Екатерина Кариди – Знак огня (страница 7)
И все же, в какой-то момент Бэкил удивил его. Тот жадный интерес, горевший в его взгляде, был настоящим. Однако все скоро сменилось, упрямой враждебностью и неприязнью.
***
А Бэкила раздражало все. То, что увидел, эта чуждая магия, холодное дыхание которой коснулось их всех. Бывший секретарь манипула просто не понимал механизмов, как что происходит и почему. Он привык к тому, что существуют жесткие формы заклинания. Плетения укладываются четко, малейшая ошибка — сбой, потеря результата.
Здесь же не было ничего привычного. Это ошеломляло и поневоле притягивало.
Испытание Гоулза Бэкил видел издали. Впечатление у него осталось жуткое, поэтому он просто не мог понять, как главный архивариус Ангиара мог решиться повторить такое. Потом у него закралась мысль, что Ангус Форман каким-то образом договорился со Стражами и ему все проделали в более легкой форме.
Теперь Земекис.
Что это? Глава Ордгарн подкупает их по одному? Не слишком верилось в мотивы Земекиса. Особенно сейчас, когда Разлом, как утверждают Стражи, запечатан.
И потому Бэкил намерен был рассмотреть все это вблизи и как можно внимательнее. Однако мерзкая холодная металлообразная жижа, заполнявшая Разлом, внушала ему священный ужас. Но он решил, что вытерпит.
Однако же в последний зал он заставил себя войти с трудом.
Взгляд на озеро холодной металлической субстанции и Бэкил сразу же отвернулся. Странное состояние, ему хотелось бежать, но что-то притягивало. Этому не было объяснения, и это заставляло Бэкила нервничать так, что во рту сохло, а ладони стали мокрыми, несмотря на пронизывающий до костей холод.
Все Стражи уже собрались в зале, Земекис стоял в центре рядом с главой. Бэкил заставил себя подойти ближе.
- Сегодня проходит испытание господин Земекис из Кандрии, - начал глава Ордгарн, обращаясь ко всем. - В наших правилах нет запрета, испытание может пройти любой желающий.
Послышался легкий ропот.
- Хочу предупредить вас, господин Земекис, выживают не все. Готовы? Передумать еще не поздно.
- Готов, - проговорил тот, на худощавом лице не отражалось никаких чувств.
Глава Энгвард кивнул.
- Начинайте.
И с этого момента испытание началось. Земекис разделся догола. Бэкил смотрел на это, и его самого трясло мелкой дрожью. Но вот к магу из Кандрии подошли два Стража, чтобы отвести его на небольшой круглый пятачок недалеко от того места, где начиналась тропа, ведущая к каменному трону — главному месту силы.
- Не двигайся, Хаос должен принять тебя, - сказано было ему.
Земекис сосредоточенно кивнул и протянул обе руки. Ему сделали на запястьях длинные продольные надрезы и оставили на этом пятачке одного.
***
Тяжелые капли крови скатывались с кистей мага и с шумом шлепались на каменную тропу. Бэкила объял непостижимый ужас. Как будто это он сейчас стоял там и истекал кровью, ожидая, когда придет чудовище, чтобы его пожрать.
Но вот похожая на жидкий металл маслянисто блестевшая субстанция поползла на узкую площадку, на которой стоял Земекис. Замерла возле его босых ног, рыская, словно слепой червь, а потом стала обвиваться лентами и ползла все выше. Бэкил прилип взглядом к этим холодным блестящим щупальцам, которые покрыли тело мага и добрались до горла. А потом жижа замерла. Стала отступать и постепенно вернулась в озеро, только еще какое-то время подрагивала и морщилась на поверхности. Земекис продолжал стоять, не шевелясь. Его тело во многих местах покрывали странно светящиеся пятна магических ожогов. Но он был жив и практически не пострадал.
- Испытание пройдено, - объявил глава.
Земекиса увели с пятачка, обступили, пока он одевался стали поздравлять. Бэкилу казалось, что он задыхается, слишком велико было волнение. Впечатления слишком неоднозначные. Он непременно должен был донести об этом своему правителю и поставить вопрос о том, имеют ли теперь право Стражи вообще проводить эти свои испытания.
И вдруг странный треск.
Бэкил вскинул голову - далекий факел у каменного трона вдруг взвился высоко и опасно потянулся в его сторону. Он сразу ушел из зала.
Глава 4
Пока все это происходило, Олим с Валлигаром не проронили ни звука. Ибо жуткие зрелища притягательны. И нет более будоражащего кровь спектакля, чем чужая смерть, когда она происходит на твоих глазах. А если к этому еще примешивается магия, то притягательность зрелища возрастает вдвойне.
Архимаг Олим был опытным в темных практиках, принести в жертву животное, гадать на внутренностях, на крови, на мозге - это рутина. Случалось, что к нему приводили еще живого смертника и тогда...
Но то были редкие случаи. Делалось все в глубокой тайне. Дважды он гадал так для своего правителя. Один раз его пригласили для другой процедуры, но об этом Олим предпочитал не вспоминать. Как у каждого, кто умел договариваться со своей совестью, у него были тайники души, в которые он не заглядывал.
