Екатерина Каблукова – Контракт. Брак не предлагать (страница 8)

Донна вздохнула. Она терпеть не могла надоедливых людей, особенно если они пытались вторгнуться в ее личное пространство, а господин Томсон явно собирался это сделать.

– Вы настырны, – заметила девушка, когда, взяв свой чемодан, поравнялась с Томашем. Он слегка наигранно махнул рукой.

– Мы все равно направляемся в одно место.

– Звучит двусмысленно.

– Никакой двусмысленности. Просто я не хочу, чтобы вы толкались в омнибусе, – так по традиции называли многоместные автобусы, работающие на электричестве вместо ядерного топлива. На Куинси вообще все работало лишь на электричестве, поэтому крыши и машин, и автобусов, и домов были блестяще-черными, полностью покрытыми солнечными батареями.

– Я возьму такси. – Донна спокойно прошла к выходу из здания.

– И будете стоять в очереди? – Томаш хмыкнул. – Поверьте, даже омнибусом будет быстрее, а я предлагаю вам добраться до кампуса без особых временных затрат, меня ждет электромобиль.

– Спасибо, но ответ все тот же – нет! – Донна решительно встала в хвост огромной очереди, выстроившейся на стоянке. С утробным урчанием желтые машины-капсулы замирали у поручней ограждения, подхватывали пассажиров и уезжали, уступая место своим «собратьям».

Донна не любила такси космопорта, те работали только на автопилоте, а девушка не доверяла технике, но это было лучше, чем появиться в сопровождении одного из служащих университета и после выслушивать сплетни, почему Теа О’Доннал резко сдала все экзамены.

Ожидание заняло больше времени, чем она предполагала: как раз перед ней какой-то старичок долго не мог справиться с навигатором и задать нужный адрес.

Не выдержав, Донна подошла к такси и, предложив помощь, сама ввела улицу и номер дома. Теа ни за что бы так не поступила, скорее, закатила бы скандал, что ей пришлось долго ждать. Впрочем, кузина бы уже подъезжала к воротам в машине Томаша Томсона. Старик улыбнулся.

– Благодарю вас…

– Всего вам доброго. – Не обращая внимания, что может показаться невежливой, девушка захлопнула дверцу, и машина уехала.

Сев в свое такси, Донна, все еще размышляя о том, как же ей себя вести с учетом сложившейся ситуации, не задумываясь, ввела просто: «Университет». Экран полыхнул красным, уточняя информацию: университетские здания были разбросаны по огромной территории. Ткнув пальцем наугад в предложенную карту, она откинулась на сиденье с каким-то волнением, всматриваясь в дорогу, расстилавшуюся перед ней.

Когда-то построенный на окраине небольшого поселка университет сейчас стоял в центре города. Учебные корпуса находились в окружении невысоких домов, в которых жили преподаватели. Дома были особой гордостью архитектурного факультета, студенты которого проектировали их. Правда, жильцы постоянно жаловались на разные неудобства, связанные именно с проектировкой. Зачастую студенты отдавали предпочтение футуристичности облика зданий, а не комфорту.

Такси остановилось у кованых ворот, за которыми виднелась широкая аллея, ведущая к ректорскому корпусу. Смартфон в сумке звякнул, подтверждая оплату поездки. Донна ругнулась: она и забыла, что главные ворота Куинси были всегда закрыты. Их витые створки открывались лишь два раза в год – осенью, впуская первокурсников, и весной, выпуская тех, кто окончил университет. Пройти через них хотя бы еще один раз было плохой приметой. Решив не рисковать, она прошла вдоль стены, выложенной, как и основные здания, из красного кирпича. Поговаривали, что на планете-праматери именно из такого кирпича и строили учебные заведения.

Стена была наполовину увита растением с разноцветными листьями всех форм и размеров – работой факультета биологии, символизирующей равенство всех рас, живущих во Вселенной.

Кирпичная стена вскоре закончилась, трансформируясь в современную ограду, и Донна уже пожалела, что так беззаботно ткнула пальцем в навигатор в начале поездки, насколько она помнила, идти предстояло достаточно долго. Ноги начали болеть, а рука, сжимавшая ручку чемодана, онемела, когда она, наконец, остановилась перед еще одними воротами, напоминавшими стандартный вход в космопорт.

Досмотр был соответствующий. Куинси, где формально запрещались телохранители для студентов, славился своей системой безопасности. Хотя в свое время это не помогло Донне избежать слежки. Сейчас она надеялась, что Расмус не осмелится нарушить условия договора. Покончив с формальностями по ее идентификации как Теодоры О’Доннал, то есть протянув удостоверение личности охраннику и постояв минуту, пока он сверял данные со списком доступа, Донна шагнула на территорию университета.

