Екатерина Кариди – Попаданка под прикрытием, или Невеста для генерала (страница 7)
— Морли на месте?
— Так точно, генерал! — отрапортовал посыльный, но при этом косился на девицу.
У Хантера как-то разом заныли зубы. Поистине, эта девица способна кого угодно отвлечь от выполнения поставленной задачи. Кроме него, разумеется. Сам он считал, что способен с отвлекающим фактором справиться, в отличие от подчиненных.
Хотя, конечно, при мысли, что им теперь до самого лагеря придется плестись шагом, его снова перекосило. Он обернулся к девушке, уперев руки в бока.
— Леди Эжени, — начал нейтральным тоном. — Нам придется ускориться.
И тут посыльный, мечтательно поглядывая на девушку, выдал:
— Генерал, не извольте беспокоиться. Поскольку вы спешите, леди Эжени могу сопроводить я. Даю слово чести, со мной леди Эжени будет в безопасности.
— Нет, — жестко отрезал Хантер, сейчас его улыбка больше напоминала оскал голодного тигра. — Леди отправится со мной.
Вообще-то Женя не очень хорошо представляла себе, как будет ускоряться, она и шагом-то ездила с трудом. Но ей и не пришлось. Генерал стремительно вскочил в седло, а потом подскакал к ней и…
Она глазом не успела моргнуть, как уже сидела перед ним в седле, полностью прижатая к его груди спиной, а его жеребец несся вперед во весь опор. Когда, наконец, немного пришла в себя, попыталась отстраниться и пискнула:
— Генерал!.. Что вы себе позволяете?
Ее тут же крепче прижали свободной рукой (второй генерал держал поводья).
— Леди, прекратите истерику, — холодно процедил он, глядя строго перед собой. — И сделайте одолжение, не ерзайте.
Ах так? — подумала Женя и больше не издала ни звука. Это было неловко и почему-то томительно, ощущать его крупное сильное тело так близко. И, кстати, она поняла, почему не надо было ерзать.
Всю дальнейшую дорогу они проделали в полном молчании и так и въехали в лагерь на полном скаку. Этот тип промчался по территории и спешился у самого штаба. А ее опять выдернул из седла как морковку. Поставил на землю и строго сказал:
— Леди, идите в свою комнату и постарайтесь не создавать мне проблем. Я некоторое время буду плотно занят.
Как будто она всю жизнь только и мечтала создавать этому типу проблемы!
— Я постараюсь, — проговорила Женя и гордо удалилась в ту комнату с большим красным диваном.
И вовремя. Штаб гудел как растревоженный улей. Что уж там обсуждалось, ей слышно не было, в этот раз генерал Хантер заранее позаботился закрыть все двери. Так что Женя была предоставлена сама себе и даже успела спокойно переодеться. А потом выбрала в скудной генеральской библиотеке книгу
И только сейчас случайно заметила на столике у стены небольшой букетик полевых цветов.
Там были те самые желтые соцветия и ромашки, стояли в вазе с водой.
Нарочный привез не совсем то, на что командующий экспедиционным корпусом рассчитывал. Генерал Хантер несколько раз перечитал послание императора. Ничего конкретного.
Хантер терпеть не мог обтекаемые формулировки. Если наступать — то наступать! А не вот это вот: «улучшить свои позиции, выдвинуть линию фронта»… Сказать, что он был разочарован — ничего не сказать.
Однако он никак не показал своего неудовольствия. Закончив читать, положил послание на стол и произнес:
— Господа, у нас новый приказ. Прошу ознакомиться.
Первым к пакету потянулся его заместитель — начальник штаба генерал Морли. Хантер откинулся на спинку стула и хмуро наблюдал.
— Ну вот, — бодро воскликнул Морли. — Истинно мудрое решение. В который раз убеждаюсь в прозорливости нашего императора.
