Екатерина Каблукова – Приказано жениться (страница 22)

Они миновали темное помещение и вышли в комнату, стены которой были затянут красным шелком. По углам комнаты стояли знамена, а в центре расположился стол, за которым сидели офицеры. При виде фрейлин они вскочили, небрежно покидав карты на стол.

Уловив на себе настороженный взгляд трех пар желтых волчьих глаз, Настя поняла – преображенцы. Все трое – молодые, высокие, статные. Белова среди них не было.

– Добрый день, господа, – Дарья улыбнулась. – Анастасия, сии отъявленные ловеласы – офицеры Преображенского полка Петр Васильев, Семен Сазонов, да Илья Волков. Господа, представляю вам Анастасию Платоновну Збышеву, новую фрейлину государыни нашей. Прошу любить и жаловать.

Двое поклонились, а третий смело шагнул вперед.

– Любить – это мы завсегда, – лихо подмигнул он, склоняясь над Настиной рукой. – Вы только скажите! Петр Васильев, к услугам вашим!

Настя поджала губы, но затем улыбнулась и постаралась кивнуть как можно более приветливо. Куртуазность двора ее настораживала.

– Осторожнее, господа офицеры, – тем временем продолжила Дарья, заметив растерянность подруги. – Настасье сама Софья Петровна Горбунова покровительствует… Если что – с Григорием Беловым дело иметь придется! Кстати, а где он сам? Опять караулы расставляет?

– Нет, он у государыни.

– У государыни? – переспросила Настя. – А…

– Его Бутурлин вызвал. Командир наш, – охотно пояснил все тот же Волков. Остальные закивали, подтверждая слова приятеля.

– Ладно. Как вернется, передайте, чтоб к нам непременно зашел, – распорядилась Дарья, – Анастасии Платоновне с ним поговорить надобно!

Не дожидаясь ответа, фрейлина пошла дальше, ведя за собой подругу.

– Даш, а зачем мне с Беловым разговаривать? – прошептала Настя, когда они вышли из комнаты и дверь закрылась. Подруга недоуменно посмотрела на нее.

– Ты же сама хотела, насчет Глаши своей!

– Точно, – выдохнула девушка, совершенно забыв про свои намерения, слишком уж много всего случилось за те два дня.

– Вот и оказия! Скажешь, чтоб денщика своего приструнил! – они, наконец, зашли в небольшую комнату, где уже сидела девушка в голубом платье и с шифром на плече. – Варенька, душа моя, здравствуй!

– Дашенька, – та вскочила и расцеловала фрейлину в щеки, затем весело посмотрела на Настю, – Новенькая? Меня Варварой кличут. Варвара Захарова.

– Анастасия. Збышева.

– Наслышана, – усмехнулась Варя, вновь садясь в кресло. – Весь двор судачит, как тебе удалось с Беловым под руку пройтись, да Марфу с носом оставить.

– Да так, – Настя уже устала рассказывать байку про покровительство Софьи Петровны.

– Ладно, потом, – Варя махнула рукой, совершенно правильно истолковав замешательство новенькой. – Государыня в дубовом кабинете. У них с подполковником Бутурлиным секретный разговор.

– Знаю, нам охрана сказала! – отмахнулась Дарья, – А из статс-дам кто на дежурстве?

– Матрена. Кстати, Головина тоже здесь!

– А она что забыла? Завтра же должна! – изумилась Дарья.

– А Белов-то сегодня, – хохотнула Варя. – Вот она и старается.

Она хотела добавить что-то, но колокольчик над дверью требовательно зазвонил. Дарья моментально вскочила и направилась к дверям.

В комнате повисло неловкое молчание. Настя чувствовала на себе изучающий взгляд фрейлины. Она повернулась и взглянула прямо в глаза. С минуту девушки переглядывались, потом обе рассмеялись.

– Ну, знакомы будем! – весело произнесла Варвара.

Девушка хотела добавить еще что-то, но вернулась хмурая Дарья.

– Ой, девицы, весело нам будет! – фрейлина рухнула в кресло. – У Елисаветы Петровны настроение поганое!

