Екатерина Каблукова – Полет дракона (СИ) (страница 59)
Впервые за много лет церемониальный реверанс дался очень легко. Эдвард вздрогнул и посмотрел на племянницу:
– Ника? Ты… ты здесь?
– Где еще мне быть? – Она присела рядом. – Да. Мне очень жаль, Эдвард.
Он вздохнул:
– Я не понимаю, что произошло… Тереза – и вдруг такое. Она хранила дома пистолет! Ты можешь себе представить?
Веро промолчала, набираясь смелости… Больше всего на свете ей хотелось сжечь письма, но ведь был еще и Мишель Иво. Наверняка он попытается свалить все на любовницу. Прекрасно понимая, что скандала не избежать, и дяде все равно придется узнать всю правду, она протянула ему письма:
– С некоторых пор я могу поверить в очень многое. Прости…
Эдвард нахмурился:
– Что это?
– То, что я предпочла бы не показывать тебе. Это письма Терезы… и Мишеля Иво…
– Откуда они у тебя?
– Долгая история. Просто прочти…
Он вскрыл конверт. По мере того как дядя читал, его лицо мрачнело все больше. Последние несколько листов он просто отложил в сторону.
– Берти знает? – процедил он.
Веро покачала головой.
– Никто не знает. Дерек фон Эйсен арестовал Мишеля Иво… так что нам не удастся сохранить все в тайне.
Эдвард кивнул.
– Она… она ведь была другой, а после войны вдруг все изменилось… я так и не понял почему…
– Тереза начала стареть… Больше, чем ты. Почему ты не стал проводить обряд?
– Сначала не хотел унижать даже предположением о корысти, потом… отец сказал, что она не вышла бы из круга… Я не стал рисковать…
– Ты бы сам растерзал ее там, – кивнула Веро.
– Откуда ты знаешь?
– Тереза рассказала, как погибла Мадлен Иво.
– Ты была здесь?
– Да. Сегодня.
– И Тереза…
– Я – последняя, кто видел ее живой.
Эдвард перевел взгляд на письма. Веро кивнула.
– Я показала их и дала несколько советов. Она выбрала сама.
– Спасибо. Она… Тереза не всегда была такой… Она ведь была веселой и радовалась жизни!
– Я помню. – Повинуясь порыву, Веро села рядом и взяла дядю за руку. – Иначе Берти не обрел бы крылья.
– Да. Все эта война… и потом… Тереза начала стареть… – Эдвард вдруг выдернул руку и закрыл лицо руками. – Отец предупреждал меня, но я … я рассмеялся ему в лицо! Что я теперь скажу Берти?
– Ничего, – отрезала девушка. – Ты ему ничего не скажешь. Это был несчастный случай, Тереза никогда не умела обращаться с оружием. Она любила розы и не хотела стареть.
– Верно, – кивнул он, смахивая с глаз слезы. – Лед и пламя, девочка, а ведь ты – больший Амстел, чем мы все…
– Просто я дольше вас всех находилась под опекой Фернанда…
Эдвард покачал головой.
– Просто ты слишком на него похожа, Веро…
Впервые за много лет она позволила ему называть себя так.
Через два дня в замке состоялись похороны Терезы. Веро предлагала организовать их, но Бертран отказался, заявив, что не может перекладывать все на хрупкие плечи кузины. Она так и не знала, рассказал ли Эдвард сыну правду о матери. Во всяком случае, в новостях, связанных с арестом Мишеля Иво, имя Амстелов не упоминалось.
Во время службы в часовне девушка сидела на первой скамье рядом с осунувшимся кузеном и как в детстве держала его за руку.
Торжественная служба, редкие всхлипы нескольких подруг, с которыми Тереза занималась благотворительностью, и, как теперь подозревала Веро, продавала им эликсир, изготовленный в лабораториях клиники Иво, закрытый гроб, в котором лежало тело практически без лица – все это было слишком мрачным.
