Екатерина Гичко – Защитник (страница 26)
– Спасибо, – скомкано поблагодарила девушка.
Оборотень удивлённо вскинул брови, но Майяри не стала пояснять, что благодарна не только за возвращение артефактов, которые харен отобрал у неё. Она не могла ожидать, что он поможет ей, пусть и из стремления достичь собственных целей, но он помог и ввязался в опасную авантюру, отказавшись отдавать её представителю власти. Он ведь очень сильно рисковал.
– Скажите, а хайнес знает о том, что это за артефакты? – Майяри нервно сцепила пальцы между собой.
– Возможно, знает, – не стал отрицать Ранхаш. – Шидай написал моему прадеду Шереху. Тот мог сказать повелителю правду или же умолчать.
– Но если хайнес знает, то меня не оставят в покое.
– Покой вам в любом случае будет только сниться, – девушка досадливо поморщилась. – Даже если хайнес знает правду, давить на вас прямо он не посмеет из опасения, что о вас прознают главы других родов. Вы сейчас храните смерть его семьи, и в его интересах не привлекать к вам лишнего внимания. Но я сомневаюсь, что прадед сказал ему правду. Этим бы он подставил меня под удар, а меня он… – Ранхаш запнулся, и Майяри уловила в его глазах сдержанную ярость, – бережёт.
Бережёт? Майяри словно в очередной раз зашла на запретную территорию и случайно узнала о харене то, чего ей знать не полагалось. Она невольно отметила, что он не такой холодный, как обычно, не такой спокойный. Внешне это было почти незаметно, но воздух словно накалялся от сдерживаемых эмоций. Стало как-то неуютно: холодный и равнодушный харен казался понятнее и проще.
– По поводу артефактов, – Майяри неуверенно покосилась на дверь, опасаясь больших и чутких ушей господина Шидая, – и моих слов… этой ночью. Они не спонтанные. Я готова исполнить обещание.
Ранхаш откинулся на спинку кресла и пристально уставился на Майяри. Та ответила тяжёлым уверенным взглядом. Почему-то опять вспомнилась кукла, надёжно запертая в ящике стола, и оборотень в очередной раз попытался сравнить их. Оригинал оказался куда ярче и живее. Даже, в, казалось бы, неподвижном ожидании девушка пребывала в движении: плечи её слегка подрагивали, губы едва уловимо сжимались, брови вопросительно изгибались, а в глазах тяжёлыми волнами прокатывались разнообразные эмоции. Живая версия бесспорно была интереснее.
– Так что? – вернула мужчину к действительности Майяри.
Ранхаш медленно поднялся.
– Как вы смотрите на то, чтобы прогуляться со мной? – не успела девушка изумиться странной просьбе, как он добавил: – Направление можете выбрать сами.
В глазах Майяри мелькнуло понимание.
– Я соскучилась по свежему воздуху, – покладисто отозвалась она. – Но можно мне сперва получить мои амулеты?
Харен молча развернулся к зеркалу и отодвинул его, открывая взгляду дверцу схрона.
Глава 16. Украденное
Стражник с тоской посмотрел на ночное небо с тонким серпом волчьего месяца и надкусанным ликом луны, застенчиво прикрытым тёмным облаком, а затем недовольно уставился на могучего бородатого всадника, решившего, что именно сейчас самое время отправляться в дорогу. Перед мужиком сидел мальчишка лет десяти с живыми блестящими глазами, такой хорошенький, что стражник сразу же вспомнил, что видел эту парочку в полдень, когда они въезжали в город на торг.
– Утром бы выехали, – с досадой сплюнул он. – Чего уж дитя по ночному холоду морозишь?
Бородач сурово поджал губы и отвечать не стал. Стражник, продолжая ворчать, толкнул задремавшего товарища, чтобы тот помог открыть ворота. Гигантские створки натужно заскрипели, выпуская всадника на освещённую ночными светилами заснеженную равнину.
Майяри облегчённо вздохнула и опять покосилась на свой сапог, слишком уже большой для детской ножки. Досадную оплошность она заметила уже у ворот и исправлять побоялась: вдруг стражник углядит внезапно меняющуюся ногу, а так, может, в глаза не бросится. К их удаче, охрана уже устала и дождаться не могла смены.
– Всё хорошо? – бородатый верзила-харен склонился к её уху, хотя со стороны могло показаться, что он лишь слегка наклонился над головой ребёнка. Макушка самой Майяри располагалась выше и уши, соответственно, тоже.
– Теперь да, – под взглядом девушки кожаный сапог сменился меховой обувкой меньшего размера, туго перетянутой ремешками.
Растягивать цветной щит на двоих оказалось не самой простой задачей. А ещё сложнее было натянуть щит на кого-то другого и контролировать его. Свой-то Майяри ощущала всем телом и сразу замечала прорехи в образе, но, постоянно отвлекаясь на харена, она упускала из внимания и себя. При первой попытке натянуть облик господина Давия на харена, а облик его правнука Ривия – на себя Майяри обнаружила, что у мощного «домоправителя» остались тонкие руки господина Ранхаша. Со второй попытки она вроде бы сладила, но затем обратила внимание на то, как хмурится господин Ранхаш, и наконец заметила, что «правнук» продолжал щеголять в её платье.
