Екатерина Каблукова – Полет дракона (СИ) (страница 27)

– Потому что я не хочу никого спугнуть. Твой приятель явно действовал по чьей-то указке. Утечка информации может заставить его затаиться. И, кстати, ты тоже ничего не сказала кузену.

Он многозначительно посмотрел на нее.

– Я не хочу понапрасну раздувать скандал. Наверняка Берти расскажет все дяде. Зачем лишний раз стравливать кланы? Что ж… спасибо за помощь. Господа, когда будете выезжать, не забудьте, пожалуйста, закрыть ворота, даже если это и испортит чистоту эксперимента…

Она протянула руку, словно на светском приеме, но Дерек проигнорировал этот жест:

– Думаешь, я оставлю тебя одну? Грегори Иво сбежал. Где гарантия, что он не вернется, чтобы завершить начатое?

Веро вздохнула и, резко повернувшись, подошла к огромному окну эркера, вглядываясь через переплетения рамы в черный лес, видневшийся за коваными изгибами забора. Она вдруг осознала, что даже ей не составит особого труда залезть наверх, а у нее нет даже собаки, чтобы та залаяла.

Плечо, перевязанное платком, все еще болело, при резких движениях голова кружилась. Впервые тьма за окном действительно пугала. Даже на небе не было видно ни одной звезды, белесые облака скрывали их, переливаясь отсветами огней столицы.

Следовало признать, что во многом фон Эйсен был прав, один на один с Грегом, вооруженным пропитанным ядом ножом, она бы не выстояла. Она бросила быстрый взгляд на мужчину, сидевшего на кресле и выжидающе смотрящего на нее. Веро понимала, что Дерек просто так не отстанет и, если потребуется, просидит всю ночь, карауля её.

– Хорошо, – сдалась она. – Что ты предлагаешь?

– Отвезти тебя в город, в особняк с драконами. – Он пожал плечами. – Насколько мне известно, он принадлежит твоей матери, и, в отличие от тебя, Илона не пренебрегает ни слугами, ни охраной.

– И откуда ты столь подробные сведения о моей семье? – протянула она, маскируя удивление насмешкой.

Он снисходительно посмотрел на девушку:

– Возвращаясь на родину, я должен был понимать общую картину нашего прекрасного замкнутого элитного мирка. Поэтому запросил нужную информацию и внимательно изучил ее!.

Вероника кивнула и вновь отвернулась к окну. Как бы ни были разумны слова Дерека, она не любила дом с драконами, ныне превращённый в музей. Илона сделала это, чтобы избежать налогов и заодно сэкономить на охране.

Жилым остался лишь третий этаж, два других были открыты в дневное время для посетителей. Охрана и современные системы сигнализации делали этот дом неприступным, но Веро помнила и другие времена, когда слуги с горящими факелами стояли на ступенях, а стены из черного полированного камня будто полыхали, отражая огонь. Сейчас она ненавидела этот особняк. Сама мысль о том, чтобы провести там ночь, чувствуя себя музейным экспонатом, бросала ее в холодный пот. К тому же еще был Шарль. Милый Шарль, который так радовался, что сможет жить с Илоной…

– Не думаю, что мама сейчас одна, – наконец выдавила из себя девушка. – Мне не хотелось бы ее тревожить.

– Дерек, почему бы тебе не отвезти мадмуазель Амстел к себе? – предложил Конрад. – «Пещера» прекрасно охраняется, я лично гарантирую, что даже мышь не проскочит!

– Скажи лучше, что змея не проскользнет! – поправил друга фон Эйсен.

Он выжидающе посмотрел на Веронику, прекрасно понимая всю сложность этого решения. Девушка покачала головой:

– Это будет равносильно признанию, что Эдвард не в силах защитить меня. Я не могу пойти на такое по отношению к главе семьи.

– Мы можем притвориться любовниками, – внезапно предложил Дерек. – Все же видели нас вместе.

Веро рассмеялась:

– Это безумие! Эдвард с ума сойдет от такого нарушения приличий! К тому же не мне напоминать тебе древние законы!

– Ты сама говорила, что мы живем в современном мире. – Он с вызовом посмотрел на нее, слегка приподняв бровь. – Или ты собираешься все-таки подать жалобу в совет?

– А что, идея хороша, подумать только, брак по принуждению в наши дни, это так мило… – отозвалась она в тон и вздохнула, устав от препирательств: – Хорошо. Пещера так Пещера. Мне надо собрать вещи…

– Я бы не хотел оставлять тебя одну даже в твоей спальне.

Фон Эйсен внимательно посмотрел на нее, и Веро опустила взгляд, стараясь не выдать, что в глубине души рада тому, что он сопроводит ее в пустую, темную – и оттого страшную – комнату.

– Как скажешь.

