Екатерина Гичко – Плата за мир. Змеиный венец (страница 15)
– Всё-таки он её поймал, – услышала Дариласа тихий и довольный голос.
Она с удивлением посмотрела на Райшанчика. Девочка сидела на траве рядом с котом, обвив вокруг себя хвост, и радостно смотрела то на папу, то на госпожу Тавриду.
– В-вы… что т-творите? – заикаясь, с возмущением спросила Таврида.
– Я жажду извиниться, – страстно прошипел Вааш. – Изнемогаю, как хочу… – и сделал такую красноречивую паузу, что глаза Тавриды возмущённо и ошеломлённо округлились, – принести свои извинения, – закончил наг.
Глаза Тавриды яростно полыхнули, и она открыла рот, чтобы припечатать его «пошляком» и «извращенцем», но так и осталась стоять с открытым ртом, косясь то на Дариласу, то на Райшанчика. Глядя на её полураскрытые губы, Вааш демонстративно и очень хищно облизнулся. Женщина моментально закрыла рот. Дариласа прищурилась. У неё складывалось впечатление, что Вааш нарывается.
– Так меня простят за тот мимолётный поцелуй? – Вааш проникновенно посмотрел на Тавриду.
Брови Дариласы удивлённо поползли вверх. Вааш целовал госпожу Тавриду?! Вот это да! Теперь девушка смотрела на пару с большим интересом. У неё даже мелькнула мысль, а что было бы, если Вааш… ну, увлёкся бы госпожой Тавридой?
– Боги простят! – процедила сквозь зубы женщина и ударила Вааша по хвосту. – Отпустите меня немедленно!
Вааш задумчиво посмотрел на небо и протянул:
– Не простила… Так, может, мне… того… повторить?
Глаза женщины в очередной раз возмущённо округлились. А Вааш улыбнулся ей и подмигнул.
– Всё равно ж не простила, – сказал он. – Так что мне терять? А боги всё равно простят.
– Вы невыносимы! – вскипела женщина и забилась в его хвосте. – Выпустите меня немедленно, несносный вы человек!
Вааш лениво, как кот, облизнулся и выпускать никого не стал.
– Вы слышите меня?! – негодовала Таврида.
– Слышу, – отозвался тот. – Но я ж не человек.
Таврида умолкла, не в силах от гнева вымолвить ни слова, лишь открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Потом она стиснула зубы, гордо вскинула подбородок и процедила:
– Я прощаю вас! Довольны? А теперь отпустите меня.
Вааш неохотно расслабил кольца и выпустил женщину. Та отскочила от него на безопасное расстояние и, сжимая кулачки от негодования, прокричала:
– Вы хам, грубиян и невежа! Даже извиняясь, вы применяете грубый шантаж! Ненавижу вас!
С этими словами она круто развернулась и, подобрав юбки, убежала. Вааш задумчиво прихлопнул хвостом по земле и протянул:
– Пойду-ка я ещё раз извинюсь.
И бодренько зашуршал за убежавшей Тавридой.
Дариласа удивлённо посмотрела ему вслед. Что здесь вообще происходит? Тут её отвлёк горестный вздох Райшанчика. На лице ребёнка была написана искренняя печаль.
– А почему госпожа Таврида ненавидит папу? – грустно спросила она и, не дожидаясь ответа, добавила: – Было бы здорово, если бы она за папу замуж вышла.
Не успела Дариласа удивиться таким словам из её уст, как Райшанчик поразила всех очередной фразой:
– Но папа же может жениться на ней без её согласия?
Пока взрослые переваривали этот вопрос, девочка продолжила:
– Пусть он на ней сейчас женится, а госпожа Таврида потом поймёт, что он хороший, и полюбит его. А то вдруг, пока она поймёт, как сильно будет любить моего папу, на ней кто-то другой женится.
На личике ребёнка отразилось настоящее смятение, словно она искренне боялась, что на госпоже Тавриде женится кто-то другой. Неожиданно сурово сведя бровки, Райшанчик посмотрела на Миссэ и с угрозой произнесла:
– Не смейте жениться на госпоже Тавриде! Она за папу замуж пойдёт.
Взрослые ошарашенно смотрели на неё, не в силах вымолвить ни слова. Наконец Доаш тихо произнёс:
– Узнаю характер наагалея…
Госпожа Таврида вернулась примерно через час, злая и мрачная. За ней с самым смиренным видом полз Вааш. Но если вид у него был виноватым, то взгляд плутоватым. Дариласа как раз за время их отсутствия успела наведаться в свою комнату, проверить золотые горшки и посмотреть в окно на то, как прижились подаренные наагашейдом деревья и кусты. Прекрасно прижились. Распушились.
Печалиться о наагашейде у Дариласы, в принципе, не было ни времени, ни возможности. Вокруг всегда кто-то крутился и отвлекал её от раздумий. Но ближе к вечеру шумиха утихла. Таврида ушла укладывать Райшанчика, Вааш уполз с ними. Миссэ и Доаш особо с разговорами не приставали. Поэтому в конце концов вернулись и мысли, и тоска.
