Екатерина Гичко – Защитник (страница 5)
Майяри взмахнула кулаками, намереваясь обрушить их на столешницу, но Ранхаш успел перехватить её за запястья. Девушка, тяжело дыша, ошеломлённо уставилась на его перебинтованные пальцы.
– Это не ваша вина, госпожа Майяри, – мягко произнёс Ранхаш, и Майяри, вздрогнув, уставилась в его глаза. – Это целиком и полностью моя вина. Вам некого винить, кроме меня. Это я заставил вернуться вас в город, это я умолчал о своих подозрениях. Если бы я сказал вам, что подозреваю Арона Дебрия, вы бы никогда не позволили себе приблизиться к Рене. Но я подозревал и вашего друга и умолчал. В произошедшем виноват только я.
Майяри сглотнула и зло усмехнулась.
– Если бы я не взяла эти артефакты, вас бы здесь даже не было.
– Вы не могли их не взять. Вспомните, какой страшной силой они обладают. Вы взяли их, чтобы уберечь жизни и покой тех, кто вам дорог. Вы исчезли из этого города. Но я вас вернул. Это моя вина.
– Не надо меня успокаивать! – сквозь зубы процедила Майяри. – Оставляя артефакты себе, я думала, что всё контролирую. Думала, что самое страшное, что может произойти, – это переход проклятых безделушек в руки этих ублюдков! Я не предусмотрела того, что произошло!
– Нельзя предусмотреть всего, вы сами мне об этом говорили.
Майяри замерла, тяжело дыша и пристально смотря в жёлтые глаза харена. Сейчас они не были такими холодными, как обычно, но почему-то всё равно принесли успокоение. Среди пожирающих её ярости и вины девушка смогла найти крупицу здравого смысла и напомнила себе, что харен ждёт от неё рассказ о произошедшем. Глубоко, прерывисто вздохнув, Майяри выудила из памяти взбешённое лицо Арона и продолжила:
– Потом появился дядя Рены. Он… он не сказал ничего интересного. Увидев её, он впал в безумие. Уже на его крик явился… – девушка стиснула зубы и едва выдохнула: – Деший. И он совершенно не был похож на того идиота, что я видела ранее. Даже не сразу узнала его. Мягкий такой, вкрадчивый, – в её голосе зазвучало презрение, – словно бы всё понимает. Я уверена, что господин Ахрелий говорил о нём.
– Я уверена, он говорил не об Ароне. Он говорил о Дешие! Он знал его раньше, но не смог признать в идиоте-уборщике, которого сам и привёл в сокровищницу.
Ранхаш нахмурился, не совсем понимая связь, но перебивать не стал.
– В тот момент я уже плохо себя контролировала и всё, чего я желала, – чтобы этот кошмар закончился. Он испугался, – по губах Майяри скользнула жуткая торжествующая улыбка, – попытался убить меня, но не смог обойти Защитницу.
Шидай было предостерегающе посмотрел на Ранхаша, чтобы тот не задавал лишних вопросов. Кто такая Защитница, можно уточнить и позже, когда Майяри будет более вменяемой, но Ранхаш даже не подумал открывать рот.
– Он вроде пытался остановить меня, поставить щит… – Майяри поморщилась и попыталась потереть лоб, но харен продолжал мягко удерживать её руки. – Я не помню точно, кажется, всё же пытался… В любом случае остановить меня, когда я в таком состоянии, такими смехотворными способами нельзя. Только убив или сломав в моём теле столько костей, чтобы я не могла более находиться в сознании. Последнее всегда помогало.
Ранхаш похолодел, представив её изломанное тело, и пристально взглянул на Шидая. Тот нахмурился и отвёл глаза. Спайки на костях рук и ног у девушки действительно были.
– А потом я похоронила всех нас, – с мрачным удовольствием закончила Майяри, и взгляд её застыл.
Ранхаш слегка подался вперёд, вглядываясь в её глаза, и тихо произнёс:
– Дешия нет среди погибших.
Зрачки девушки дрогнули и расширились. На мгновение она застыла, потом её брови чуть-чуть изогнулись, верхняя губа приподнялась, обнажая зубы, и в глазах мелькнула ярость. Мелькнула и исчезла, сменившись ясностью. Безумие испарилось без следа, пугающе быстро превратившись в осмысленность. Взгляд обрёл трезвость и твёрдость. Майяри будто бы за несколько секунд превратилась в прежнюю здравомыслящую себя, выпрямилась и, холодно взглянув на харена, потребовала:
– Отпустите.
Ранхаш разжал пальцы, освобождая её руки. Майяри уставилась на едва исходящую паром чашу и потянула к ней дрожащие ладони.
– Мне нужно съесть это, – уверенно заявила она и попыталась взять ложку.
Скрюченные пальцы не хотели слушаться, ложка выскальзывала и билась о края чаши. Майяри уже хотела просто обхватить посудину руками и выпить её содержимое, как поднялся харен.
– Я помогу.
Ранхаш забрал чашу и под настороженным взглядом девушки и удивлённым – Шидая зачерпнул ложкой бульон и направил её в сторону Майяри. Та смерила его подозрительным взглядом, но всё же открыла рот и слегка подалась вперёд. Ей нужны силы, чтобы жить дальше.
– Уверена, что хочешь вернуться туда? – уже у двери спросил Шидай.
Майяри вцепилась в его пояс и, закрыв глаза, перевела дыхание. После бульона сильно тошнило и кружилась голова. Её продолжало потряхивать и казалось, что безумие вот-вот вернётся опять. При мысли, что ей придётся оказаться рядом с Виидашем, становилось невыносимо страшно, но ещё больше она боялась не увидеть его.
