Екатерина Гичко – Схватка с судьбой (страница 99)

– С возвращением, господин, госпожа, – домоправительница величаво качнула головой.

Мама харена тут же повернулась к ним и просияла улыбкой, смотря, впрочем, на одного только сына.

– Ранхаш, мы тебя заждались, – с лёгким весёлым укором пропела женщина. – О, здесь и твоя помощница.

Она улыбнулась и Майяри, причём никто бы не заподозрил её в холодном отношении к девушке. Та спокойно выступила из-за спины харена, позволяя осмотреть себя с ног до головы.

– Сегодня вы шикарно одеты, – Майяри ответила не менее любезной улыбкой, позволив себе лишь лёгкий намёк на их первую встречу, когда госпожа Менвиа была не одета вовсе.

– Вы всё так же работаете… милая?

Госпожа Пандар, натура живая и искренняя, аж передёрнулась. А Майяри ничего, улыбнулась только слаще.

– Да, моя госпожа. Работаю, учусь. Очень много дел.

– Как же всё-таки сложно жить девушке без поддержки, – притворно огорчилась госпожа Менвиа. – Приходится брать на себя мужскую работу, марать руки, не спать ночами… Ужасно!

– Ну что вы, – успокаивающе протянула Майяри. – Мне есть с чем сравнить. Поверьте, куда сложнее жить, когда у тебя есть только… поддержка.

– Ранхаш, у госпожи Менвиа произошла небольшая неприятность, – по взгляду господина Шидая можно было предположить, что неприятность надуманная. – Пока она была за городом, мятежники выбили окна в её доме, и его ещё не привели в порядок. Она хотела бы остановиться на время здесь.

– На одну ночь, – улыбнулась женщина. – Ремонт уже завершился, но сейчас там такая грязь! Мне не хотелось бы заставлять свою гостью жить в таком свинарнике.

Она перевела ласковый взгляд на девушку, и та смущённо порозовела.

– Позволь представить, госпожа Лиела Ниерый. Дочь сарена Дрода Ниерыя. Мы познакомились, пока я была вынуждена проводить время в сельской глуши. Столь очаровательного создания я не встречала очень давно и решила, что её обязательно нужно показать столице.

Ранхаш даже не посмотрел на встрепенувшуюся гостью, продолжая давить на мать холодным взглядом. А вот Майяри уставилась на девушку весьма и весьма благодушно.

Неужели невеста для харена? Даже по типажу подобрали под новые вкусы Ранхаша.

– Мы бы с радостью приняли госпожу, – пробасила домоправительница, – но у нас свободна только одна гостевая комната.

– Я могу остановиться и у дяди… – начала смущённая девушка, явно чувствующая себя неловко.

– Ну уж нет, дорогая, – мягко осадила её госпожа Менвиа. – Я привезла тебя в Жаанидый, мне и заботиться о тебе.

– На одну ночь я могу отдать и свою комнату, – благородно пошла на жертвы Майяри, – она мне сегодня всё равно не понадобится.

– Работа? – сочувствующе вопросила госпожа Менвиа.

– Нужно исполнить кое-какие обязательства, – отозвалась девушка, очень ответственно относящаяся к супружескому долгу.

И господин Шидай, и госпожа Пандар помрачнели. Мать Ранхаша всё рассчитала верно, если она рассчитывала именно на это, и перед юной гостьей никто не спешил выставлять напоказ отвратительные родственные отношения.

Но не Ранхаш.

– Двери моего дома для тебя закрыты, – глядя прямо в глаза матери, заявил он.

Улыбка сползла с её лица, скулы побелели, а глаза яростно, оскорблённо вспыхнули.

– Ты посмеешь выставить за порог меня, свою мать? – госпожа Менвиа вскочила и шагнула к харену.

– Посмею. Я не звал тебя.

Госпожа Лиела залилась краской стыда и судорожно осмотрелась, не зная, куда деть себя.

– Унизишь меня перед моей гостьей? Вышвырнешь, как какую-то девку? – продолжала распаляться женщина. – Какой ты после этого мужчина, если бросишь собственную мать в беде?

– А какая ты после этого мать, если, когда мальчишка нуждался в тебе, ты хвостом крутила в другом месте?! – рявкнула, не выдержав, госпожа Пандар, и госпожа Менвиа круто развернулась к ней.

– Я его родила!

– И тут же заявила, что такого подарочка от богов тебе не нужно, – холодно напомнил Шидай и извинился перед совсем уж перепугавшейся юной гостьей: – Простите, госпожа, что вам приходится на это смотреть.

– Какое право имеют слуги меня учить?! – взбесилась женщина.

– Я попрошу отвезти тебя в дом… отца, – спокойно отозвался Ранхаш. – Он всё равно пустует.

– Ха! В его дом?! – мать разъярённо хакнула. – Я приехала к тебе, а не к нему! Боги, что папаша, что сын, одинаковые! На вас нельзя положиться, вас ни о чём нельзя попросить! Варитесь в своих мелких обидах! За что мне всё это? – она неожиданно всхлипнула и, рухнув на колени, зарыдала.

Истерика была долгой, грязной и выматывающей. Наплакавшись, госпожа Менвиа впала в полуобморочное состояние и ехать уже никуда не могла. Ранхаш в молчании стоял у окна почти четверть часа, пока всё же не решил оставить её на ночь в доме и сам не отнёс наверх в свободную комнату. Госпоже Лиеле Майяри уступила свои апартаменты, но девушка была сама не своя от стыда и едва сдерживала слёзы. Было видно, что больше всего ей хотелось просто сбежать и больше никогда не попадаться на глаза обитателям дома. Если госпожа Менвиа действительно хотела сделать её невестой сына, то потерпела серьёзное поражение из-за собственной же несдержанности и отпугнула девушку.

