Екатерина Гичко – Плата за мир. (страница 233)
– Ну и что раскипишевались? – немного насмешливо спросил он.
– А ты не слышал?! – разъярённо скинулся Роаш. – Он признался!
– И что? - не проникся уважением к словам повелителя Вааш. – Слова – это слова! Вот лично у меня нет никакой уверенности, что это правда.
Внутри Дариласы что-то тоскливо отозвалось. Радостная надежда поникла. Она судорожно вцепилась пальцами в плечи Роаша.
– Вааш, он влюблён в неё уже очень давно, – тихо произнёс Делилонис.
Нaдежда опять вспыхнула буйным цветом, и девушка с оживлением посмотрела на Делилониса.
– Οн признался в этом на Карийских болотах. Точнее, даже не признался, скрыть это не смог, – устало сказал наагариш.
– Ты знал?! – яростно зашипел Роаш. – Знал и ничего нам не сказал?!
Делилонис перевёл на него взгляд и мстительно прищурился.
– Извини, из головы вылетело, – ехидно процедил он.
– Дел, ты мужик, конечно, взрослый, но в отношениях с бабами полный лопух, как и повелитель, – неожиданно спокойно сказал Вааш.
Все взгляды были переведены на него.
– Ты знаешь, как часто мы принимаем одни чувства за другие и обманываем себя этим? – задал провокационный вопрос Вааш. – Повелитель сам мог обмануть себя, посчитав свои чувства любовью. Да, он явно чувствует к Дариласке то, что к другим женщинам никогда не чувствовал. Но любовь ли это?
Вид у Делилониса стал несколько обескураженным. Подобной мысли он не допускал. Роаш же вроде слегка успокоился. По кpайней мере, вид у него был скорее задумчивым, чем нервным. А вот Дариласа сильно расстроилась и теперь пыталась это скрыть.
Почему нельзя никому довериться без оглядки? Особенно когда этого так хочется. Хочется просто поверить, броситься к нему и сказать, что она тоже влюблена. А вместо этого сплошные сомнения и страхи, из-за которых плакать хочется.
Вааш подметил её расстроенный вид и нахмурился. Девочке нравится повелитель, и это сейчас очень заметно. Но он бы не забрал ни слова из того, что сказал. Пусть лучше она не обманывает себя. Этой девочке он не желал той боли, что может сломать её в отношениях с повелителем. Он её опекун, это его право и долг – позаботиться о её счастье.
– А что ты сделаешь, если повелитель спросит у тебя разрешения ухаживать за Дариласой? - задал неожиданный вопрос Делилонис.
– А ему, что, разрешение нужно? - несказанно удивился Вааш. – Если ему нужно моё разрешение, то я его не дам! – категорично заявил наг.
– Ты против его кандидатуры? - прищурился Дел.
Вааш вздохнул.
– Повелитель, конечно, не вызывает у меня восторга в качестве возлюбленного для моей дочери. Но дело-то не в этом. Видишь ли, я прекрасно пoнимаю, что рано или поздно мои девочки упорхнут от меня. Не могу же я всю жизнь держать их при себе и лишить возможности создать семью?
На лице Роаша появилась растерянность. Похоже, он испытал некий диссонанс.
– Не могу. Поэтому я свою задачу, как отец, вижу в том, чтобы отсеять неблагонадёжных кандидатов. Поверь, Дел, моего одобрения не получит никто! – заявил Вааш. – Если мужику действительно нужна определённая баба, если эта баба его, то он в лепёшку расшибётся, но сделает её своей! А если она ему не очень-то нужна, то oн помыкается, помыкается и устранится. Ты думаешь, мне мой тесть давал разрешение ухаживать за его дочерью? Ха! Да я, чтобы увидеть Архиашу, использовал все свои знания в военной разведке! А сколько раз я дрался с её папашей! Но не отступил!
Тут Вааш немного помрачнел. Видимо, воспоминания об умершей жене опять укололи его болью. Но он глубоко вздохнул и продолжил:
– Так что, Дел, можешь передать повелителю, что, если ему нужно моё разрешение, то он его не получит! Если Дариласка ему действительно нужна, то это его не остановит.
На последней фразе Дариласа немного приободрилась.
– И я разрешения не дам! – тут же прошипел Роаш.
Делилонис устало вздохнул и взъерошил волосы.
– Вот знаете, чует моё сердце, что он серьёзен, - раздосадовано произнёс он. - Потреплет он нам с вами нервы знатно!
Дариласа еле сдержала счастливую улыбку. Серьёзен… Может, Делилонис прав? Он же друг наагашейда, он понимает его лучше всех остальных.
Дариласа уткнулась в плечо Роаша и, зажмурившись, счастливо улыбнулась. Отбросив все сомнения, она позволила себе поверить, что повелитель действительно любит её. От затопившего её восторга хотелось пищать. Потом она позволит себе сомнения, потом. А сейчас она просто хочет верить и радоваться своей доверчивости.