– Я подожду в своей машине. – Конрад коротко поклонился.

Дерек кивнул:

– Сможешь закрыть ворота?

– Постараюсь.

– Это не сложно, – мстительно заметила Вероника. – Гостевой брелок висит в ключнице!

– Спасибо, это сэкономит мне время!

Ингваз поклонился и вышел. Бренчание ключей возвестило, что он воспользовался предложением хозяйки дома.

– Нам тоже пора, – Дерек вопросительно взглянул на Веро.

Она пожала плечами и направилась на второй этаж. Войдя в спальню, девушка указала Дереку на одно из кресел, стоявших у окна:

– Извини, но белье я бы хотела собрать без посторонних.

Усмехнувшись, он слегка наклонил голову, словно принося извинения за некоторую бестактность. Веро зашла в гардеробную, стараясь не поддаваться страху, быстро покидала вещи в дорожную сумку, упаковала один из костюмов в кофр. Переодеваться она не стала, решив сэкономить время.

Дерек так и стоял посередине комнаты, с интересом рассматривая оштукатуренные сиреневато-бежевые стены, портьеры с вышитой сиренью и белую антикварную мебель. Затем его взгляд переместился на фотографии, стоявшие на тумбочке. В основном это были черно-белые снимки Фернанда Амстела. Иногда он был на снимках с женой, чаще – с белокурой очаровательной малышкой, с обожанием смотревшей на деда. Услышав шаги, фон Эйсен обернулся:

– Готова?

– Да.

Она настороженно взглянула на него, Дерек взял одну из рамок в руки.

– Не хочешь захватить их с собой?

Веро с деланой небрежностью пожала плечами:

– К чему? Это же ненадолго…

Он улыбнулся и протянул ей фотографию, где герцог Амстел, чуть наклонив голову, подчеркнуто внимательно смотрел в объектив, в темных глазах светилась насмешка.

– Удачный кадр, я помню его именно таким. Кто его фотографировал?

– Я, этот снимок получился случайно, Фернанд не ожидал… – Желая закончить этот разговор, Веро кинула снимок в сумку и с шумом застегнула молнию. – Идем?

Они спустились по лестнице и вышли на крыльцо. Клаус завел мотор и, выскочив из машины, распахнул дверь. Веро буквально упала на сиденье и устало прикрыла глаза. Дерек вновь сел рядом. Слегка поколебавшись, он накрыл ее руку своей и ободряюще сжал пальцы. Девушка сделала вид, что ничего не заметила, хотя в глубине души была рада его ненавязчивому вниманию и поддержке.

Автомобиль плавно тронулся. У ворот их поджидал серебристый спортивный седан Конрада. Сам Конрад стоял рядом, засунув руки в карманы джинсов и ожидая, пока их машина проедет. Фон Эйсен, приказав Клаусу притормозить, опустил стекло:

– Кон, встретимся у меня.

– Конечно, – кивнул тот, закрывая створки вручную.

Последнее, что заметила Веро, как он достает из машины огромный амбарный замок, чтобы повесить на ворота. Она вопросительно посмотрела на Дерека, тот пожал плечами:

– Поверь, это лучше, чем твои брелки.

Девушка мстительно выдернула руку из-под его ладони. Фон Эйсен лишь усмехнулся и покачал головой. Поджав губы, чтобы удержаться от язвительных замечаний, Веро демонстративно отвернулась к окну, за которым царила тягучая темнота ночи.

Путь назад занял меньше времени. Или так показалось, поскольку она все-таки задремала. Очнулась Веро оттого, что Дерек очень деликатно потряс ее за здоровое плечо:

– Мы приехали.

– Извини, – пробормотала девушка, пытаясь стряхнуть остатки сна. – За эти дни я очень устала.

– Ерунда, мне все равно надо было подумать, – отозвался он, выходя из машины и подавая ей руку.

Жест был настолько естественным для этого мужчины, насколько старомодным он казался бы для остальных, и Веро невольно улыбнулась. Они вошли в особняк с черного хода и поднялись на второй этаж. В отличие от ресторана, здесь не было мрачной вычурности, напоминавшей легенды о драконьих горах, в жилых комнатах присутствовал изысканный минимализм белого и серого.

О древности здания свидетельствовала лишь специально оставленная неоштукатуренной кирпичная стена в гостиной, служащая своеобразным фоном для современной мебели и подсветки многоуровневого потолка. Сама комната показалась Веро безликой: ни фотографий, ни каких-то сувениров, которые говорили бы о предпочтениях хозяина, не было даже магнитиков на холодильнике.

– К сожалению, во время войны здание пострадало, уцелели лишь фрески на первом этаже, и то их пришлось долго восстанавливать.

Дерек совершенно правильно понял ее молчание. Веро повела плечами:

– Это не мое дело…