Екатерина Кариди – Змеиная невеста. Дочь врага (СИ) (страница 11)
— А сейчассс. Если ты не возражаешь, я бы хотел помыться и лечь спать.
Наконец она поняла.
— Хорошо. Не уйдете вы, уйду я.
И зашагала к выходу из спальни. Однако ушла недалеко. Следом за ней полетело заклинание, запечатывающее дверь, а ее сковало на месте. Теперь она, получалось, была заперта в одном помещении с ним.
Только одно слово произнесла она, повернувшись к нему:
— Зачем?!
— Объяснять долго. Прими как данносссть. Отныне я буду ссспать в твоей спальне.
Все-таки она не ошиблась. Стало так тоскливо.
Девушка, конечно же, вылетела пробкой и так и стояла в комнате, обняв себя руками. Наконец раздались тяжелые шаги. Она вздрогнула и тихо спросила:
— Зачем вы это делаете? Зачем позорите мое имя? Что обо мне скажут?
— Мне плевать на это. И тебе должно быть тоже. А сейчас я хочу лечь спать, и если у тебя нет других идей, можешь помыться в ванной. Клянусь, я не буду подглядывать. Впрочем, если хорошенько попросишь, могу помочь раздеться.
— Спасибо, не надо, — прошипела Рази. — Справлюсь как-нибудть сама.
Ушла в ванную.
Там ее долго трясло от возмущения, страха и обиды. Потом кое-как помылась в одежде, и то, очень быстро. Когда девушка вышла из ванной, Захри уже устроился на ночлег. На этот раз у него была большая белая пушистая шкура. Прямо на полу.
На ней он и лежал, нарочито повернувшись к ней спиной.
Рази тихонько прошмыгнула мимо него и юркнула в постель.
Промучилась полночи, потом все же заснула, надеясь выяснить у кого-нибудь завтра, что вообще происходит, и какого черта господин Захри Умранов ночует с ней.
Но завтра принесло неприятный сюрприз.
ГЛАВА 12
Ночь прошла тяжело.
А проснулась Рази рано. Просто открыла глаза — и все. Сна больше ни в одном глазу, и состояние такое, будто ее били палками. И все же, короткое время сна дало передышку, а теперь все навалилось снова.
Прислуги не будет, но это не беда вовсе. Мужчина в ее спальне!
Ей бы, встать и прошмыгнуть в ванную, но он был здесь. Полуодетый смуглый мужчина на огромной белой шкуре. Слишком заметный, занимающий собой все пространство. Спал он или нет, неизвестно, а Рази ждала, когда он встанет и уйдет.
Дело было даже не в страхе, а в том напряжении, которым был заряжен сам воздух. Сейчас Рази чувствовала себя так, словно она в зверинце, и ее постель это единственный островок безопасности. А зверь был рядом, грозный хищник, страшный — холодный и циничный, слишком красивый, чтобы она его не боялась.
Нет. Самое странное, Рази совершенно не боялась, что он тронет ее или причинит какой-то вред, как будто знала, что с ним она в безопасности. Но он уничтожал ее морально. И, вместе с тем, он заставил верных ему Нагов принести ей кровную клятву, как если бы она была дорога и важна для него.
Ведь этим он фактически дал ей особые права. Он посадил ее рядом с собой в собрании мужчин, выделил охрану. Рази не могла понять, для чего Захри это делает, если все время старается уязвить и подчеркивает, что она дочь врага.
Насколько все было бы проще, если бы он был ей безразличен. Но ее глупое сердце начинало колотиться каждый раз, когда…
Мужчина одним резким движением поднялся с ковра и прошел в ванную. А ей показалось, что сердце вот-вот выскочит. Девушка еще сильнее вжалась в подушку и затихла.
Пробыл он там недолго, очень скоро вышел полностью одетый. Проходя мимо кровати, взглянул на нее искоса и бросил:
— У тебя полчаса, чтобы умыться и привести себя в порядок.
Рази с трудом выдавила:
— Хорошо, я поняла.
Еще один косой взгляд.
— Рад, что ты поняла. Новая одежда нужна?
— Нет, — поспешила заверить она. — Той, что есть вполне достаточно!
Захри кивнул, уже не глядя на нее.
— Я зайду через полчаса. Завтракать будешь не здесь.
Ушел. А у нее еще долго было ощущение, что он унес с собой часть ее души. Ей трудно было терпеть его присутствие, но без него Рази чувствовала себя слабой и одинокой. В конце концов, она подскочила с постели и побежала в ванную, опасаясь, вдруг он передумает и вернется раньше.
