Екатерина Гичко – Защитник (страница 77)
Отдел артефактологии вызвал у Майяри детский восторг. Столько книг по этому ремеслу она не видела даже в общине. Мелькнула мысль, что нужные книги придётся искать и искать, но девушка отмахнулась от неё.
На самом деле она хотела найти книги по составным артефактам. Освежить память и, может быть, найти новенькую информацию, ранее ей неизвестную. Нет, Майяри сомневалась, что найдёт что-то, с достоверностью описывающее причины её тошноты. Но надеялась. И надеялась, что её предположение не оправдается.
Спустя четверть часа нужных книг она так и не нашла, зато набрала внушительную стопку других, очень её заинтересовавших. Осмотревшись и не обнаружив Род, Майяри в одиночестве направилась обратно, решив срезать путь через другие залы.
В зале художественной литературы она спугнула пару девчонок. Увидев её, те почему-то перепугались и бросились бежать. Майяри пришлось отшатнуться, чтобы они её не сбили. Тяжёлая стопка неожиданно нарушила баланс, и девушка плечом врезалась в полку, сбив на пол две плохо поставленные книги.
– Ну и… – Майяри помянула паникёрш тихим недобрым словом и, поставив свою ношу, подобрала упавшие книги.
Одна из них распахнулась, и взгляд девушки невольно скользнул по строкам. Лицо её скривилось. Майяри откровенно не понимала художественную литературу и не понимала тех, кто её читает и пишет. Эти книги не несли в себе никаких знаний: сплошная трата времени. Она уже хотела захлопнуть том, но…
Майяри задумчиво перевернула книгу, чтобы посмотреть на обложку, прочитала название – «Страсть вопреки» – и уже с большим интересом, опёршись плечом на шкаф, вчиталась в текст.
Как любопытно! Майяри с ещё большим интересом перевернула страницу.
Вот оно что! Чувственность! В ней проснулась чувственность! Тёмные, так вот, значит, о чём шептались девчонки в школе, когда говорили о своих избранниках? А Майяри всё никак не могла понять, с чего это у них «душа трепещет», «голова кругом идёт» и «до умопомрачения хочется упасть в объятия возлюбленного». Ей тоже нравилось, когда её обнимал Виидаш, но разум от этого она не теряла, поэтому всегда считала, что девчонки сдуру что-то придумывают.
Майяри с приятным удивлением посмотрела на книгу. Оказывается, и в такой литературе есть кое-что полезное! Теперь-то она совершенно точно понимает, что именно происходит, когда Викан подходит к ней слишком близко. Это всё из-за её тела, из-за того, что оно проснулось. Ух, как же странно, что физическая оболочка способна на такие сильные чувства. Майяри всегда думала, что на такое способна только душа, и искала причины смятения именно в ней. Но душа-то совсем не при чём.
Радость её слегка померкла, когда она вспомнила, что не только Викан волновал её тело. Стало как-то неловко. Это точно проходит? Лучше бы прошло, а то перед хареном неудобно.
На глаза девушке попалась табличка с названием отдела, и она озадачилась.
«Женские романы».
Почему женские? Может, эта литература – своеобразное просвещение для юных дев? О, ей бы точно не помешало узнать о любви и вообще о влечении тел чуть больше, а то она почти ничего не знает. Её знания ограничиваются лишь самим физиологическим процессом. Ей его частенько описывали.
Внимательно присмотревшись к полкам, Майяри отобрала ещё парочку романов с красноречивыми названиями «Роковое влечение» и «Соблазнение невинной». Ну теперь-то она во всём разберётся!
– Быстрей, быстрей! – подгоняла её Род. – Мастер Резвер терпеть не может опоздавших, а ты ещё и девушка.
Не очень-то её это пугало. Майяри припомнила мастера Лодара, который к женщинам в целом относился очень и очень хорошо, но был убеждён, что в сражениях бабам места нет. И это его убеждение доставляло Майяри много неприятностей на его уроках.
Впереди замаячили ворота одного из малых полигонов, и Род припустила вперёд ещё быстрее. Майяри же, пользуясь тем, что её никто не подгоняет, перешла на степенный шаг. На полигоне уже мялись Мадиш, Эдар, Лирой и больше десятка незнакомых парней, воззрившихся на Майяри с живейшим интересом. Девушка заподозрила, что друзья уже успели что-то про неё наговорить. Осталось узнать что.
– Майяри! – заорал Мадиш, размахивая руками. – Топай к нам!
