Екатерина Гончарова – Земля XXIII: Нордполис. Книга первая (страница 10)

– Привет, Вики! – услышала я радостную интонацию в голове и развернулась. На шею с объятиями мне бросилась Нинель.

– Как? Ты тоже индиго? – округлила я глаза. Я совсем не ожидала увидеть её здесь!

– Да, – она заулыбалась, – я всегда чувствовала в себе что-то необычное. Так здорово, мы будем проходить обучение вместе!

– Ты уже согласилась? – я заглянула в её голубые глаза.

– Конечно, а чего тут думать? Мы можем быть полезны Нордполису, – было видно, что она очень довольна своим положением. Время от времени Нинель поглядывала в отражение окна и разглаживала несуществующие складки на своем фиолетовом комбинезоне.

– Нинель, безусловно, не каждый попадает в ряды Правления, и, наверное, нам стоит гордиться, но… мне кажется несправедливым то, что мы питаемся лучше остальных, – поделилась я с ней своими переживаниями, – и вообще здесь уровень благосостояния намного выше, чем у обычных горожан.

– Вики, я тебя понимаю, я и сама так думаю. Но с другой стороны, роль Управленцев важнее, чем у обычных людей. Это ради всеобщего блага, – она была уверена в своих словах.

– Может быть, ты и права, – задумалась я.

– Конечно, даже не сомневайся! Сейчас у нас мало ресурсов и земли, и настоящую пищу могут получать только Управленцы. Но скоро океан отступит, и мы сможем обеспечить всех вкусной едой и другими благами. Главное – выиграть войну! У нас высокий уровень развития, и мы закончим эту войну быстро и почти без жертв. Так сказал мне Карл. И главное, мы можем распространить идеи о равноправии и мирной жизни по всей земле. Ради этого стоит учиться!

Глаза её горели, и мне показалось, что эта маленькая девчушка сможет одним взглядом разнести в клочья сотни вражеских армий. Потом мы ещё немного постояли, поговорили о семьях, одноклассниках и своих впечатлениях о новой жизни и способностях. Мы чувствовали примерно одно и то же. Оказывается, Нинель жила через дверь от меня. Наш этаж был населен студентами, а этажом выше жили и преподавали учителя. Что находилось на верхних и нижних этажах здания, ни я, ни Нинель не знали. Скорее всего, ниже жил обслуживающий персонал. В здании должна была быть кухня, прачечная, лаборатория. Со временем я могла бы узнать обо всём этом больше. После того, как я вернулась в комнату, на глаза мне попался лежавший на столе листочек со словами Присяги. Я и так уже знала её наизусть, но всё же прочла ещё раз.

«Текст Присяги Нордполису.

Клянусь жить во благо и процветание Нордполиса, и соблюдать интересы гражданского общества. Клянусь защищать его от провокаций и диверсий. Клянусь всеми силами способствовать сохранению мирной и равноправной жизни населения. Клянусь соблюдать в тайне существование людей индиго. Клянусь прервать все связи с прошлым миром: родителями, друзьями и знакомыми. Клянусь не обзаводиться семьёй и детьми, и отдать жизнь своему предназначению. Принимаю уклад и законы Правления и понимаю, что в случае нарушения сей клятвы поплачусь собственной жизнью.»

Когда от человека требуется принять важное решение, он становится сам не свой. Если бы дело касалось кого-то другого, он с легкостью бы нашел ответ и дал совет. Но когда дело касается его самого, он полностью лишается способности трезво и объективно оценивать ситуацию. Он почти не думает о преимуществах альтернатив, но тщательно оценивает возможные риски и потери в каждом из случаев. Именно поэтому люди так любят стабильность и не любят риск, они просто живут согласно удостоенной Нобелевской премии Теории Перспектив.

Я стояла в огромной зале за трибуной и произносила вслух слова Присяги. Зал был полон незнакомыми людьми, но я отыскала взглядом Карла, который находился в первом ряду, Нинель и даже библиотекаря Глорию, которая неизменно улыбалась. Узнала я и медицинского работника, которая вводила мне антисыворотку. Карл говорил мне, что её зовут Хелена Менделе, и что она является величайшим специалистом по медицине современности. Когда я произнесла последние слова, весь зал аплодировал стоя. Под нестихаемые овации ко мне подошёл Карл Мировиц и приклеил на плечо моего фиолетового комбинезона шеврон с литерой М.

– Поздравляю тебя, Виктория. Будь достойна этого шеврона, его получают лишь избранные, – обратился он ко мне с улыбкой.

Я улыбнулась ему в ответ и ответила:

– Спасибо, я буду.

В этот момент меня охватила приятная дрожь от ощущения того, что я обрела Власть.

Глава 6. За Пределом

Ворота позади Макса захлопнулись, и он остался наедине с собой и шумящими вокруг деревьями. В голове и на душе было пусто. Да, он готовился к этому моменту и заранее изучил всю информацию о флоре и фауне окрестностей Нордполиса. Данных было маловато, но он был уверен, что не умрет от голода и холода. В кармане лежала подготовленная коробка спичек, складной нож и радиоприёмник, подаренный Вики. Желтый комбинезон был сшит из тонкого летнего материала, и ночью в нем будет прохладно. До наступления темноты ему нужно было соорудить убежище, найти пищу и развести костёр. Но Макс не двигался с места. Он ждал…

Как объяснил ему медицинский работник, у него были выявлены генетические мутации, и он не прошёл тест на профпригодность. «В связи с этим вы должны покинуть Нордполис. Немедленно.» Медработник вынул из кармана рацию, нажал на кнопку и сообщил кому-то номер кабинета.