Зато служанка госпожи Менвиа чувствовала себя вполне вольно и бегала туда-сюда по лестнице с водой, полотенцами и едой и игриво стреляла глазами в Казара, господина Шидая и даже харена.

Майяри нашла Ранхаша в кабинете. Холодного и спокойного. Он сидел за столом и смотрел в окно на темнеющее небо.

Девушка тихонечко обошла стол и чинно, с прямой спиной опустилась на колени мужа. Тот перевёл взгляд на неё, и в жёлтых глазах вспыхнул огонёк. Он ласково погладил её по щеке, а потом, склонившись, поцеловал. Без жадного жара, но с нежностью и теплом, осторожно, будто бы она была очень хрупка.

Майяри не собиралась говорить с Ранхашем о его матери. Не хотела теребить вопросами, раздражать напоминаниями. Да и не чувствовала за собой права лезть в их отношения. Но ей хотелось его утешить, обогреть, приласкать. Найти в его душе того мальчика, который так и не получил материнской любви, и избаловать его уже своей любовью. Ей тоже не хватало тепла, она помнила, каково это, когда рядом нет никого, кто любил бы тебя. Да, у Ранхаша был самый замечательный господин Шидай, но, в отличие от неё, он знал в детстве, что имеет право на любовь уже по праву рождения. Но почему-то не получил её от матери.

Чмокнув мужа в подбородок, Майяри развязала ворот его рубашки и одно за другим поцеловала пятнышки засосов.

– Чешутся? – она смешно сморщила нос.

Ранхаш отрицательно мотнул головой.

– Врёшь, – не поверила Майяри. – Мои чешутся.

При взгляде на порозовевшую жену, весело смотрящую на него влажными тёмными глазами, в груди разгоралось зудящее тепло. Оно выедало поселившийся там холод, подогревало кровь и заставляло ярче чувствовать жизнь. Какая всё-таки Майяри необыкновенная, живая, горячая и яркая. Она искренняя, даже когда врёт. Она не пыталась вытащить наружу его чувства, которые он и сам толком не понимал. Она просто показывала свои. И вот сейчас она пришла к нему, чтобы окружить его любовью и потребовать свою долю любви.

Ранхаш расстегнул её воротник, поцеловал тёмные пятнышки и хрипло спросил:

– Легче?

– Хуже, – девушка страдальчески поелозила на его коленях и искущающе пропела: – Я взяла у господина Шидая мазь и зелье. Завтра мне уже всё будет можно. Видишь, как я ответственно отношусь к своим обязанностям. Я хорошая жена?

– Лучшая, – искренне выдохнул Ранхаш.

Уткнувшись в её волосы, оборотень на несколько секунд замер, наслаждаясь блаженным уютом. А затем всё же поделился своими чувствами. В ответ.

– Я не чувствую к ней ненависти. Правда. Но она мне чужая. Совершенно. И неприятна мне. Она преследует только свои цели, спокойно используя других.

Майяри с сочувствием припомнила юную гостью, благодаря которой госпожу Менвиа не выставили сразу за порог. Стыд молоденькой девушки за безобразное поведение покровительницы был очень явным.

– Но сама взамен ничего не даёт. Только использует. Я не хочу, чтобы ты и Шидай общались с ней.

До боли знакомо. Майяри бы тоже не хотелось, чтобы Ранхаш и господин Шидай общались с её дедом.

– Если честно, я боялся, что она отпугнёт тебя от меня, – признался Ранхаш. – Госпожа Иелана точно привлекательнее.

– Зато у тебя есть господин Шидай и… – Майяри помедлила, но всё же осторожно продолжила, – господин Руахаш мне тоже понравился.

Вопреки её опасениям муж спокойно кивнул. Родной отец для него тоже был чужим, но неприязни, как к матери, Ранхаш к нему не чувствовал.

– Кстати, можно пожаловаться госпоже Иелане на госпожу Менвиа, – с хулиганским прищуром предложила Майяри, больше чтобы повеселить мужа. На самом деле она не была уверена, что мама Викана не обидится на неё за то, что она вышла не за её сына.

– Я сам разберусь, – слабо улыбнулся Ранхаш и, прижавшись губами к её уху, жарко прошептал: – Я хочу, чтобы эту ночь ты провела в моей постели.

Майяри хихикнула.

– Мне всё равно больше некуда податься. Только если в кабинете на диванчике поспать. Нужно только рубашку прихватить. Или… – она лукаво прищурилась, – не нужно?

Ранхаш в ответ мягко улыбнулся.

– Я могу одолжить свою.

Лиела тихонечко-тихонечко спускалась по лестнице, до обморочного ужаса боясь столкнуться с жильцами. Она едва сдерживала всхлипы и то и дело растирала покрасневшее от слёз лицо. Впервые в своей жизни она оказалась в такой постыдной ситуации. Никогда ей ещё не приходилось навязывать себя кому-то, да ещё участвовать в столь безобразных склоках. Как госпожа Менвиа могла навлечь на себя и на неё такой позор? Находиться и дальше в этом доме девушка не могла. Одна мысль, что утром ей придётся опять смотреть в глаза хозяевам, заставляла её просить богов расколоть землю у её ног, чтобы она могла броситься в пропасть.