Бертран мрачно вздохнул, и Веро отвернулась. Каждую ночь она просыпалась в холодном поту и долго ворочалась с боку на бок, гадая, правильно ли она поступила.
Каждый раз ей хотелось позвонить Дереку, рассказать ему все и услышать в ответ: «Девочка моя…» И каждый раз она вспоминала их последнюю встречу, понимая, что Дерек фон Эйсен попросту использовал ее, щедро взяв все то, что она сама предложила. Амстелам никогда не везло в любви…
Веро вздохнула и посмотрела на дядю. Эдвард тоже осунулся, как Веро показалось, и седины в волосах стало гораздо больше. Он судорожно сжимал руку сестры и ни разу не взглянул в сторону племянницы, словно стыдился… Берти, наоборот, то и дело косился на кузину и все время сжимал руку, словно не веря, что Веро рядом. Пару раз она заметила, как он украдкой промокнул глаза.
После того как гроб с телом положили в саркофаг и накрыли надгробной плитой, все вышли из замковой часовни. Эдвард с Бертраном остановились у крыльца, чтобы еще раз принять соболезнования. Веро отошла в сторону, не в силах слушать эти слова, казавшиеся насквозь фальшивыми.
Илона бросила на нее встревоженный взгляд, но девушка покачала головой и кивнула на Эдварда. Мать была нужнее там. Шарль подошел к ним, и Вероника в очередной раз порадовалась за Илону, ее избранник был надежным и практичным. Что ж, кому-то везет в карьере, кому-то – в любви…
Она встретилась глазами с Бертраном, и тот кивнул, словно говоря, что справится сам. Веро изобразила рукой телефон, намекая, чтобы кузен звонил в любой момент, и, засунув руки в карманы черного пиджака, направилась к воротам. За стеной замка она легко отыскала еле заметную тропинку, по которой можно было срезать путь к её любимому обрыву, и, скинув туфли и чулки, босиком побрела по ней.
Странно, но тут было все так же: выжженные летним солнцем пыльные обочины дороги, черные сосны, грустно качающие верхушками. Вдалеке белели деревенские домики с красными черепичными крышами, а сильный ветер обещал принести к вечеру дождь. Веро села прямо на край обрыва, совершенно не заботясь о костюме. Шум шин заставил ее повернуть голову. Знакомый серебристый автомобиль остановился совсем рядом.
– Привет, – Дерек вышел из машины.
– Привет.
Она с удивлением заметила, что он тоже неважно выглядит, хотя наверняка дело в том, что в Цитадели сейчас слишком много работы.
Говорили, что все эти дни Главный Обвинитель даже ночевал в своем кабинете, наполненном сигаретным дымом, и загонял подчиненных до смерти. Дело Иво оказалось громким, неприятным, почти бесперспективным, хотя задевало несколько достаточно влиятельных семей, и репортеры кружили, словно коршуны, в ожидании сенсации, а по новостным каналам постоянно передавали какие-то сплетни. Не дожидаясь приглашения, Дерек подошел и сел рядом.
– Так и знал, что найду тебя здесь.
– Это было очевидно. – Она пожала плечами. – Ты что-то хотел?
Он слегка помедлил, словно решаясь, потом осторожно спросил:
– Ты знаешь, что вчера состоялся экстренный Совет Пятерых?
– Этого следовало ожидать.
– Эдвард Амстел подал в отставку.
Вероника с явным изумлением посмотрела на него:
– Почему?
Дерек оперся руками о землю позади себя и слегка запрокинул голову, словно любуясь пушистыми облаками, буквально висевшими в воздухе.
– Сказал, что не может дальше исполнять обязанности судьи… Это ведь не был несчастный случай, Веро, верно?
– С чего ты взял?
– Судя по ранению Конрада, Тереза прекрасно обращалась с оружием. Можешь не смотреть на меня с таким недоверием, я сделал экспертизу… частным порядком, а потом пришел к Эдварду… Он рассказал мне все…
Вероника вскочила, Дерек так и остался сидеть, лишь слегка повернув голову в ее сторону.