– Хорошо, – правильно истолковал её молчание Шидай и потянул дверь на себя.
Девичьи пальцы судорожно впились в его пояс, да и сам Шидай на мгновение оторопел.
Госпожа Ярена, едва сдерживая слёзы, суетилась рядом с сидящим Виидашем. Господин Юварий просто стоял и мрачно смотрел на молодого господина. Бледного, осунувшегося, с потухшим безжизненным взглядом. Казалось, что Виидаш продолжал быть без сознания, просто кто-то зачем-то посадил его и открыл ему глаза. Но так казалось только какое-то мгновение. Стоило двери распахнуться, как взгляд его стремительно переместились на лицо Майяри. Страх тугой струной натянулся в груди девушки, и она забыла как дышать.
В полумраке голубые глаза Виидаша казались серыми, а пустота придавала им какую-то жуткую потустороннюю глубину. На мгновение Майяри показалось, что она сейчас провалится в них и умрёт. А затем губы Виидаша шевельнулись и раздался тихий прерывистый шёпот:
– Помоги… мне…
Майяри словно кто-то в спину толкнул. Вырвавшись из рук господина Шидая, она бросилась к другу и, забравшись на кровать, подползла к нему. Виидаш подался вперёд и, рухнув лицом на её колени, что есть сил впился пальцами в её бёдра. Хриплый рык смертельно раненного зверя сотряс его тело, и Майяри, закусив губы, чтобы сдержать рыдания и мольбы о прощении, склонилась, закрывая его спину собой.
Глава 3. Пробуждение к жизни
– Их принесли…
Майяри бдительно прислушалась, а затем бросила настороженный взгляд на Виидаша, опасаясь, что он тоже что-то услышит. Безучастно серый взгляд друга не изменился, но девушка всё равно занервничала.
– Виидаш… он должен знать, – донёсся до её слуха прерывистый голос госпожи Ярены.
– Не сейчас, он слишком подавлен. Госпожа, давайте поговорим в другом месте.
Майяри горячо поддержала господина Шидая и опять бросила обеспокоенный взгляд на друга. Тот сидел на постели, опираясь спиной на подушки, и смотрел на одеяло совершенно равнодушным взглядом. Девушка почувствовала, как узел переживаний затягивается в груди ещё сильнее.
Вчера Виидаш рыдал у неё на коленях, выплёскивая своё отчаяние, горе и чувство вины. Вместе с ними он, похоже, выплеснул и все остальные чувства. Теперь он не реагировал, когда к нему обращались, не отвечал на вопросы, не показывал, что ощущает чужие прикосновения… Словно из тела изъяли душу.
Виидаш послушно размыкал губы, когда к ним прикасалась ложка, глотал не жуя всё, что положат ему в рот, ложился в постель, когда на его плечи нажимали, и даже закрывал глаза, когда по ним проводили ладонью. Последнее Майяри казалось особенно жутким: словно усопшему веки опускают.
Девушку пугало такое безжизненное состояние друга, но в то же время она дико боялась того момента, когда он наконец осознанно посмотрит на неё. Она очень сильно страшилась того, что он возненавидит её. А он может возненавидеть её…
Дверь так резко распахнулась, что Майяри вскочила от неожиданности и шагнула к кровати, намереваясь… Она сама не понимала, что хотела сделать. Броситься на защиту Виидаша? Но защищать друга не пришлось. Через порог стремительно перелетел и бросился к кровати больного высокий крепкий небритый мужчина с густой светловолосой гривой до самых плеч. Майяри невольно отступила, узнав господина Итара – отца Виидаша.
Мужчина молча обнял сына и крепко прижал к своей груди. В комнате опять повисла тишина, нарушенная только спустя пару десятков секунд тихими шагами. Майяри вздрогнула, увидев остановившегося на пороге харена. Тот встретил её пристальным взглядом, почему-то не очень одобрительно посмотрел на её голову и опять перевёл взгляд на господина Итара. Тот наконец отстранил безучастного сына от груди и с жадностью уставился на его лицо.
– Тёмные, Виидаш, – пророкотал он и опять, но уже куда бережнее, прижал к себе.
Взгляд его прошёлся по комнате и замер, наткнувшись на Майяри. Сперва он словно бы удивился, видимо, не ожидал увидеть её здесь или просто не ожидал встретить так скоро. А затем голубые глаза сощурились и потемнели от гнева, приобретя цвет грозового неба. Майяри ответила мрачным взглядом. Её совершенно не волновали гнев или даже ненависть родственников Виидаша, её страшил только он сам. Хотя ранее они с господином Итаром прекрасно ладили. Если господин Ерон выражал неприкрытую неприязнь, а госпожа Ярена, глядя на супруга, лишь сдержанное неодобрение, то отец Виидаша всегда встречал её очень дружелюбно, называя «глупой хитрой человечкой». Это прозвище приклеилось к Майяри ещё при первом знакомстве с семьёй Виидаша, и она никогда не обижалась на него. Хитрой человечкой её тогда назвал Ерон Ишый, заявив, что она решила облапошить его правнука и примазаться к знатному роду. Зычный хохот господина Итара тогда громыхал на весь дом. Заявив, что если это действительно так, то его будущая невестка самая глупая из хитрых человечек, так как такого разгильдяя, как его сын, ещё поискать надо, господин Итар высказал Майяри свои соболезнования и расхохотался уже в ответ на возмущение сына.