Екатерина Казакова – Коммандос из демиургов (страница 76)

Поднял безумные глаза, уточнил, на кой ляд мне сдался этот маньяк.

Вот точно говорят, что порой гении, как дети, наивными бывают. Другой бы давно понял, что Пифагор и есть крыша Наместника, а этому пришлось на пальцах все объяснять. Вот что значит не читать детективы и не играть в компьютерные игрушки — никакой тренировки серого вещества!

Поняв, для чего мне требуется демон, Ырк посетовал на отсутствие информации по данному вопросу, типа, такие вещи хранятся в секретных фондах библиотек.

— Значит, потрясешь эльфов на предмет запрещенной литературы и подпряжешь к работе Элефира, — сурово отрезала и поскакала хвастаться Дракону с Сосискиным, какая я умная.

Выслушав мои соображения, Владыка долго крутил у виска, а пес поливал меня от души:

— У нас в семье вроде идиотов не было, на лестничной клетке, насколько я помню, проживают вполне интеллигентные люди, так что на соседа не погрешишь. Отсюда вопрос: в кого ты такой умственно отсталой уродилась?

Дракон ему вторил:

— Вот зачем тебе сдалась эта машина для убийства?

— Попробую договориться лишить Скелетона поддержки, — мило улыбнулась и прикинула, успею убежать в ближайшие кусты или нет.

То, что два приятеля мне ответили хором, вырезано цензурой. Когда они закончили меня материть, летающая керосинка поинтересовалась, в курсе ли я, что демонам надо вообще-то платить, и желательно собственной душой, периодически принося кровавые жертвы.

— Не кипешуй, — отмахнулась, как от зудящего над ухом комара, — душа останется при мне, а в качестве жертв я ему только тараканов могу предложить. Мне главное его выцарапать из норы, а дальше разберусь по обстановке.

Дракон сделал последнюю попытку воззвать к моему разуму:

— Дашк, а если ты ошибаешься, и Пельфагор совсем не тот демон, который тебе нужен? Ты хоть представляешь, сколько существует миров и измерений, где живут демоны?

— Если я лажанусь и он не тот, кто мне нужен, попробую через него выяснить про покровителя Наместника. Рано или поздно я все равно это узнаю, вопрос времени. Но пока мы не вычислим серого кардинала, соваться к Скелетону бессмысленно. А теперь, други мои, пойдем к остроухим, как говорил Карлсон, будем их низводить и курощать.

Не успели мы ступить под сень священных баобабов, как ко мне подошли гоблин, дроу, вампир и наемный убийца. Потупив глазки, четверка попыталась отмазаться от посещения сладкоголосых, божественно прекрасных вегетарианцев. Дескать, у них с эльфами классовые разногласия. Но не тут-то было.

— Да я сама их с детства ненавижу, и что теперь? — встала в позу моя искренняя нелюбовь к перворожденным.

— Даррья, они нас не выносят, — попытался надавить мне на психику Мечник.

— Их проблемы, я вот вообще специально не красилась и не переодевалась, чтобы побольше оскорбить их изысканный вкус, — пофигистски пожала плечами.

— Да мы поубиваем друг друга! — простонал гоблин.

— Значит, популяция длинноволосых хиппи сократится. — Я стояла насмерть.

Досадливо сплюнув, оппоненты светлых оставили меня в покое.

Только перевела дух, как подкрались два неразлучных друга и потребовали рассказать правду: как мне удалось смыться от Скелетона. Пришлось нехотя излагать про Арка. Как ни странно, неугомонная парочка впервые благосклонно отнеслась к демиургу: чувак помог мне спасти тело от надругательства и их нервные клетки от преждевременной кончины. Потом подошла Тайка и поинтересовалась, а долго ли нам еще пилить до места дислокации ушастиков. Ответить я не успела: с близстоящих деревьев, как переспелые кокосы, посыпались эльфы. Приземлившись, они нацелили на нас луки, а вперед вышел худосочный пепельный блондин. Приняв позу начальника, он писклявым голосом проехался по моим барабанным перепонкам:

— Назовите себя и покажите грамоты, дающие вам право войти в Священную рощу!

«Калики мы перехожие, а документы на вокзале свистнули», — буркнуло раздражение.

— Не, ну офигеть, и тут уже менты паспорт и регистрацию спрашивают, — с полоборота завелся Сосискин, донельзя разозленный пешим переходом.

И тут случилось то, что должно было случиться: остроухие увидели развеселую четверку, и тут же в нее полетел рой стрел. Одна воткнулась в плечо Лелю, вторая напрочь застряла в бедре Плюшки. Инстинкты сработали в моих солдатах будьте-нате! И вот тогда мои детишки показали, на что способны разозленные демиурги. Не зря же я столько времени с ними мучилась!

Это было избиение младенцев. Может, там эльфы в стрельбе и круче Робин Гуда, а вот в драке они дилетанты. Мои ребятишки кинулись на них коршунами и наваляли звездюлей на раз-два. Старшие товарищи стояли в стороне и наслаждались представлением.