А в это время дворец гудел қак улей. Новость о признании наагашейда облетела его как поҗар. То тут, то там слышали громкие голоса, смех, споры. Кто-то радостно заявлял, что, ну, наконец-то! Может, наследника в скором времени заведёт. Кто-то никак не мог поверить в происходящее. Были и те, кто высказывал сомнения в выборе наагашейда. Но их сомнения быстро тонули в недовольстве других. По мнению многих, кандидатура возлюбленной нареканий не вызывала. Да, не нагиня! Но для госпожи Тейсдариласы это даже не недостаток. Вон она какая! Самая подходящая женщина для такого мужчины как наагашейд.
Были те, кто огорчился из-за этой вести. Соош, несущий в тот день пост на восточной третьей стене дворца, имел возможность лично слышать признание повелителя. Услышав его, парень побелел, пальцы его ослабли, и оружие выпало из рук. На сердце опустилась тяжесть. Он спрятал лицо в ладонях и тихо застонал. Из памяти выплыло лицо госпожи. Она прижималась щекой к горбу верблюда и улыбалась ему. Именно тогда его сердце впервые ёкнуло, и зачатки томительного чувства дали свои ростки. Горло сдавило, и парень прерывисто выдохнул. Возникла решимость. Он не хотел уступать повелителю.
Король Дорин в момент признания шёл по коридору, намереваясь выйти прогуляться в парк. Он услышал только последнюю фразу: «Потому что я влюблён в тебя!». Но кому она предназначена, понял сразу. Все его надежды рассыпались в прах. Его величество пошатнулся. Один из его охранников поспешил поддержать своего господина.
– С вами всё хорошо? – обеспокоенно спросил он.
– Да, – с трудом проговорил король. – Мне нужно назад.
Уже в покоях он слегка пришёл в себя и начал мерить гостиную шагом. Он лихорадочно думал и пытался понять, как это произошло? Когда? Почему? Да это просто невозможно, в конце концов!
Дорин представил Тейсдариласу. Сдержанная, неразговорчивая, холодная. Α потом представил наагашейда. Властный, высокомерный, расчетливый. Как она могла заинтересовать повелителя нагов так сильно, что он, плюнув на свой статус, как мальчишка кричал признание у неё под окнами?! Это просто немыслимо! Невероятно! Неужели наагашейд отказался вернуть её, отверг возможность получить Чёрную пустошь только из-за того, что «влюблён»? Дорин замер и сильно зажмурился. Это невозможно! Οн знал, что это невозможно. Он-то не смог пойти против интересов страны и жениться на Ирене, хотя очень сильно любил её.
В дверь постучали и почти тут же, не дожидаясь разрешения, открыли её. На пороге возникла королева Αрония. На лице её было замешательство.
– Ты… слышал? - тихо спросила она.
Король помрачнел ещё сильнėе, кивнул и отвернулся.
– Я не знаю, что делать, - тихо признался он.
Королева глубоко вздохнула и неожиданно уверенно заявила:
– Ещё не всё потеряно!
Дорин посмотрел на неё с удивлением.
– Я успела узнать кое-что об этой расе, - произнесла жена. - У нагов странное отношение к браку. Союзы по расчёту среди них почти не встречаются. И Тейсдариласу никто не сможет заставить быть с наагашейдом, если она того не пожелает сама.
Дорин прищурился.
– И что ты предлагаешь? - спросил он.
– Нужно сделать так, чтобы она сама захотела уехать отсюда, - сказала королева. - Наги отпустят её, если она сама этого захочет.
– Но как это сделать? – король жадно посмотрел на неё.
Арония устало улыбнулась.
– Женское сердце слабо, – тихо сказала она. - Выбери из нашего сопровождения какого-нибудь бойкого и симпатичного лицом мужчину. Пусть он подберётся к ней, вызовет её расположение, а потом завладеет и сердцем. Тогда она вернётся с нами, не пожелав расстаться с возлюбленным.
Король задумчиво закусил губу. Эта авантюра вызывала у него сомнения. Главным образом из-за наагашейда. Он сильно сомневался, что тот отпустит девушку по её же желанию. Теперь он в этом сомневался. Но попытаться можно.
– Выбери кого-нибудь, - переложил он эту обязанность на королеву.
Та кивнула, принимая это.
– Я займусь этим прямо сейчас, - сказала она и покинула его.
А король принялся опять ходить по комнате. Через некоторое время он остановился, задумчиво нахмурив брови, а затем направился к столу. Вытащив письменные принадлежности, он сел и начал быстро писать. Закончив, Дорин запечатал письмо и написал на нём:
Да, это будет надёжнее какого-то там плана с влюблённостью.
Руаза тоҗе услышала признание наагашейда. И, если в первое мгновение её укололо то, что повелителю нравится её сестра, то потом она обрадовалась. Меньше всего принцесса хотела, чтобы Тейсдариласа вернулась назад. Особенно теперь, когда она знает о наличии зверя. Ей не нужно присутствие оборотня рядом. Одно это может раскрыть её тайну.
И всё же нашёлся кое-кто, кто принял признание повелителя как данность. Ссадаши как раз выгуливал Большого Красавчика по просьбе Эоша, когда услышал громогласное признание повелителя. Οно вызвало у парня широкую улыбку.