Девушка не очень охотно пошла на зов. Стоять особняком не хотелось, а Род уже присоединилась к её друзьям, словно всегда рядом с ними ошивалась. И когда только успели так сдружиться?
– Ух, мастеру Резверу ты не понравишься! – с каким-то нездоровым предвкушением протянул белобрысый друг, окидывая её взглядом.
Майяри на всякий случай тоже осмотрела себя, но придраться могла только к юбке, все остальные-то были в штанах. А так она была одета очень удобно: короткий полушубок, заправленный за воротник шарф, варежки, плотное тёмное платье и неубиваемые сапоги, славно служащие ей уже седьмой год.
– Эй, Мадиш, это и есть твоя подружка? – один из незнакомых парней с любопытством окинул девушку взглядом.
Интересно, а они с какого отделения? Тоже боевые маги? В Жаанидыйской школе магии была своя система назначения кураторов. Мастера набирали в свои группы учеников разных возрастов и годов обучения с тех отделений, к которым имели хоть какое-то отношение. Настолько знала Майяри, мастера с лекарского отделения могли набирать учеников со всех без исключения специализаций, но у мастера Резвера был более узкий круг, девушка только не знала, что насколько узкий.
– Подруга, – оскорблённо поправил одногруппника Мадиш, нагло приобняв поморщившуюся девушку за плечи. – Поаккуратнее со словами, Эрген. Майяри – девушка воспитанная и ценит деликатные манеры.
– Тогда чего это она с тобой дружит? – лохматый рыжеволосый парень захохотал, и его заразительный смех подхватили остальные.
– А я ей по наследству достался, – расхохотался в ответ Мадиш и натужно закашлял, получив от подруги локтем в живот.
– Построились! – рявкнул кто-то, и ученики, вздрогнув, бросились строиться в одну линию.
Майяри утащила за собой в самый конец строя Род. Там девушки и встали: Род самая последняя, а Майяри предпоследняя. И только после этого Майяри с интересом уставилась на приближающегося мастера.
Мастер Резвер оказался мужчиной ростом чуть выше среднего, с широкими плечами, крепким телосложением и хорошо развитыми мышцами: штаны на бёдрах сидели почти в облипку. Лицо в одно и то же время производило приятное впечатление и несколько настораживало: крепкий, чуть выдающийся вперёд подбородок, резкие черты, сильно выделяющиеся скулы, нос, схожий с птичьим клювом (Майяри напряглась), серые, слегка раскосые глаза и тонкие, но чутко изогнутые губы. Очень мужское суровое и решительное лицо. Привлекательное, но и вызывающее опасения. Волосы его имели какой-то странный цвет – серовато-белый, опускались чуть ниже лопаток и были так растрёпаны, словно мужчина расчёсывал их пальцами и ладно, если каждый день.
Окинув суровым прищуренным взглядом настороженно посматривающих на него учеников, мастер вздохнул, угрюмо полюбовался на облачко пара и наконец тяжело посмотрел на Майяри, опустившись взором по её фигуре вниз. Девушка опустила глаза и тоже уставилась на свою юбку.
– На мои занятия приходить только в штанах, – мрачно процедил мастер Резвер, встретившись глазами с ученицей.
Майяри молча задрала юбку – парни охнули от предвкушения и почти тут же разочарованно застонали – и продемонстрировала собственно штаны. Она подготовилась. Мастер почему-то задержался взглядом на её сапогах.
– Без. Юбки, – членораздельно добавил оборотень. – Мы будем много тренироваться, и платье вам только помешает.
Прям ностальгия накатила. Майяри припомнила, как она воевала с мастером Лодаром за право посещать занятия в платье. И вот опыт этого противостояния очень ей пригодился.
– Мастер Резвер, – она с достоинством склонила голову, – думаю, что мне лучше заниматься именно в платье, ведь я женщина.
Левая бровь мужчины слегка приподнялась, а глаза прищурились ещё сильнее.
– Если я буду тренироваться только в штанах, то буду не готова к реальности. Вы же понимаете, что большую часть времени я хожу именно в юбке. И враг не будет ждать, пока я натяну штаны.
– О, – мягко выдохнул мастер Резвер, уголки его губ слегка приподнялись, а на лице появилось выражение «Я так и знал!». – Хорошо, посмотрим, как справишься. Если плохо – снимешь эту тряпку.
Майяри решила, что правильнее прояснить всё сразу.
– При всём моём уважении к вам, мастер, не сниму.
Парни уставились на неё с видом «Ты самоубийца?!», а Род едва сдержала горделивую улыбку.