Екатерина Гичко – Лгунья (страница 55)

Игнорируя насмешливые взгляды и улыбки, девушка присоединилась к группе и тут же налетела на белобрысого парнишку. Точнее, это он на неё налетел. Причём судя по брошенному исподлобья взгляду, отнюдь неслучайно.

— Осторожнее, — спокойно попросила Майяри.

— Это ты мне? — парень хмыкнул и вопросительно вскинул брови. — А не тебе ли стоит быть осторожнее, а?

Майяри остановилась и прямо уставилась на оборотня, давая ему возможность сказать всё, что он хочет. Другие одноклассники тоже остановились и теперь с любопытством — а Брет и с беспокойством — пялились на них.

— Мне? — переспросила Майяри больше для того, чтобы подтолкнуть парня к продолжению.

— Недавняя преступница, теперь якобы свидетельница, потерявшая память… Словно нас всех за идиотов держат! — выплюнул оборотень.

— Преступница? — левая бровь Майяри чуть удивлённо приподнялась. — А меня уверяли, что я подозреваемая.

— Нас тоже, — парень подступил к ней вплотную и, вытянув шею, медленно прошипел: — Только дураков здесь немного. Поэтому будь осторожна. Один неверный шаг, и никакая стража тебя не спасёт.

Майяри окинула его задумчивым взглядом. На них сейчас направлена пара десятков взглядов, и через час подробности их разговора будут известны всей школе. А какими будут подробности? То, что она испуганно отступила и спрятала глаза? Майяри едва не фыркнула. В этом случае травля ей обеспечена. Вцепиться смельчаку в глотку? Будут опасаться, но несильно. И это даст повод к дальнейшим стычкам, но уже с другими учениками. А это утомительно.

Парнишка был немного, но ниже её ростом и рядом с остальными парнями выглядел откровенно мелковато. Кроме этого, ему не повезло и с телосложением: щуплый, узкоплечий, тонкокостный. Столь слабосильный внешний вид наверняка давал повод для многочисленных насмешек, что объясняло его скверный характер. Но природе словно было мало всего перечисленного, и она наградила оборотня по-женски смазливым личиком: тонкие изящные черты, миндалевидные светло-голубые глаза, точёный нос и не очень полные, но и не очень тонкие губы. И россыпь веснушек на скулах совсем не придавала ему мужественности.

Но смотрел Род дерзко, с вызовом. Растрёпанные волосы торчали как петушиный гребень, а перекошенный ворот придавал ему нагло-хулиганистый вид. Майяри подумала, что мастер Дагрен наверняка мучается со своим бедовым племянником, который так неразумно лезет в неприятности. Подойти к возможной преступнице с такими наглыми речами… Смел он явно не от большого ума.

— Нас всех хотят уверить, что ты — бедная овечка, попавшая в беду, — презрительно скривился Род, — но кормят таким откровенным бредом, что даже идиоту понятно: тебя просто кто-то отмазывает. Всем известно, что год назад ты бежала от стражи. Прямо с территории школы бежала. На глазах у многочисленных свидетелей. Невиновные так не бегают. А сейчас объявляешься, словно ничего и не было.

— А что-то было? — холодно уточнила Майяри.

— Прикидываешься беспамятной? — усмехнулся Род. — Для беспамятной ты больно хорошо себя держишь. Весь день за тобой наблюдаю, но ни разу не заметил, чтобы тебя хоть раз что-то озадачило.

Вокруг зашелестели шепотки. Майяри почувствовала, что десятки подозрительных и любопытных взглядов уставились на неё, но лишь слегка повела плечами и вскинула подбородок.

— Господин Род, вы когда-нибудь теряли память? — неожиданно поинтересовалась она.

— Что? — сбитый с толку столь официальным обращением парень с недоумением посмотрел на неё. — Конечно же нет!

— Так откуда вы можете знать, как я должна себя вести?

Шепотки смолкли, и воцарилась снежно-хрусткая тишина.

— У меня был год, чтобы привыкнуть к своему состоянию, смириться и принять его, — спокойно продолжила Майяри. — К тому же я забыла не всё, и оставшиеся воспоминания дают мне уверенность. Вам же, господин Род, я могу посоветовать в следующий раз озаботиться более существенными доказательствами, а не плодами собственной фантазии. А то у меня возникают подозрения, что вы не воспринимаете меня всерьёз. Но если вас действительно, — на губах девушки возникла косая улыбка, — волнует моя «осторожность», то не бойтесь. Очень и очень многие следят за тем, чтобы я была «осторожна».

Род так плотно сжал губы, что у него побелело всё лицо. Шепот опять возобновился, но в этот раз он звучал куда сдержаннее и осторожнее.

— Прошу меня простить, мне нужно идти.

Майяри слегка склонила голову, и если бы не серьёзное выражение лица, то можно было подумать, что она насмешничает над незадачливым обвинителем. Развернувшись, девушка неспешно направилась в сторону учебного корпуса. Мысли заняли более насущные проблемы, чем одноклассник со скверным характером. Нужно было зайти в библиотеку, взять учебники и поискать старый справочник по артефактам. Потом ещё надо прогуляться — господин Шидай настоятельно рекомендовал свежий воздух, — не опоздать на ужин и помочь Брету с артефактологией.