Здесь все было именно так, как она помнила. Старинные здания, разбегающиеся во все стороны дорожки и зеленые газоны, на которых сидели студенты и даже преподаватели. Впрочем, последние предпочитали занимать места за деревянными длинными столами, расставленными под раскидистыми кронами деревьев. Донна с каким-то радостным волнением огляделась, впитывая в себя давно забытые эмоции. В ее памяти в Куинси буквально витала жажда знаний. Этому способствовали и научные центры, и библиотеки, и даже сами люди. Сейчас университет словно разочаровал ее.

Кто-то обедал, захватив из соседнего кафе поднос, на котором стояли коробка с гамбургером и стакан с газировкой. Под оранжевым деревом в одиночестве сидел желтокожий парень с красными от недосыпа глазами, он старательно таращился в книгу, по всей видимости, пытаясь запомнить содержание хотя бы одной страницы. Неподалеку от него оживленно спорили несколько студентов, чертя на дорожке какую-то схему, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся планом расположения одного из ночных клубов, где не было строгого фейсконтроля.

Чувствуя себя обманутой, Донна направилась к одному из домов, где по традиции размещались отличники, но тут же остановилась, вспомнив, что Теа не была удостоена такой чести и жила в обычном кампусе, здания которого виднелись за мемориальным пантеоном – собором всех религий, установленном в центре.

Будь Донна в кроссовках, она бы прошла через газоны, срезав путь, но на ней были модельные туфли, так что пришлось идти по дорожкам. Несколько студентов проводили ее удивленными взглядами. Действительно, мягкий кашемировый кремового цвета свитер, широкие шелковые брюки и туфли из кожи барбанского варана были в Куинси редкостью.

Чувствуя себя несколько неуютно под этими взглядами, Донна прошла почти всю территорию и поднялась по ступеням на крыльцо кампуса.

В очередной раз предъявив свое идентификационное удостоверение, она оказалась внутри и быстрым шагом направилась в отсек, который Теа занимала со своими подругами. На самом деле это была небольшая квартира на несколько спален и общую кухню-гостиную. Студенты, за исключением первокурсников, сами выбирали соседей и оплачивали такую квартиру сообща.

Еще раз напомнив себе, что она – Теодора, Донна открыла дверь и шагнула в комнату. Три пары глаз изумленно посмотрели на нее, затем молчание сменилось визгами:

– Теа!

– Ты вернулась?

– Старик все-таки отпустил тебя?

– Пойдешь сегодня на вечеринку?

Последние слова заставили ее вздрогнуть. С трудом освободившись от цепких объятий, она отошла к окну и внимательно посмотрела на подруг своей кузины. Голографические фото, небольшие видео и короткие досье, полученные вчера, не давали того ощущения, которое возникло при личном контакте. Все три красивые, наверняка прошедшие не одну генную модификацию белокожие, богатые и… глупые. Это было очень видно по их глазам, которые сейчас недоуменно смотрели на Донну, явно потрясенные ее сдержанным поведением.

– Я очень устала. – Она поспешила развеять их удивление. – Дурацкий перелет, и такси привезло к старым воротам – пришлось идти пешком.

– О, – протянула платиновая блондинка, судя по досье, Джина, с лепными скулами, пухлыми губами и ярко-голубым лаком на ногтях, который менял оттенок в зависимости от настроения, – ты должна подать протест в суд!

– Жалобу, – машинально поправила ее Донна и, заметив непонимание на лицах, пояснила: – Сначала надо подать жалобу в компанию, но она безосновательна, я ведь вводила адрес лично.

– Какая разница, куда жаловаться, – отмахнулась вторая подруга, кажется, ее звали Лилу. Ее каштановые волосы были заплетены в тонкие косички, на ярко-розовых концах которых можно было заметить голограммы змеиных голов. Донна слышала, что это – последний писк подростковой моды.

– Если хочешь получить деньги за процесс… – начала Донна и поспешно добавила: – Это мне кузина рассказывала.

– Неужели все это время ты занималась? – ужаснулась третья подруга, Моника. Ее волосы были темными, глаза абсолютно круглыми, а губы постоянно округлялись, точно она хотела произнести звук «о». Моника была одета в клетчатую юбку, белую блузку и высокие гольфы. Для сходства с ученицей престижной школы ей не хватало лишь бантиков на голове. Впрочем, ни в одной элитной школе не позволили бы такую длину юбки, вернее, полное отсутствие этой длины.

– Ну… – протянула Донна, стараясь выиграть время. – Папа сказал, что если я не сдам экзамены, он посадит меня под замок и заблокирует платежные карты.

– Он отказался платить за экзамен? – разом ужаснулись подруги.

– Ректор отказался принимать пожертвования.