Дариласа сидела на траве, на улице под окнами своей комнаты. За спиной, развалившись, урчал Изящный Красавчик. Наступала ночь, обещающая быть тёплой и звёздной. А на душе у девушки было муторно. Её неудержимо тянуло обратно во дворец. Постоянно вспоминались зелёные глаза наагашейда.
– Дариласка, – услышала она тихий оклик и, обернувшись, заметила Вааша, выползающего из-за угла дома.
Наг окинул девушку взглядом, правильно оценил её состояние и, тяжело вздохнув, сел рядом.
– Повелитель, конечно, мужик видный, но оно тебе надо? – проникновенно спросил он. – Проблемный же.
Дариласа обхватила плечи руками и грустно посмотрела на землю. Внутри тоскливо урчала кошка, и от этого становилось ещё гаже. Вааш опять вздохнул и похлопал ладонью её по спине.
– Ну, посмотрим, посмотрим… – утешающе протянул он. – Может, он правда… ну… влюбился. А если точно влюбился, то уже не отступит. А отступит…
Тут он замолчал и обеспокоенно посмотрел на Дариласу. Девушка только закусила нижнюю губу, и взгляд её стал решительным. Если не полюбил и не полюбит, то она отступит. Бессмысленно пытаться заставить чужое сердце чувствовать то, что оно не желает.
– Развеяться не хочешь? – неожиданно предложил Вааш.
Девушка удивлённо посмотрела на него.
– У нас праздник сегодня, Пионовый день, – объяснил Вааш. – Мы его ещё называем днём юных влюблённых. Ну, и не очень юных тоже. Сегодня на главной площади города будет празднество с танцами и угощением. Если хочешь, то давай сползаем туда.
Глаза Дариласы вспыхнули от восторга, и она кивнула.
– Ну отлично! – Вааш воодушевлённо хлопнул в ладони. – Ты только платье покрасивее надень.
Девушка улыбнулась и, вспорхнув со своего места, залезла в окно комнаты. Вааш только усмехнулся и поднялся. Ему тоже нужно приодеться. Праздник же.
Дейширолеш страдал, тосковал и злился. День шёл отвратительно долго. Настроения решать дела не было. Наагашейд даже подумал о том, что стоит перепоручить большую часть отчётов и писем помощнику, а то он всё равно хвостом в воздухе болтает. Дела отвлекали его. Ему хотелось больше думать о Тейс, уделить больше внимания, привести в исполнение свои планы. Но пока не нашли Чанвашара, не разобрались с предателями и не отправили нордасского короля домой, всё это придётся отложить. Ему нужно устранить опасности, которые могут ей же угрожать. Но, Тёмные побери, как же хочется её увидеть!
Дейширолеш находился в спальне и лежал хвостом на ложе, а туловищем на полу. Решил лечь пораньше с мыслью, что новый день быстрее начнётся, но в итоге вертелся без сна – и вот довертелся. Мрачно прищурившись, он смотрел в потолок, думая, что ещё один день не выдержит.
В распахнутое окно влетел воробушек и безбоязненно приземлился на лоб повелителя. Тот раздражённо прикрыл глаза и осторожно схватил птичку. Та возмущённо защебетала и завозилась в его кулаке. Как только Дейш отцепил от её лапки записку и разжал пальцы, птаха взмыла вверх и вылетела в окно.
Дейш вчитался послание. Нахмуренный лоб разгладился, на губах появилась улыбка.
Вот и всё, что было в записке, но она неожиданно сильно подняла настроение наагашейда. В его голове моментально созрел план. Дейширолеш стремительно встал и заполз на ложе. Открыл схрон в стене и достал бархатный мешочек. Из него на подставленную ладонь выпал один презанятный амулет. Тонкая цепочка, на которой висели четыре подвески, каждая из которых затянута в отдельный мешочек. Улыбка опять появилась на лице Дейширолеша. Когда-то нечто подобное использовала Тейс, чтобы обмануть его. Теперь настала его очередь обмануть и девушку, и её настырных опекунов. Он стянул с одного камешка мешочек и прижал к его поверхности палец. Камень вспыхнул жёлтым. Дейш быстро надел цепочку на шею и пополз в гардеробную.
Там он быстро нашёл костюм из чёрной ткани и вывалил из одного короба сапоги. Маскироваться – так маскироваться по полной.
Дариласа переоделась, причесалась и через четверть часа выскочила к ожидающему её Ваашу. Правда, пришлось вернуться за накидкой. Ехать они собирались на колеснице, и Ваашу не хотелось, чтобы её наряд запылился.
Прямо у ворот они столкнулись с Делилонисом. Он удивился, что они куда-то собрались на ночь глядя. А Вааш удивился, чего это Дел к нему приехал. На что тот ответил, что с наагашейдом сейчас в одном дворце находиться просто невозможно. И он решил отдохнуть от него. В итоге на площадь они отправились впятером: Дариласа, Вааш, Делилонис, Миссэ и Доаш. Кот тоже хотел увязаться, но Дариласа приказала ему быть с Райшанчиком.
На площадь они ехали по празднично украшенному городу. Добираясь до поместья Вааша в закрытом паланкине, Дариласа даже не обратила внимания на многочисленные фонари на улицах и на большие вёдра с пионами, от которых по ночному городу плыл одуряющий запах.