Уже поднимаясь по ступенькам к парадному входу, Майяри и думать забыла о недавнем происшествии, полностью сосредоточившись на списке книг. А вот Род не отрывал взгляд от её спины, пока она не скрылась за дверями. Только после этого лицо его разгладилось, место злости заняла задумчивость, а взгляд оценивающе прищурился.

Как Майяри и ожидала, вскоре о её беседе с Родом знала вся школа. Теперь её сопровождали ещё более пристальные взгляды, но опасливых среди них стало меньше. Теперь она вызывала больше любопытство. А у небольшой части учеников — ненависть. Точнее, учениц. Род успел обзавестись поклонницами, которых привлекал его независимый характер. Это Майяри узнала уже на ужине.

Нет, к ней никто не посмел пристать. За облюбованный ею столик уселись Мадиш, Лирой и Эдар, которые обычно на ужин не оставались. Они не жили в общежитии и после занятий чаще всего покидали территорию школы. Майяри подумалось ещё, что эти трое что-то задумали. С чего бы им задерживаться? Вряд ли они решили провести вечер в библиотеке. Поэтому, когда они распрощались с ней на выходе из трапезной, девушка даже испытала облегчение. Если они действительно что-то задумали, то хотя бы её в свои дела втравливать не будут.

У входа в свою комнату в коридоре Майяри обнаружила Брета. Смущённый оборотень держал в руках стопку из учебников и бумаги, которую сверху увенчивала чернильница, и краснел ушами, когда проходившие мимо девушки подшучивали над ним.

— О, Брет! Ты решил заглянуть в наше женское царство?

— Девочки, смотрите, кто здесь! Стесняшка Брет!

— Мужчина на нашем этаже! Давайте припашем его прибить полки в купальне?

Когда Брет увидел Майяри, его лицо озарилось надеждой на избавление и парень стал похож на огромного пса, за которым, наконец, пришла бросившая его хозяйка. Майяри поневоле почувствовала себя виноватой и решила, что если они продолжат заниматься, то занятия проводить лучше на мужском этаже.

— Долго ждёшь? — спросила она, отворяя дверь.

— Не…

— Брет, ты заходишь в женскую комнату? — развеселилась появившаяся в коридоре рыжеволосая девушка. — Не боишься, что хозяйка над тобой надругается?

Лицо Брета густо покраснело, а Майяри выглянула из-за него и смерила хохотушку холодным взглядом. Та, увидев её, мгновенно побелела и улыбаться перестала.

— Не боится, — заверила её Майяри и толкнула дверь.

В лицо пахнуло холодом, и Майяри с Бретом застыли на пороге.

Окно было распахнуто, а на подоконнике, сложив ноги на придвинутый ещё прошлой ночью стол, сидел господин Викан.

— Добрый вечер, Майяри, — пропел оборотень, улыбаясь девушке.

Улыбка его, правда, померкла, сменившись недоумением, когда Вотый увидел Брета. Некоторое время оборотни с удивлением рассматривали друг друга, а затем перевели взгляды на Майяри.

— Кто это? — с возмущением спросил Викан.

— Мне уйти? — смутился Брет.

Майяри почувствовала, как внутри тугим узлом скручивается раздражение. Викан, словно почувствовав это, улыбнулся, будто бы издеваясь над ней.

— Да, уйди, — велел он Брету. — Мне нужно кое-что обсудить с невестой.

Брет вместо того, чтобы послушно развернуться и выйти, удивлённо посмотрел на Майяри.

— У меня нет жениха, — холодно ответила та на немой вопрос. — И я второй раз в жизни вижу этого мужчину. И не хотела бы видеть вовсе.

— Моя дорогая, — укоризненно прицокнул Викан, — ты холодна, как свежевыпавший снег. Неужели нельзя быть самую малость теплее?

Майяри тяжело вздохнула и устало потёрла переносицу.

— Брет, можно попросить тебя об одолжении? Мне очень неловко, что я, ещё даже не успев помочь тебе, уже прошу оказать мне ответную услугу.

— Конечно, сейчас, — с готовностью откликнулся Брет и, не дослушав, какую именно услугу от него ждут, шагнул в комнату.

Шагнул неловко, словно не был уверен, что ему можно заходить сюда. Стеснительно осмотрелся, споткнулся, но всё же добрался до кровати и, склонившись, осторожно сгрузил на неё учебники. Наблюдающий за ним Викан совсем не ожидал, что оборотень, не разгибаясь и не оборачиваясь, протянет руку назад и, ухватившись за край стола, приподнимет его вверх. Выругавшийся жених едва не выскользнул спиной вперёд в окно, но успел подобрать ноги и быстро встать на подоконник. Но пока он поднимался, Брет стремительно разогнулся, повернулся и, подняв стол за ножки, закрыл им окно, как одной огромной ставней, выдавливая оборотня на улицу. Раздался жалобный звон, и Брет, испугавшись, поставил стол на место. Но убедившись, что окно цело, а надоедливый гость выпровожен, осторожно прикрыл створки и задвинул запоры.