Вид избитых зазнаек навсегда будет запечатлен в моем черном сердце. А беззубого эльфа я вообще во всех ракурсах сфоткала. Лишний компромат еще никому не вредил.

— Что тут происходит? — раздался гневный крик, и на сцену вышел еще один ушастик.

Судя по немереному количеству рюшечек и оборочек на одежде тошнотно-розового цвета, это была шишка.

— Мои твоих бьют, — совершенно честно ответила подлость, с умилением глядя, как Бестия, намотав на кулак волосы одного смазливого блондинчика, долбит его лбом об землю.

— Немедленно прекратить, — топнув ножкой в замшевом казаке, заверещал стрекозел.

Эльфы замерли, как на паузе, но моим-то бойцам команды никто не давал. Никто и не подумал перестать отвешивать плюхи, вот что значит выучка!

Розовый фламинго помянул чью-то мать и потребовал остановить побоище. Я и не подумала: терпеть не могу, когда со мной говорят в приказном тоне. Минут пять он костерил нас на чем свет стоит, даже замахнулся на Федю, за что получил красивый апперкот и надолго затих в кустах.

Вытащил его из кустарника Дракон. Отряхивая запачканный костюмчик, он по-отечески журил спесивого дурака:

— Ну что ж ты прям как маленький. Надо было просто вежливо попросить, а ты командовать начал.

— Никогда эльф ничего не будет просить у простой смертной девки!

Я аж подскочила от такого хамства и подхватила с земли валяющуюся палку. Кажется, настало время кое-кого поучить вежливости.

— Ну это ты зря, я вот дракон, и то с этой, как ты говоришь, «простой смертной девкой», связываться не рискую, — заметив мой маневр, усмехнулся Владыка. А вон видишь, рядом с ней маленький зверь?

Разряженный павлин кивнул своей растрепанной гривой с застрявшей в ней листвой.

— Так вот, он кошмарит половину обитаемых миров — внешность обманчива, ушастик. Поэтому заканчивай капризничать, пока она тебе ребра не пересчитала, и давай, веди нас к своему правителю.

От этих слов остроухий аж подпрыгнул и завизжал, как поросенок:

— Никогда, слышите, никогда в наш Лес не ступят эти грязные (кивок в сторону Кровавого и прочих). — И он задохнулся от возмущения, так и не сумев подобрать правильных слов.

— В отличие от тебя, они чистые, — добродушно усмехнулся мой приятель и по-дружески хлопнул дитя природы по плечу. Отчего хлипкое дите рухнуло на колени.

Оставив кряхтящих эльфов утирать разбитые рожи, мы отправились на поиски их стойбища, ну или где они там в своих шалашах живут. Через какое-то время нас нагнали, пристроились в хвост колонны и начали активно делать вид, будто конвоируют. Пришлось мне популярно объяснить, что вести себя так не надо (пинками выгнали их в голову отряда, предварительно отобрав луки).

Час блуждания по лесу, больше напоминающего продирание через сельву Амазонки, и перед нами предстал их город. Все как описывают в книжках. Огромная поляна, в центре которой, как прыщ на лбу торчал здоровенный мэллорн (по сути — фикус-переросток), рядом в хаотичном порядке стояла аллея таких же генно-модифицированных деревьев, на которых, как гроздья бананов, висели ульи, из которых на нас с ужасом смотрели эльфы. Нет, ну я знаю, что непрезентабельно выгляжу, но зачем же сразу в обморок падать-то? Навстречу нам спешила делегация встречающих, вооруженная кольями. Шучу, мечами. Позади них, как и положено генералу, не спеша шел высокий эльф с серебряным обручем на лбу, посередине которого сверкал приличного размера камешек.

— Да что ж сегодня за день-то такой, — заныл организм, припомнив сражение с приспешниками Наместника.

Недавняя сцена опять повторилась: кто мы, что мы, как посмели, и т. д. и т. п.

Нарочито медленно я достала зажигалку, долго и со смаком крутила колесико «Zippo», а потом, задумчиво глядя на огонек, соизволила ответить:

— А тебе разве не сообщили о нашем прибытии?

— Да как ты смеешь так разговаривать с правителем Рассветных эльфов (далее последовало непроизносимое имя, его я запомнить не могла, в память врезалось только то, что начиналось оно на букву «А»), — вякнул какой-то умник.

За что тут же получил от окропляющего их святыню Сосискина:

— Она и не такое смеет, сейчас вы ее достанете, и Дарья Петровна вам продемонстрирует все грани своего характера.

— Кощунство! Святотатство! Казнить! — раздался хор голосов, после того как пес демонстративно закопал задней лапой хорошо политую землю.

— Ты посмел осквернить мэллорн! — задохнулся от гнева Автопром (а что, надо же мне этого Леголаса как-то называть, а Логоваз вроде как уже занят).

— Вот если бы я по-крупному тут сходил, тогда еще можно было о каких-то претензиях говорить, а так я просто пометил территорию, где теперь жить буду, — нахально осклабился пес, всем своим видом показывая, как ему глубоко плевать на грозные вопли.