Екатерина Кариди – Контракт на ложь (страница 8)

Но он выслушал ее.

Не было ничего такого, чего бы он не мог пережить. Просто обидно, что он как лох купился на ее чистоту и искренность. Какая искренность? ЛООООЖЬ. Фальшь во всем. А он-то думал, что… Нах*** все. На х***!!!

А она молодец. Четко отыграла. Как по нотам.

Эротический массаж, профессионалка. То-то он с полпинка завелся.

Девушка говорила, а его еще больше заливало холодом от осознания, что она его просто развела. Использовала. И все же, как бы он сейчас ни был зол, даже сквозь эту броню холода, Андрей ощущал это – потребность ее защищать. Даже сейчас, мать его! Даже сейчас.

Но дело касалось его брата, и он заставил себя вслушаться.

Если бы не это, он, может быть, просто высадил бы девицу где-нибудь у метро и постарался навсегда о ней забыть. Но про семейку Фоминых Андрей знал не понаслышке. Не так давно они проворачивали аферу, касалось доли бизнеса, и Марк крупно наступил им всем на хвост. Косвенно еще с ними был связан сводный брат жены Марка Роман. Они и его подставили.

Никак не угомонятся?

Андрей уже знал, как будет действовать.

Глава 4

Ей казалось, он ее не слышит. Просто говорила и говорила, потому что не могла остановиться. Потому что если она остановится, ей сдавит горло от боли, и все. Больше ни слова не выйдет, один только вой.

А от него веяло холодом, и от этого становилось так тоскливо. Настя видела, как он набирал что-то в своем смартфоне. Смотрел несколько секунд, потом шумно выдохнул и отбросил смартфон в сторону.

Молча. За все это время он ни разу на нее не взглянул.

В конце концов она замолчала и уже просто сидела, глотая слезы. Полумертвая от безнадежности. И вдруг он обернулся к ней и жестко проговорил:

– Успокойся. И послушай меня.

Настя замерла, парализованная взглядом его светлых глаз, и… Так глупо… она залюбовалась, настолько он был красив. Но в его глазах больше не было тепла.

– Да, – проговорила она, невольным жестом прижимая руку к горлу. – Прости, я не хотела.

– Конечно.

Он кивнул.

– Конечно, ты не хотела получить труп на столе. Никто бы на твоем месте не захотел.

– Я.... – вскинулась Настя.

– Я верю, что ты его не убивала. Чтобы убивать, надо больше смелости.

А… Какой болезненный укол…

– И в то, что ты рассказала про шантаж, я тоже могу поверить. Тебе было страшно в тот момент, ты бы согласилась на что угодно, правда?

И замер, глядя на нее, как будто препарировал взглядом, уничтожал ее, стирал личность. Как будто она голая в грязи.

– Не на что угодно, – тихо сказала Настя, отворачиваясь.

– Всего лишь переспать со мной.

Все и до того было хреново. А когда он об этом заговорил вот так, открыто и цинично, звучало убийственно. Ведь просто слова, а так больно, будто внутри отмирает что-то.

– Я не хотела, – единственное, что она смогла сказать.

Странная судорога прошла по его лицу. Рука на руле дернулась.

– Я понимаю, – сказал он и отвернулся.

Чего стоило ему это деланое спокойствие, мать его…

Она же только что клещами вырвала у него кусок души. Кислота разлилась там теперь, кислота…

Не хотела. Вот она – правда. Сейчас он судорожно припоминал все фрагменты вчерашнего вечера и ночи. Она же все время старалась его оттолкнуть.

Просто не хотела его, но переспала, потому что так было нужно. А эротический массаж – это чтобы он не сорвался с крючка. Молодец. Очень профессионально. Ну а то, что он поверил, принял за чистую монету? Так сколько лохов размякало под ее руками и велось на что угодно?

Андрея выкручивало от осознания, что его чувства профанировали, втоптали в грязь. Но больше всего – оттого что он не мог от них избавиться. Хотелось хохотать в голос, выть, согнувшись от боли, колотить в бешенстве кулаками по рулю.

Но смысл? Смысл, нах***?! Он сам виноват.

Повелся. Съел. Хорошо.

Он провел ладонью по лицу, стирая эмоции, и начал уже другим тоном:

– Сценарий с изнасилованием отменяется. Мы отыграем все по первоначальному плану.

– Что? – пробормотала она, уставившись на него испуганными темными глазами.

Ну да, ей же страшно, он мог это понять.

– Можешь не беспокоиться за свою маму.

Девушка тихо завыла, прижав кулак ко рту и отвернулась.

– Подавать на изнасилование я бы не советовал. У меня хватит ресурсов и связей, чтобы дело замять.

Она же знала, что это будет приговор.

– Я не хотела, я бы не стала, – одними губами прошептала Настя.

– Мне все равно, – сухо проговорил мужчина. – Но я хочу, чтобы четко понимала. Дело касается моей семьи. Семьи моего брата. И ради их благополучия я сделаю все.

Колючее молчание повисло. Как-то совсем холодно стало, хотелось съежиться.

А мужчина выдержал паузу и проговорил:

– Даже женюсь на тебе.

Как будто гром прогремел в салоне.

– Что? – Настя задохнулась от неожиданности.

– Да. Ты не ослышалась. Фомин хочет, чтобы ты пролезла в мою семью, втерлась доверие к моему брату и его жене, чтобы шпионить и подстраивать гадости? Ты войдешь в мою семью. С одной лишь разницей – ситуацию будем контролировать мы.

Это было сказано негромко, но с такой холодной злостью, что Насте стало жутко.

– Когда все будет закончено, мы разведемся, – продолжал мужчина. – Ты получишь хорошие отступные.

– Зачем ты это делаешь? – только и смогла она выговорить.

– Так ты будешь у меня на глазах и не сможешь навредить моим близким.

Ведь знала же, что это будет приговор…

А он продолжал:

– От тебя потребуется только одно – правдоподобно сыграть, чтобы твой Фомин поверил.

Теперь он смотрел прямо ей в глаза. Смотрел и произносил это страшное:

– Сможешь сыграть правдоподобно? Тебе же не впервой.

Хотела знать меру его жестокости? Узнала.

– Сможешь? – с нажимом повторил он.