Екатерина Кариди – После развода. Срока давности нет (страница 49)
Как в самом дурном дешевом сериале. Не хватало, чтобы они еще подрались! Марина провалиться была готова. А Дмитрий Ярцев вдруг ощерился.
— Отпустить ее с тобой?! Ну уж нет!
И двинулся дальше, цедя сквозь зубы:
— Потом, если хочешь, можешь уйти к своему Андрюхе. А сейчас я должен убедиться, что вы в безопасности.
В тот момент Марина была так зла, что не могла выдавить ни слова.
Но поклялась себе, что позже она его обязательно прибьет.
Пока Богдан ждал сына, успел обдумать многое. И все равно понимал, что невозможно учесть все. А время ползло медленно, нервы натягивались до предела, дрожали каким-то неприятным предчувствием. Но вот Владимир позвонил:
— Отец, я подъехал.
— Отлично, сын, — выдохнул Богдан. — Поднимайся.
Теперь еще выдержать те несколько минут, что сыну понадобится, чтобы дойти. Мужчина медленно прошелся вдоль кухни, меряя шагами пространство.
Квартира была велика. Больше той, в которой они с Мариной жили. Невольно вспомнились, что Марина все хотела поменять, расшириться, подыскивала варианты. Он смотрел на это скептически, просто знал, что они пока что
Сейчас он живет в этой огромной квартире с Викой, и у него маленькая дочь.
Ему впору иметь внуков. Мужчина потер глаза и наморщившись уставился в окно. На самом деле, эти несколько минут были нужны ему самому, чтобы подготовиться. Неизвестно, как пойдет разговор с сыном, а ему нужно выработать четкую линию и по возможности предусмотреть все.
Наконец раздался звонок в дверь. Он пошел открывать.
— Пап, я… — начал Вовка.
— Тише, — перебил он. — Вероника спит. Пойдем в кухню.
— Ага, понял, — понизив голос, пробормотал Владимир. — А где Вика?
— Пошла развеяться.
— А.
Владимир глянул на часы, но больше ничего не сказал. И хорошо, потому что Богдан и без того был раздражен. Он первым вошел в кухню и бросил через плечо:
— Чай будешь?
— Можно, — сын уселся за чайный столик и сказал, отряхнув штанину. — Отец, ты хотел поговорить насчет акций фирмы.
Вольная поза, никакого смущения, Богдан смотрел на него искоса и фиксировал все. И да, это было досадно, что сын перехватил инициативу. Он молча залил кипяток в заварник и только потом обернулся.
— А ты спешишь?
— Нет, я — нет.
— Это хорошо.
Богдан выставил на стол чашки, сел напротив, прищурившись взглянул на сына, а потом сказал без перехода:
— Я собираюсь выкупить акции фирмы.
Секунду висела пауза, потом Владимир сместился на стуле, опираясь на локоть, и качнул головой:
— Не уверен, что сейчас момент целесообразный.
Что-то такое Богдан предполагал. Он подался вперед и проговорил:
— Я собираюсь разводиться с Викой.
— Тем более! Сейчас не время это делать. Если выкупишь, придется при разводе отдать Вике половину. А так деньги не уйдут из семьи.
Надо же, как вернулись к нему его собственные слова. Оставалось только восхититься, какой у него бережливый и продуманный сын. Богдан только презрительно хмыкнул и сказал в лоб:
— Я делаю это, чтобы Вика не женила тебя на себе.
— Отец…
— Только не говори, что ты ничего не видел. И не догадывался, что она на тебя глаз положила.
Владимир упрямо набычился и откинулся назад на стуле.
— Я никогда не рассматривал в этом плане Вику. Мне нравится другая девушка.
— Рад слышать, — бросил Богдан. — Возвращаясь к нашему разговору.
Он не успел закончить. Зазвонил мобильник сына.
— Одну минуту, — буркнул Вова и полез во внутренний карман.
На секунду удивленно застыл, прикрыв рукой экран гаджета, потом принял вызов:
— Да, что…
Быстро взглянул на отца, побледнел и осекся.
Когда они отъехали от дома, Марина спросила Дмитрия Ярцева:
— Куда вы нас везете?
Молчание, полумрак в машине, чувствовалось, как мужчина напряжен. Марина повернулась к нему всем корпусом, у нее просто припекало от злости:
— Если вы думаете притащить нас в свой дом, учтите, я ваш порог не переступлю!
Он внезапно повернул голову, бросил на нее горячий взгляд и криво усмехнулся:
— Не беспокойтесь, Марина Сергеевна, я помню, что вам не нравится мой дом. Мы поедем в другое место.
Еще лучше!
— Мне нужно на работу, а у Даши сессия!
Она и не думала скрывать своего раздражения, но мужчина только кивнул.
— Послушайте, вы! — начала она.
— Я, Марина, я.
— Ненавижу.
Мужчина неожиданно улыбнулся, широко и открыто, как будто она ему подарок сделала.
— Это я уже понял.
Как же ее бесило его нахальное самодовольство. Она всегда была рассудительной и хладнокровной, но Дмитрий Ярцев одним своим видом выводил ее на эмоции. Хам! Казалось, ее сейчас просто разорвет, она набрала полную грудь воздуха, чтобы высказаться. Но в этот момент ее тихонько тронула за плечо Даша и шепнула едва слышно:
— Мама? — а глаза просто огромные.
Мгновенное отрезвление. Марина заставила себя улыбнуться дочери и знаком показала, что с ней все хорошо. Нихрена не хорошо. Потому что теперь она ела себя поедом.
Что с ней творится? Что она делает вообще? Лается с этим типом при девчонке. Какой позор… Пиздец. Дожила. Марина не могла припомнить, чтобы хоть на кого-то так реагировала.
Реагировала? А вот хрен ему. Холодный игнор.
Марина отвернулась, уставилась в окно и до самого конца поездки не произнесла ни слова.