Но здесь все же было зрелище иного рода.
Опасное. Да! К Разлому вообще было приближаться опасно. НО. Уже сейчас Олим видел выгоды, они были просто огромны. Конечно, орден Стражей не мешало бы подвинуть у кормушки. Однако Олим не был согласен с Бэкилом, которому хотелось рубить сплеча. Нет, Олим видел, что, получив к этой магии полный доступ и пользуясь силой Хаоса разумно, можно перетянуть всю власть в империи на себя.
Стражи просто не понимают, какие у них в руках возможности. Они закоснели в своем фанатичном служении этой ледяной металлической луже. Магический закон, по которому империя поставляет им женщин брачного возраста? Это такая мелочь, что ему было просто смешно.
Нет, он смотрел гораздо шире. Что думали по этому поводу другие, тот же Валлигар, ему было все равно. Тут каждый за себя.
Но было одно условие. Чтобы получить силу Хаоса, нужно было пройти через испытание этой ледяной жижей. А у него, даже когда он стоял далеко, стыла и замирала в жилах кровь.
Как раз в этот момент взрезали запястья Земекису и на каменную тропу упали первые тяжелые капли, а потом холодная субстанция «ожила», и Олим перестал дышать. Заметил это, только когда ледяная жижа стала отступать и стекла с каменной тропы обратно в озеро.
Он жадно вдохнул холодный воздух, потом еще и еще. Рядом шевельнулся Валлигар, стал оправлять одежду, дышал при этом так натужно, как будто бегом бежал все это время от самого пограничного поста.
Стражи сгрудились вокруг Земекиса, его стали поздравлять.
- Коллега, - начал Валлигар.
Олим остановил его жестом.
Потому что мимо них пронесся Бэкил и выглядел так странно, что у темнокожего мага возникли сомнения в его нормальности. Он уже собирался сказать, что надо бы за бывшим секретарем манипула присмотреть. Бэкил им пока еще нужен. Пока еще. И тут он неожиданно почувствовал чей-то взгляд.
Он повернулся и посмотрел в том направлении. В стороне, примерно в десяти шагах от них, стояли закутанные в какие-то темные накидки фигуры, в которых смутно угадывались женщины. Горящие холодным огнем глаза из-под накидок... Вдовы. Олим передернулся. Он и раньше видел их здесь и не понимал вообще смысла, зачем этот отработанный материал кормят. Однако это его не касалось, это были внутренние дела ордена Стражей.
От группы вдов отделилась и двинулась к нему одна из женщин. И по мере того как она приближалась, его стало охватывать странное предчувствие. Наконец она остановилась в двух шагах и проговорила:
- Узнаешь меня?
И откинула капюшон.
В первый момент Олим ничего не понял.
- Что тебе нужно? - брезгливо отмахнулся и отодвинулся в сторону.
А потом до него внезапно дошло.
***
Это был мгновенный провал в прошлое.
Олим вдруг увидел себя.
Правитель, тот, покойный, не нынешний, пригласил его к себе. В то время Олим был моложе. Полный энергии маг в самом расцвете лет, у него блестяще получалось все, за что бы он ни брался. И конечно же, у него были амбиции. Каждое особое приглашение от монарха означало, что он поднимется еще на одну ступень.
А монарх был подозрителен, время его жизни уже склонялось к закату, и ему везде виделись заговоры. Ему казалось, что его хотят отравить, лишить власти, жизни, мужской силы. Все это интерпретировалось по-разному, но суть была едина. Тот, на кого падало подозрение правителя в неблагонадежности, был обречен.
Исключения не составляли собственные сыновья. Обоих он отправил в изгнание. А старшего потом еще и велел заточить. И нет, он не расправился с наследником, но обезопасил себя на то время, пока собирался оставаться у власти. А править он намерен был вечно.
Олим уже дважды гадал для своего монарха. Дважды его проводили в особые комнаты во дворце. Там уже было все приготовлено для темного ритуала. Выточенный из цельной глыбы обсидиана широкий стол, жертвенные чаши и ножи. И смертник, связанный, но в сознании и живой. Можно было брать внутренности или мозг трупа, но это было не то. Живая кровь, эманации смерти в разы усиливали эффект.
Оба раза предсказание было точным. А правитель избавлялся от своих врагов. Или тех, кого считал врагами. Этическая сторона в меньшей степени интересовала Олима. Ведь для амбициозного мага это была просто работа, в некотором роде, эксперимент, возможность достигнуть в магии больших высот.
Новое приглашение вселило легкую тревогу. Потому что незадолго для этого правитель поручил ему заняться изготовлением эликсира вечной молодости. А Олим продвинулся в этом весьма недалеко. Ибо для достаточной точности и достоверности, нужно подтверждение опытным путем. Для человеческой жизни это были десятки лет, таким запасом времени он не располагал, а пробовать на мотыльках или мышах - результат мог быть неточным.