К назначенному времени девушка была готова.
Из той одежды, которой он еще вчера ее обеспечил, Рази выбрала облегающее фигуру платье из черного трикотажа. Длинные рукава, высокий ворот, длинная, расходящаяся от бедра фалдами юбка. К платью там отыскался широкий кожаный пояс. Ботинки, разумеется. Волосы на этот раз она заплела в косу.
Рази осталась довольна.
В том ворохе одежды были и яркие вещи. Почему она выбирала именно это платье, почему черный цвет? Наверное, потому что в доме своего отца ей не позволяли носить такое. Отец был против, считал, что ей не подобает выглядеть как «человечка». А здесь — не все ли равно, что о ней подумают. После того, что господин Умранов ночует в ее спальне, хуже уже не будет.
«Мне плевать на это. И тебе должно быть тоже».
Хорошо, пусть так.
Без прислуги она прекрасно могла обойтись. Рази не была капризной или избалованной. И постель за собой застелить, и немного прибраться в комнате, все это было несложно.
Но был один момент, сильно смущавший ее. Белье. Само по себе то, что мужчина присылает ей нижнее белье, заставляло ее краснеть. А сейчас, когда нет прислуги, она просто не знала как быть. Быстро простирать ношеное было делом одной минуты, но где сушить, так чтобы это не попалось ему на глаза?
В итоге она кое-как умудрилась пристроить постиранное, а когда вышла из ванной, оказалось, что Захри за ней уже пришел. Смерил ее тяжелым взглядом до головы с ног.
— Готова?
И, не дождавшись ответа, мотнул головой: — Идем.
Допускать прислужниц в спальню невесты Захри распорядился только для уборки. И то, только когда там никого нет. Чтобы они не пересекались с девушкой и не болтали лишнего.
Завтрак по его приказу накрыли в небольшой комнате, примыкавшей к его покоям. Подали еду, он механически пробовал, поглядывая на девушку. Она опять оделась вызывающе. Не так, как положено одеваться нагине в этом мире. Должно было раздражать. И все же, ему нравилось, как на ней сидит эта одежда. Тонкая фигура, лишенная изобильных форм, но платье обрисовывало грудь. Он поймал себя на том, что снова мысленно дорисовывает ее облик и ищет в нем совершенство.
А между тем, ему нужно было думать совсем о другом.
Как будто мало было ему внутренних интриг, рано утром еще доставили конверт для Рази. Разумеется, послание в первую очередь попало к нему. Захри смотрел долго. Ни гербов дома Золотых, ни опознавательных знаков. Простой белый конверт, прислала ее мать Лаал.
Передавать или нет, он до сих пор так и не решил. Что могла написать дочери вдова Нигмата? Захри не доверял ей, а еще меньше доверял брату Рази АзатХану. Но вскрыть конверт было ниже его достоинства.
Наконец, когда завтрак закончился, и они уже встали из-за стола, прежде чем идти в общий зал, он все-таки передал послание.
— Что это? — испуганно взглянула она на него, увидев небольшой белый конверт.
— Понятия не имею, — бросил Захри. — Пришло от твоей матери.
Письмо от мамы?! Это было так неожиданно, что Рази сначала задохнулась от волнения. А потом, пользуясь тем, что Захри отозвали, и он ненадолго отошел в сторону, быстро вскрыла конверт дрожащими пальцами.
Внутри была записка.
«Мы поможем тебе».
Ничего больше. Ни подписи, ни адреса на конверте. И почерк был ей незнаком.
В первый момент поверить не могла своим глазам. Переворачивала несколько раз. А внезапная радость, что о ней помнят, все-таки не отказались от нее, дрожала в груди комом. Потом странное чувство стало разливаться в душе.
Ей почему-то стало тревожно. Если письмо прислала мама, то почему ни строчки от нее? И это «Мы поможем». Кто мы? Мама и брат?
Мама старалась защищать ее от отца, но отношения между ними никогда не были особенно доверительными и теплыми. Лаал, супруга главы рода Золотых, во всем от него зависела и никогда не смела идти против мужа. Сейчас она вдова и полностью зависит от Азата. А с братом Рази никогда не была близка. АзатХану до нее вообще не было дела, он всегда был занят только собой.
Помогать сейчас? В это плохо верилось. Стал бы он рисковать, помогая ей, после того как едва унес свой хвост из дома Черных Нагов? А если бы и стал, Рази первая отговорила бы его.