Екатерина Кариди – После развода. Срока давности нет (страница 2)
Богдан перестал жевать, поднял на нее взгляд, а потом отложил вилку:
— Я не понял. Ты что, допрос мне сейчас устраиваешь?
Встал из-за стола.
— Спасибо.
И ушел из кухни.
А она осталась сидеть за столом одна. Потом потерла глаза, подперла голову рукой и уставилась в пространство.
Вообще-то, сейчас они были дома одни, почти как молодожены. Можно было бы достать вина, свечи и устроить себе романтический ужин. Хороший романтический ужин у них вышел.
Где-то в глубине за грудиной дрожала обида, и досада на себя накатывала волнами. Марина застыла, ощущая, как что-то непонятное войлочным покрывалом накрыло ее и давит. Надо было это сбросить. Она перемыла посуду, убрала все, когда в сотый раз до блеска вычистила стол, вышла в гостиную.
Богдан сидел на диване и тупо пялился в телевизор, щелкая пультом по каналам. Она подошла и села рядом, прижалась к его плечу головой. Он обнял ее, погладил по спине и чмокнул в макушку. Марина прикрыла глаза, ощущая, как ее привычно заливает теплом, но говорить что-то надо было, чтобы разбавить это войлочное молчание. Она спросила:
— Володя звонил? Как он там?
Сын Володя не так давно уехал на учебу по обмену в штаты, Богдан смог устроить ему стажировку.
— Звонил, да, — кивнул Богдан. — У него все нормально.
Потом убрал руку, морщась помассировал плечо и сказал:
— Я что-то устал. Давай сегодня пораньше спать ляжем?
И не дожидаясь ее ответа, ушел в спальню.
Устал. Ну что ж.
Марина еще минут пятнадцать посидела перед телевизором, безуспешно пыталась смотреть дораму. Потом выключила все. Сходила в душ, а после тоже пришла в спальню. Богдан уже спал. Когда она тихонько легла на своей половине, привычно повернулся к ней и подгреб ее под бок.
Ну хорошо же все. Хорошо, все нормально. А он просто устал.
Утром все было как обычно. И даже быстрый и жадный утренний секс, после которого хотелось глупо улыбаться, но надо было скорей бежать в ванную. Марина умывалась, глядя на себя в зеркало, и не могла понять, что на нее нашло вчера.
Потом был рабочий день, и все было как всегда.
Нечто необычное случилось через три дня.
Разговор произошел за ужином. Богдан неожиданно сказал:
— У нас будет новый сотрудник.
— М-м-м, — Марина кивнула, продолжая есть.
Потом ее насторожила пауза, которую муж выдержал, отложила вилку и взглянула на него. Богдан смотрел на нее так, словно ждал от нее чего-то.
Когда работаешь с мужем в одной фирме, многое доходит до автоматизма. И рабочие вопросы могут плавно перетекать домой. Вполне естественно вдруг начать обсуждать что-то во время семейного ужина, советоваться, обмениваться мнением. Обычно Богдан этого не делал, он мог выслушать ее соображения, что-то принять, что-то отклонить или просто говорил, что нужно доработать.
Богдан вообще был по большей части закрыт и всегда опирался только на собственное мнение. Четкий, продуманный, иначе он не смог бы руководить бизнесом. Таким он был в семейной жизни.
И таким Марина его любила. Состоявшийся сорокалетний мужчина, полный сил, по-своему красивый, жесткий. Ее муж. Глава семьи, опора, гордость. Она старалась не отстать, быть самостоятельной во всем. Но вот это затаенное восхищение мужем, оно так и осталось в ней с юности. Уже почти двадцать лет прошло, она все еще любовалась им украдкой.
Но сейчас он смотрел на нее, а пауза затянулась.
Она спросила:
— Кто?
И тут он опустил голову и принялся сосредоточенно есть. Потом потянулся за ломтиком хлеба и скучным тоном проговорил:
— Заказчик по «Террасному» настаивает, чтобы у нас в штате был их представитель.
Они не касались этой темы с того вечера, прошло три дня, и вот сейчас оно всплыло снова. Странное чувство. Их фирма не первый год работает с серьезными партнерами, но еще ни один заказчик не выдвигал подобные требования.
Марина отвела взгляд.
— Занятно, — протянула. — Их не устраивает что-то?
— Не в этом дело, — голос Богдана звучал ровно. — Насколько я понял, учредитель хочет иметь полные сведения о том, как продвигается работа, от своего человека.
Еще занятнее. У нее по спине побежал неприятный холодок.
— Нам не доверяют?
Ей ли было не знать, что в их бизнесе означает потеря доверия.
— Нет, — спокойно произнес Богдан. — Об этом речь не идет. Это будет просто представитель заказчика у нас в штате.
— Скажи уж прямо, что Самохин просил тебя принять на работу кого-то из своих протеже?
Богдан на миг застыл, кожа на лбу собралась в складки, а взгляд сделался жестким.
— Какая разница, Марина, даже если это так?
Она пожала плечами, а муж продолжил:
— Я решил направить нового сотрудника в твой отдел. Я надеюсь, ты отнесешься к этому со всей серьезностью и поможешь новому сотруднику освоиться.
Сухой начальственный тон. Она нахмурилась:
— Хорошо. Но кто это?
Богдан проговорил:
— Завтра познакомишься.
Отложил приборы и встал из-за стола.
— Спасибо, — бросил через плечо, уже выходя из кухни.
Осадок.
В этот вечер они практически не разговаривали больше. Когда Марина пришла в спальню, Богдан читал что-то в своем телефоне и даже отреагировал на ее появление. Только когда она сказала, забираясь в постель:
— Ты не собираешься спать?
Качнул головой, не отрываясь от телефона:
— Нет. Ты спи, я поработаю еще.
Конечно же, она не спала. Повернулась спиной и лежала с закрытыми глазами. Он копался в телефоне еще почти час.
Утром Богдан торопился, уехал раньше. А ее предупредил:
— Постарайся не опаздывать. Ты мне с утра понадобишься.
Она и так не имела привычки опаздывать, после такого, естественно, приехала раньше. Секретарь сразу сообщила, что Богдан Дмитриевич уже в кабинете.
— Ждут вас.
— У него люди? — спросила Марина.
Секретарь кивнула.