Офицеры штаба реагировали по-разному, некоторые согласно загудели, кто-то молча кивал, воздерживаясь от выражений чувств. Хантер оглядел всех и сказал:
— Господа, ваши предложения.
И потом молча заслушивал офицеров, а сам переводил взгляд с одного на другого и думал, что, возможно, шпион сейчас находится прямо здесь. Это было отвратительное чувство.
Но это было еще не все. Он оставил эту девицу в комнате одну. И чем дольше здесь сидел, тем больше усиливалось беспокойство, со временем оно стало невыносимым, словно какой-то зуд терзал его изнутри.
— Достаточно, — проговорил он наконец. — Прошу каждого изложить свои соображения письменно и сдать секретарю. Все свободны.
Встал из-за стола и хотел выйти, но его задержал Морли.
— Дружище, вы сегодня ездили в рекогносцировку?
Хантер застыл, хмуро глядя на приближающегося начальника штаба.
— Было что-то интересное?
Было!
И много.
Однако Хантер качнул головой и проговорил:
— Ничего нового, дружище. Увы.
— Жаль, — криво усмехнулся тот. — Кстати, как поживает леди Эжени? Ей понравилась прогулка? Я надеюсь, мы увидим ее сегодня на обеде? Передай ей мои наилучшие пожелания.
«Пошел ты к черту!» — мысленно взревел Хантер, а вслух сказал:
— Непременно передам. А сейчас извини.
Он просто не мог больше ждать. Ему необходимо было убедиться, что девица там, где он ее оставил.
Когда Хантер вошел в комнату, предварительно постучав, девица была на месте. Сидела на его любимом красном диване, поджав босые ноги под себя, и смотрела на него, приоткрыв рот. Кто бы сказал генералу, что его так взволнует это зрелище. Он даже сделал к ней несколько шагов, словно загипнотизированный.
И тут он заметил на столике букет и мгновенно напрягся.
— Откуда здесь эти цветы?
Потом перевел взгляд на нее и процедил:
— Только не говорите, что вы пронесли их сюда в своем корсаже.
Женя так и застыла с открытым ртом. Потом опомнились. Ну знаете, это было слишком даже для него!
— Это вы мне? — проговорила, возмущенно глядя на мужчину.
Который сейчас как никогда был похож на рассерженного дракона, разве что пламя не изрыгал. Но она уже была сыта генеральскими претензиями по горло.
И потом просто отвернулась.
— Хорошо, леди, — спустя некоторое время послышались шаги и усталый голос генерала. — Будем считать, что я погорячился.
Да, он был немного неправ. Возможно. Хантер допускал это. Но его скрутило от злости, стоило подумать, что кто-то в его отсутствие мог преподнести ей это жалкое подобие букета. И она приняла.
Его просто распирало от незнакомого чувства, весьма напоминавшего ревность. Он слышал о таком, но никогда еще сам не испытывал, и сейчас судить было сложно. Еще сложнее было себя контролировать.
Но тем не менее.
Он же извинился. Чего ей надо было еще⁈
Но девица так и стояла спиной к нему и не подумала повернуться. Нет, она еще обронила обиженно:
— Если вы помните, генерал, я все время находилась рядом с вами и на мне был армейский китель. А тот корсаж на моем красном платье… — она немного помедлила. — Вы, наверное, помните, что в нем можно было пронести.
Хантер невольно сглотнул, вспомнив ее в том красном платье. Оттянул ворот кителя, кашлянул и поморщился.
— Леди… — подошел к столику, с неприязнью оглядывая букетик. — И все же, я просил бы вас рассказать, как эти цветы попали сюда.
— Не знаю, — она наконец повернулась к нему лицом. — Когда я вошла, сразу внимания не обратила. Потом переодевалась.
Хантер скользнул по ней взглядом и тут же отвел. Да, сейчас она была в белой рубашке и синих армейских штанах. Он кивнул.
— Я сама заметила это как раз перед тем, как вы вошли.