– С чего бы?

– Не знаю. У нее в кабинете до сих пор Бутурлин и, говорят, сам Шувалов заходил!

Обе фрейлины переглянулись.

– Шувалов? – переспросила Настя.

– Александр Иванович Шувалов из тех, кого бояться надобно. Уж который год Тайную канцелярию возглавляет! – пояснила Варя. – Может, он что прознал и настроение Елисавете Петровне испортил?

– Там еще Белов, – тихо добавила Настя. – Преображенцы на карауле сказывали, что он с Бутурлиным прошел. Может, из-за него?

– Кто ж скажет? А ты за него беспокоишься? – глаза Даши весело блеснули.

Настя повела плечом.

– Вот еще, беспокоиться! – как можно более беззаботно ответила она. – Чай не маленький, сам справится!

– Все-таки беспокоишься, – заключила Даша и повернулась к подруге. – Варь, мы пока Настасью к государыне впускать не будем, чтоб вконец не осерчала.

– Ладно, – согласилась та.

– Но как же… – попыталась возразить Настя. – Я ж на службе!

– А никак. Вдруг оплошаешь, всем несдобровать! Сиди пока, опыту учись! – одернула подругу Дарья.

Её вновь прервал звон колокольчика.

– Началось… – на этот раз вышла Варя.

Колокольчик звонил постоянно. Через час у Насти уже звенело в ушах. Она сидела в комнате и уже с завистью смотрела на постоянно бегающих к императрице фрейлин. Самой же девушке приходилось оставаться в комнате.

Настя уже не знала, чем себя занять, когда вдруг запыхавшаяся Варя прибежала в комнату.

– Насть… Государыня тебя требует!

– Хорошо. – Стараясь не выдать своего волнения, Настасья встала, быстро расправила платье и поспешила за подругой.

Елисавета Петровна все еще находилась в кабинете, названным дубовым из-за огромных темных панелей, закрывавших стены до потолка. Красные портьеры обрамляли окна с мелкой расстекловкой, за ними виднелся водяной столб Самсона.

Настя почти сразу вспомнила свое первое появление в этом кабинете, и её вновь охватил страх. Правда, на этот раз за дубовым столом, стоявшем промеж окон, никого не было. Настя растерянно замерла.

– Ну что, Настасья… – голос за спиной заставил подпрыгнуть и быстро обернуться. – Прячут тебя девушки от моего гнева?

Императрица сидела за небольшим туалетным столиком, поставленным у закрытого ставнями окна. Алая портьера создавала подобие алькова.

Государыня была одета в белое платье с юбками, затканными серебром и алым шелком. Бриллиантовые серьги с сапфирами в виде фонтанов ярко искрили на солнце, а белокурые волосы государыни украшала такая же диадема. Колье в три ряда жемчуга, перемежающегося с сапфирами, ниспадало в глубокий вырез платья. Пластрон платья был расшит райскими птицами.

Елисавета Петровна с улыбкой наблюдала за своей новой фрейлиной и Настя, вдруг спохватившись, что рассматривает государыню непочтительно долго, присела в реверансе.

– Ваше императорское величество…

– Встань, чего уж там! – государыня махнула рукой.

Кольцо вновь сверкнуло на пальце. Настя нахмурилась. Она слышала, что есть такие кольца. Их изготавливали специально для защиты от ведьмовских чар. Вспомнив, что кольцо так же сверкало при каждой встрече, девушка испуганно вздрогнула.

Императрица тем временем рассматривала новую фрейлину.

– Хороша. И платье тебя красит. Драгоценностей, правда, нет, надо твоему жениху намекнуть. Что ж невеста-то как нищенка ходит.

– Не надо ему говорить! – вспыхнула Настя, серые глаза сверкнули. – Мне от него ничего не надобно!

– Успокойся! – охладила ее императрица, – Ишь, глазищами сверкаешь, ведьма!

Настя невольно сглотнула. Елисавета Петровна усмехнулась.

– А ты думала, не замечу?

– Думала, – подтвердила девушка, старательно не смотря на ярко сияющее кольцо на руке императрицы.