании мы постановили, что вместе с Таисьей в тыл эвакуируются Манька, Косточка и научные работники. Они поначалу жутко возмущались, что без них мы никак не справимся, в самый неподходящий момент у нас закончатся боеприпасы, зелья и ценные советы. Пришлось включать дипломатию и ломать себя под компромисс. Профессуре был обещан пожизненный абонемент в книгохранилища магов. Ведьме я надавила на совесть: «Как ты можешь оставить пожилую, первородящую беременную женщину — одну?»

Потом очередь дошла до вампира и наемного убийцы. Долго и нудно распиналась, как они помогли, как я им благодарна и что бы без них делали. Они мило краснели, застенчиво ковыряли носками сапог землю и всем своим видом демонстрировали смущение. Но все это продолжалось ровно до того момента, покуда я не попросила уточнить, должна ли за их услуги, или нет. Типа, хочу раздать все долги перед лютой смертью. Вот тут я услышала о себе много нового. Надеюсь, мама никогда не узнает, что ее подозревают в адюльтере с пещерным троллем. А вот бабульчику родство с горгульей явно польстило бы.

Как все поняли, глава клана Кровавых Охотников и член братства Руки, Забирающей Жизнь, наотрез отказались закончить наше с ними плодотворное сотрудничество и вознамерились принять участие в походе против Наместника. Напрасно пыталась объяснить, что это только наше с демиками дело, и изначально я не подписывала дядю Федю и Зорро на военную операцию. Все было бесполезно, им приперло нас сопровождать. Вот в чьем еще отряде борцов за дело добра есть лучший киллер и самый безжалостный кровопийца? И это помимо гоблина и дроу, которые ну никак не считали себя приверженцами светлой стороны силы и мечтали как можно скорее вернуться к своим темным делишкам. Одним словом, театр абсурда имени Смирновой Дарьи Петровны в очередной раз выехал с гастрольным туром. Единственное, чего мне удалось добиться, так это клятвенного обещания, что штурмовать замок Скелетона они не будут.

Консенсус был найден, народ принял решение завтра перебазироваться столоваться к королю. Кабан тут же начал распределять демиурчиков на дежурства, научные работники углубились в очередной диспут, Головастик что-то стал втирать Мечнику, Тайка ласково журчала на ушко Зорро… Короче, все кинулись в дела. Одна я стояла, как укор совести, и начинала злиться. Когда даже Сосискин, закатив глаза под образа, ушел в астрал на переговоры с Эдиком, меня прорвало:

— Алле, гараж, я что-то не поняла! Мы что, так просто завтра с утреца уйдем по холодку, не отомстив эльфам за все их пакости?!

— Слава Творцу Сущего, мы уже думали, ты этого никогда не предложишь! — расплылся в щербатой улыбке Альфонс (пара зубов была потеряна им на прошлой неделе в рукопашной с зомби).