Екатерина Гичко – Защитник (страница 41)

Почти минуту они с волком тяжело смотрели друг драга, затем зверь всё же отступил.

– Это господин Мариш, – запоздало сообщила Майяри харену. – Он нас не так давно нашёл.

Харен перевёл взгляд с оскалившегося волка на неё, и девушке в этом взгляде почудилось что-то странное.

– Он не нападал?

– Нет, – уверенно соврала Майяри. – Но так рычал, что до смерти перепугал.

– Вы ещё достаточно живая, – господин Ранхаш мрачно её осмотрел. Девушке показалось, что в воздухе повисло недосказанное «к сожалению».

– А госпожа Лоэзия вот, – Майяри слегка посторонилась, открывая взгляду замершую посреди пещеры птицу. – Она… переволновалась и… Но думаю, ваше присутствие её успокоит, и она скоро опять станет прежней. Эй, смотри, твой жених пришёл. Иди к нему.

Ранхаш немного удивлённо уставился на птицу и почувствовал растерянность. Успокоит? Ему нужно успокоить её?

– Эй, курочка, ты чего? – Майяри аккуратно подпихнула птицу ногой под хвост в сторону замершего оборотня.

– Разберёмся с этим позже, – мужчина угрюмо уставился на неё. – Сейчас же собираемся и идём обратно. Господин Мариш, вы не могли бы повезти Майяри на себе?

Волк отозвался грозным рычанием, которое лично Майяри истолковала, как приглашение к бою, и показала зверю кулак.

– Хорошо, тогда повезёте госпожу Лоэзию, – не стал настаивать харен. – Майяри понесу я.

– Я сама дойду! – окрысилась девушка, невольно отшатываясь.

– Там ветер и сугробы, – оборотень потянул руку к ней. – Вы будете тащиться слишком долго.

По пещере пронёсся странный протяжный звук, и Ранхаш с Майяри с недоумением посмотрели вниз. Птица, нахохлившись и широко расставив лапы, грозно буравила мужчину красно-коричневыми глазами.

– Лоэзия, что не так? – Майяри склонилась над птицей.

Та хлопнула крыльями и с пронзительным криком бросилась на харена.

Глава 24. Извинения, разговоры, наказание

Всё-таки нести Лоэзию на руках выпало Майяри. И харену даже пришлось смириться с темпом передвижения.

– Хватит клокотать, разбойница, – с укором прошептала Майяри, склоняясь к голове птицы под капюшон из попоны.

Несмотря на ворчание, внутри девушка ликовала и хохотала. Эта птичка определённо заслужила того, чтобы её тащили на руках. Хотя когда Лоэзия, хлопая крыльями и негодующе вопя, бросилась на обомлевшего харена, Майяри онемела от изумления и ужаса. И едва успела отбросить разъярившегося Мариша к дальней стенке и оградиться от него невидимым щитом.

– Курица ты, – с нежностью прошептала девушка и дунула ястребу в клюв.

Птица ответила нежным горловым звуком, но не расслабилась. Её всё ещё потряхивало от негодования.

Чем её так разозлил харен, оставалось только гадать. У Майяри мелькнула было мысль, что проснулся разум Лоэзии и девушка вознегодовала, услышав, что её жених решил нести на руках другую девушку. Но ведь тогда бы досталось и ей, Майяри. А её птица не тронула, даже когда она бросилась отдирать её от харена. Наоборот, обмякла в руках и обиженно заклокотала, цепляясь когтями за руки девушки.

Успокоить Мариша было куда сложнее. Но запас угроз у Майяри был практически неисчерпаем, да и терпением она заслуженно гордилась. Волк всё же присмирел, хотя на харена продолжал коситься очень недружелюбно. Так же, как и птица. Стоило той увидеть жениха, как она опять приходила в негодование и бросалась в бой. Пришлось соорудить капюшон, чтобы она видела только Майяри.

Украдкой взглянув на профиль харена, девушка опять отвернулась, чтобы скрыть улыбку. В темноте и в завихрениях метели его лицо выглядело как тёмное пятно, но воображение тут же дорисовало длинную царапину на правой щеке, оставленную когтями птицы.

– Хорошая птичка, – прошептала Майяри, позволяя ястребу потереться башкой о свой подбородок.

Господин Мариш шёл чуть впереди, прокладывая тропку среди сугробов. Майяри продолжала отгораживаться от него щитом, но волк вёл себя довольно разумно, хотя порой резко разворачивался и негодующе щёлкал зубами. У девушки каждый раз сердце уходило в пятки.

Сквозь завывания ветра до слуха донёсся голос харена:

– Замёрзли?

– Нет, – поспешила отозваться Майяри.

В пещере она едва отвертелась от чести облачиться в плащ харена. Если бы не агрессивное заступничество Лоэзии, то убедить оборотня, что она сама себя прекрасно греет, ей бы вряд ли удалось. Но мужчина, казалось, был несколько обескуражен поведением невесты и позволил себе не настаивать.