Через минуту вошли двое мужчин в оранжевых комбинезонах. «Следуйте за нами», – сказал один из них. Макс спокойно шёл за ними. Сначала они покинули здание, потом с помощью метрополитена добрались до периферии и некоторое время шли пешком по узкой тропе. Слева и справа стеной стоял кустарник с усыпанными шипами ветками, как будто живая колючая проволока, закрывавшая пути бегства. Один сопровождающий шёл спереди, другой сзади. Макс оглянулся и пристально оглядел сотрудника правопорядка. Тот держался весьма напряженно, а встретив прямой взгляд парня, заметно дернулся и сунул руку в карман комбинезона, в котором, судя по очертаниям, лежал пистолет. «Вряд ли это игровой световой пистолет», – мелькнуло в голове Макса. Он отвернулся и зашагал, как будто ничего не заметил.

Спустя пять минут они стояли у небольших, но мощных кованых ворот размером примерно два на два метра, а первый охранник уже проворачивал ключ в тяжёлом навесном замке. Резанув слух, раздался лязг открывающихся воротин, и Макс шагнул в новую жизнь. Свободную жизнь.

Сейчас он стоял, прислонившись к холодному камню огромной стены. «Нордполис замкнут», – любили повторять жители города в надежде случайно встретиться друг с другом на ограниченном пространстве города. Но сейчас Макс смотрел перед собой и видел безграничные просторы впереди. Ласково шумел лес, в глубине его журчала речка, между деревьями свистели, чирикали, заливались трелями птицы. В другой стороне голубыми волнами трепетало море хлопка. Вид был невероятно красив, но сейчас Макса волновало не это. По ощущениям прошел примерно час. Вики не было. Он мог заручиться, что она такая же, как и он. Он пока не знал какая, и что именно с ними не так, но он чувствовал это, как животные одного вида чувствуют свою идентичность. Но её не было.

Близились сумерки, а ему ещё нужно было соорудить ночлег. Макс решил сделать это почти на кромке леса, чтобы оттуда открывался вид на ворота. Кроме того, у него был радиоприемник, настроенный на частоту маячка. Когда Вики появится за воротами, Макс её непременно обнаружит. А пока он пошёл вглубь леса в поисках пропитания. Почти сразу он обнаружил сныть, а на дереве нашёл птичье гнездо, где лежало три небольших яйца. Макс потряс каждое из них, они были свежими. Недалеко он обнаружил заросли малины и кусты вишни, и ел ягоды, пока язык не защипало. В отличие от Виктории Макс и раньше пробовал природные дары. Во время Игр. Вкус ягод был ему знаком, а вот яйца он раньше никогда не ел. Проковыряв веточкой дырку в яйце, он сделал неловкий глоток, и его обуяло невероятное желание сунуть два пальца в рот и освободить желудок. Но ему надо было поесть, поэтому он через силу сделал ещё один глоток. После третьего глотка Макс решил, что сырые яйца на вкус вполне терпимы и допил их все. Затем Макс выбрал небольшую поляну, соорудил посередине костер из сухих найденных неподалёку ветвей и щепок, и набрал запас дров на всю ночь.

С началом сумерок надежда увидеть Вики стала угасать. С чего он решил, что её выведут за стену в этом же самом месте? Скорее всего, она сейчас находится с другой стороны города, сидит под деревом, обхвативши себя руками, и трясётся, как осиновый лист. Искать её в темноте бессмысленно, возможно, их сейчас разделяет сотня километров. «Вот почему радиоприемник не улавливает сигнал её маячка, она вне зоны досягаемости!» – осенило Макса. Он решил переночевать на этом месте, а с утра найти высокое дерево и осмотреть с него окрестности.

Ночью было невероятно холодно, спасал костер. Макс не спал почти всю ночь, подкидывал сухие ветки в огонь и безуспешно вглядывался в темень ночи. Когда первые лучи солнца осветили лес и Предел, Макс пошел на разведку. Он прочесал окрестности в радиусе пяти или шести километров, и потратил уйму времени, чтобы забраться на почти голую сосну. Эта сосна возвышалась над всеми остальными деревьями, и когда Макс всё-таки добрался до верхних ветвей, где смог расположиться сидя, его взору предстал огромный участок суши. Он видел Нордполис, который только пробуждался от ночной дрёмы, большие поля и участки леса. Но вокруг него не было ни души. Он мог поклясться, что ночью из городских ворот никто не выходил, иначе бы он точно услышал их скрип. Разочарованный, он неуклюже спустился на землю, порвав рукав и штанину. Что ему оставалось делать? Искать себе подобных изгоев? Возможно. В раздумьях он провел целый день. Отвлекаться от тяжелых мыслей ему помогали заботы о выживании. Он собрал большую кучу сухих ветвей и листьев на ночь, проверил гнезда, найденные поблизости, и малинник, расположенный в километре от его временного лагеря. После того, как дела были сделаны, а чувство голода подавлено, Макс решил пройтись вдоль Предела. Он шел довольно долго, но кроме каменной стены не обнаружил ничего. Он надеялся найти какой-то дополнительный выход, где могла находиться Вики, но всё было тщетно. К своему месту Макс вернулся уже в темноте и тут же занялся разведением костра.