Екатерина Кариди – Испытательный срок (страница 63)
От этого будет зависеть их совместное будущее (если оно вообще возможно) и вся дальнейшая жизнь. Руслан это очень хорошо осознавал. А вот осознавала ли Полина, что прежней жизни больше не будет, пробный период обкатки кончился.
Что до ситуации, то - да, он утрировал, но все, что он сказал, вполне могло оказаться правдой. Он допускал такую возможность, хотя и плохо представлял, как с этим справится.
Сейчас Руслан пристально смотрел в глаза жене и видел, как что-то меняется в ее взгляде. Как будто переключился рубильник, замыкая контур, и ток в другом направлении потек.
Полина неловко повела плечом.
- Рус… - неуверенность в голосе. – Я… люблю тебя. Но…
Она вздохнула и облизала губы, нервно дернуло рукой, потом прижала пальцы ко рту и покачала головой. В глазах блеснули слезы.
- Я… - она шумно выдохнула, встала с места и прошлась.
Потом внезапно обернулась к нему.
- Рус, я не смогу так. Прости… Я не смогу так. Эта ситуация у твоих… Я не хочу… Это будет ад. Я подам на развод.
А дальше она ходила по комнате и приводила разные аргументы себе в оправдание. Все правильные, один правильнее другого. Нервничала, вытирала слезы.
Руслан потер лицо.
Облегчение испытывал? Радость, что избавился? Он ведь не любил Полину, просто женился, потому что в тот момент ему было все равно. Черта с два. Не было никакого облегчения.
А было чувство какого-то школьного спектакля, закончившегося провалом.
Как это сказал его отец? «Добро пожаловать во взрослый мир».
- Хорошо, - проговорил он наконец. – Давай я отвезу тебя к твоим.
Потом Полина быстро собирала какие-то вещи в сумку, а он ждал. А после вез ее по ночному городу в дом тестя. Пока добрался, была уже ночь, Руслан высадил ее у ворот, она неуверенно сказала:
- Может, зайдешь?
Он качнул головой.
- Нет.
И сразу уехал.
А в голове вертелось услышанное когда-то давно:
«Окончен школьный роман»
Ему бы сейчас к Аленке. Но Аленка с братом. Брат заслужил, а он профукал, потерял. Был обманут. Пляяя, как это было горько... Откуда-то из глубины души вместе с судорожным дыханием приходило:
«Где поцелуй напоследок? Где на прощанье рука?»
Не будет ничего этого.
Он невесело рассмеялся и провел ладонью по лицу и по волосам. Завтра надо будет пытаться понять, что в итоге его досталось с этими акциями «Интеко», начинать работать по-взрослому. Не мальчик уже. Пора.
И нет, отцу звонить не стал. Хотя знал, отец сегодня точно спать не будет.
***
Конечно, Тимур Захаров не спал.
Как бы ни был готов морально, а все равно, когда внезапно видишь, что итог всей своей жизни - пшик, это не так-то просто принять. Но говорят, лучше поздно начинать каяться, чем никогда.
Когда он заявился к своей бывшей жене, было уже поздно. Ночь на дворе. А он не слишком презентабельный, в раздрае и в основательном подпитии. Старый, потертый жизнью мужик.
В общем, когда стал звонить в ее дверь, не особо надеялся, что его впустят. Но звонил долго и упорно. В конце концов, она открыла.
- Чего тебе, Тимур?
А он застыл, привалившись к косяку. Грустно, бл***. Столько лет прошло, они оба – как две сгоревшие свечи. Выдавил кривую усмешку:
- Да вот, прощенья пришел просить.
- Бог простит, - сказала она и хотела закрыть перед ним дверь.
И тут он увидел за ее спиной в прихожей маму Алены и чуть присел, разводя руки:
- Ну, здравствуй, сватья!
- Какая тебе сватья? - бывшая жена брезгливо поморщилась. - Пойди проспись.
- А вот такая, хе-хе, - его от дурного веселья перло вширь. - Самая настоящая! Ее дочка выходит за нашего с тобой сына. Значит, мы еще вместе будем гулять на свадьбе. Как, кх-кхм, родители.
И выпятил грудь.
Произошла немая сцена.
И судя по взгляду, каким его одарили…
Нет, он прекрасно понимал, что Галина его не простит, да он и не рассчитывал. Но это было неожиданно прекрасно – ощутить вдруг после полного краха, что у тебя осталось еще что-то хорошее. Ради чего стоит жить.
Дверь у него перед носом просто закрыли, но чувствовал он себя в тот момент отлично.
Так что с утра…
***
С утра был выходной, а потом настал рабочий день, как всегда.
глава 28
Выходные прошли, рабочий день начался как всегда.
После того как фактически прорвались через ад, возвращаться в обычную жизнь немного странно. Пара дней прошло, а кажется – годы. Столько всего изменилось, Алена все еще не могла привыкнуть к тому, что в ее жизни происходит.
Вчера весь воскресный день Вадим поднимал свои связи, а они оказались настолько разнообразны, что ей оставалось только тихо сидеть рядом с ним и слушать, как он договаривается с людьми. Это было уму непостижимо. Ей моментами казалось, что он как железный каток, способен убрать любую кочку со своего пути.
И да, он договорился, чтобы через две недели их расписали. Так быстро, нереально, она до сих пор не могла поверить.
Но это было в воскресенье.
А в понедельник она сидела в приемной и старалась не думать о том, видел ли кто-нибудь, что они с Вадимом Захаровым приехали вместе. День начался как всегда. Почта, сводка.
Вадим вел совещание, заслушивал один за другим отчеты.
Но думал совсем о другом. В обед они поедут подавать заявление, его примут без очереди, он договорился на всех уровнях. И сейчас…