Услышав голос волка, ястреб опять негодующе закричал, и у Майяри в который раз защемило слух от пронзительного вопля. Пришлось встряхнуть птицу, чтобы она умолкла.

– Она всегда на вас так реагирует? – не удержалась от вопроса недовольная девушка.

Уже через секунду она сообразила, что вопрос слишком личный, и даже порадовалась, что харен не стал отвечать.

Но он всё же ответил, выдержав почти минутную паузу.

– Не знаю.

Майяри удивлённо воззрилась на окутанную снегом фигуру, но задать ещё один вопрос не рискнула.

Первый забор вырисовался в снежной мгле спустя почти полчаса. Харен порой посматривал на Майяри, ожидая, что она начнёт спотыкаться от усталости или тяжело вздыхать из-за оттянувшей руки птицы, но девушка продолжала идти вперёд и переваливаться через сугробы весьма бордо. Даже умудрялась что-то время от времени шептать в попону. Та отзывалась довольными звуками и тёрлась о шею девушки. Последнее почему-то раздражало.

До постоялого двора они шли ещё примерно десять минут. Их было вышли встретить охранники, но грозно зарычавший Мариш заставил мужчин рассыпаться в разные стороны и напряжённо замереть. Повисла гнетущая, как перед боем, тишина. Волк напружинил лапы, готовясь к прыжку, а оборотни потянулись к оружию.

– Сядьте! – со звенящим негодованием прошипела Майяри, и мужчины непонимающе уставились на неё.

Девушка же смотрела на вздыбившего шерсть волка, ответившего ей утробным, заставляющим все поджилки трястись от ужаса рычанием.

– Мало того, что я вас до смерти боюсь, так вы ещё решили и остальных запугать! – разъярённая девушка пнула сугроб, осыпая морду зажмурившейся зверюги снегом. – Топайте внутрь. Если что-нибудь сотворите, я, честное слово, сделаю с вами что-нибудь нехорошее.

Негодующе оскалившись, волк вздыбил шерсть на загривке, но всё же развернулся и тяжело потопал к распахнутым дверям. Недоверчиво прищурившаяся девушка зашагала следом.

– Господин! – один из охранников возмущённо посмотрел на харена. – Господин Мариш опасен сейчас.

– Не трогать, – коротко распорядился харен и направился внутрь.

В трапезном зале Мариша, Майяри и Лоэзии уже не было, зато сверху раздавался шум. Послышался женский визг, негодующее рычание и недовольное:

– Не высовывайся! А ты топай сюда. Да проходи уже!

Хлопнула дверь, и рычание стало приглушённым.

Наверху харена встретили двое оборотней и побелевшая Диэна. Несмотря на совет Майяри («Не высовывайся!»), в комнату она так и не вернулась. Перед уходом Ранхаш распорядился, чтобы её и Элду перевели в другую комнату, без потайных ходов, но вот Майяри, судя по глухому рычанию, вернулась туда, откуда имела глупость уйти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Его появление встретили рычанием и негодующим птичьим криком. Майяри едва успела перехватить бросившегося в атаку ястреба. Волк повёл себя спокойнее. Ранхашу даже показалось, что в его глазах светится разум. Лёг зверь у всё ещё распахнутой крышки хода и уставился туда с таким видом, словно ожидал, что сейчас оттуда выползет кто-нибудь, кого он сможет спокойно сожрать.

Смерив опасливо смотрящую на него Майяри холодным взглядом, мужчина бросил:

– Я разочарован.

К его удивлению, девушка поникла, опустила голову и закусила губу.

– Простите, – виновато прошептала она. – Я повела себя очень глупо и подвергла риску жизнь вашей невесты.

На какое мгновение Ранхашу остро захотелось её простить. Её раскаяние выглядело очень искренним. Но это желание владело им, пока он не дослушал фразу до конца. И внутри затлело глухое раздражение.

– Спите, – прошипел он сквозь зубы. – Я разберусь с вами утром.

Девушка вздрогнула, но голову не подняла.

Ранхаш стремительно шагнул за порог и старательно тихо прикрыл за собой дверь.

– С ними всё нормально? – испуганно спросила Диэна.

И вздрогнула, поймав тяжёлый взгляд.

– Она никогда не была нормальной, – мрачно отозвался харен и захромал вниз по лестнице.

Дверь распахнулась, запуская внутрь завывающий ветер и Шидая с Рладаем. Оборотни осмотрелись и, увидев за дальним столом мрачного харена, что-то потягивающего из кружки, слегка расслабились. Правда, лекарь опять нахмурился и, стремительно подлетев к господину, принюхался к его кружке. Харен наградил его не очень любезным взглядом, и Шидай окончательно расслабился.

– Девочки нашлись? – первым делом поинтересовался Шидай, усаживаясь на стул.

Рядом неуверенно присел Рладай.