До торга они добрались в таком виде, а уже там девушка приметила дородного бородатого оборотня с сыном, и торг они с хареном покинули уже в их облике.
– Нам в ту сторону, – «мальчик» подбородком кивнул на тёмную полосу леса на западе. – Боюсь, придётся побродить. Я была здесь год назад осенью и не уверена, что узнаю места под покровом снега.
Харен молча одной рукой дёрнул за поводья, второй прижимая девушку к себе. Майяри в очередной раз напряглась. Придерживать её не было никакой нужды, она и сама прекрасно могла о себе позаботиться, но господин Ранхаш, видимо, опасался её побега, и Майяри не могла его винить. Эта мысль, исключительно по привычке, действительно мелькнула в её голове.
– Вроде бы здесь, – девушка неуверенно воззрилась на тёмный контур сосновой кроны, возвышающийся над лесом. – Та вроде бы выглядела так же растрёпано. О, точно! – Майяри возбуждённо зашипела и ткнула пальцем в широкий дубовый ствол с корявыми ветками, живописно выделяющийся среди стройных лип и кривых клёнов. – У того тоже ветки как рога торчали!
Конь неохотно ступил под заснеженные кроны леса и, шумно ломая скрытые снегом ветки, направился к указанному дубу. Майяри сбросила щит, необходимость в котором отпала, и напряжённо подалась вперёд, пытаясь высмотреть в зимнем лесе хоть что-то знакомое. Последний раз она была здесь тоже ночью, но путь ей преграждали покрытые листвой ветви, в ногах путалась трава, а стопы цеплялись за поваленные стволы. Сейчас ничего этого не было.
– Что-то ещё знакомо? – господин Ранхаш спокойно осматривался и принюхивался. Рядом ощущались чужие запахи, но несильные, принадлежащие ночному зверью. Их же собственные благодаря амулетам были весьма невыразительны.
– Подождите, – поморщилась девушка. – Я тогда торопилась, за мной же гнались, и не очень хорошо запоминала дорогу. Кажется, я обошла дуб по правой стороне… нет, по левой! Я же немного на юго-запад забрала.
Ранхаш отметил и запомнил эту информацию. Вдруг пригодится.
Девушка в его руках закопошилась и, перекинув ногу, скатилась по лошадиному боку в сугроб. Высоко задрав юбку, она обошла дуб по левой стороне и торжествующе, правда очень тихо, выдохнула:
– Ага!
Спешившись, мужчина привязал лошадь и направился следом за Майяри. Та обнаружилась около пня, зубастую верхушку которого она злорадно попирала ногой.
– Я об него тогда споткнулась и нос себе сломала, – с ликованием объяснила своё злорадство Майяри. Глаза её блестели, и она казалась очень воодушевлённой. Похоже, ей нравилось искать клады. Впрочем, через несколько секунд воодушевление её померкло. – Но я не помню, в какую точно сторону пошла после этого… У меня в глазах тогда помутилось, – она невольно потёрла зазудевший нос. – Но я вышла на юго-запад… – повторила девушка опять и повернулась, чуть-чуть отклонившись к югу.
Почти четверть часа они мерили глубину сугробов в окружении мрачных мохнатых елей. В конце концов растерянная девчонка остановилась и огляделась с видом заблудившегося человека.
– Не помню этот ельник, – расстроенно призналась Майяри.
– Мы можем вернуться назад и попробовать ещё раз, – не огорчился Ранхаш.
Девушка виновато взглянула на харена, и его спокойное лицо приободрило её. Закусив губу и упёршись руками в колени, Майяри ещё раз осмотрелась, бдительно заглядывая под еловые лапы: может, за ними будет что-то знакомое?
Вшу-у-урх! С дерева в небо что-то взмыло, и над лесом раскатилось протяжное уханье. Майяри шарахнулась и испуганно уставилась на тёмный птичий силуэт, пересёкший лунный диск.
– Спокойно, это сова, – Ранхаш проводил птицу равнодушным взглядом. – Дикая сова.
Раздражённо выдохнув сквозь зубы, Майяри бросила взгляд в сторону и заинтересованно замерла. Продравшись между еловыми лапами и вымазавшись в смоле, девушка вынырнула с другой стороны и радостно хлопнула в ладоши. Вот эта прогалинка определённо выглядела знакомой! Позади тихо зашуршал харен, умудрившийся пролезть между деревьями, не прихватив с собой ни одной иголочки.
– Не уверена, но, может быть, я проходила здесь… Вот эта осинка, возможно, та самая.
– Это тополь.
– Правда? – удивилась Майяри, осматривая дерево. – Ну, я плохо в них разбираюсь, но дерево похожее.