Екатерина Гичко – История о краже. Схватка с судьбой (страница 23)

– Но есть кто-то из вашего прошлого, кто знает так много о вашей сестре. Или кто-то из вашего окружения много знает и много болтает.

– В моём прошлом было много тех, кто любит болтать.

Майяри выбралась из объятий подруги и, усевшись, осмотрелась уже с большим вниманием. Ярость тварей её ничуть не пугала, а они сами вызывали удивление. Причём не очень-то сильное: с гавалиимской живностью им не соперничать.

– Кто это? – девушка вопросительно посмотрела на хайнеса как на самого взрослого и знающего в их компании.

Тот отрицательно мотнул головой.

– Ни с чем подобным ранее не сталкивался.

– Здесь есть и малыш, – Лирка кивнула на клетку, где шипел и плевался от ярости детёныш с глазами разного цвета: красным и голубым. Озноб прошёлся по спине, и девушка поторопилась отвернуться, но потом вновь, словно её что-то манило, посмотрела на зверёныша.

– Что-то с ними не так.

Иерхарид втянул носом воздух, глаза опять слегка пожелтели. Майяри попыталась нащупать магию – а она здесь должна была быть, – но лишь ошейник слегка потеплел, что тоже неплохо: значит, есть что сдерживать.

– Господин, – взгляд девушки упёрся в пол, в многочисленные письмена, покрывавшие его, – вы…

– Я видел.

– Но ведь это символы алфавита хайрена Игренаэша, – Майяри возбуждённо подалась вперёд, жадно приникая лицом к решётке. – Господин Иерхарид, почему вы считаете, что прошлое, история с Сумасшедшим хайнесом, никак не связано с нынешними событиями? Везде, его символы встречаются нам везде.

– Яри, мой дядя не имеет отношения к… – бывший хайнес осмотрел помещение, – к этому. Мой дар… – оборотень на несколько секунд умолк и напряжённо взглянул на Лирку, – мой семейный дар позволяет мне видеть будущие события. Весьма туманно и при соблюдении множества условий… Он несовершенен… Нет, я не прорицатель, это скорее можно назвать обострённой интуицией. И этот же дар позволяет мне понимать, кто замешан в каких-то событиях. Если правильно задать вопрос. Впрочем, помогает он не всегда… – мужчина помрачнел, затем нервно улыбнулся. – Когда я задаю себе вопрос, мёртв ли хайрен Игренаэш, я чувствую, что он мёртв. И мой отец тоже. Они не могут быть участниками этих событий. Но я согласен, что это кто-то из старых знакомых, который знает очень многое и пользуется этими знаниями.

– Давайте подумаем, – Майяри прижалась лбом к решётке. – Есть кто-то, кто хорошо знает ваше прошлое, отношения в вашей семье и различные события. Вероятно, он хорошо знал хайнеса Озэнариша, иначе как бы он обманул вашу сестру. Этот кто-то также может использовать алфавит хайрена Игренаэша. Сам хайрен был очень скрытным и никому свои знания не передавал… Тёмные! – девушка сердито зашипела. – Я не могу поверить, что он совсем ничего не рассказывал своим ученикам. Зачем тогда вообще брать учеников? Кто ещё имел доступ к его разработкам? После смерти хайрена же пытались разобраться с защитой дворца.

– С защитой дворца пытались разобраться уже при мне. И я попросил помочь учителя дяди, господина Ахрелия, с которым ты имела знакомство.

Главный хранитель санаришской сокровищницы? Майяри удивлённо приподняла брови. Хотя действительно, кому, как не бывшему учителю, разбираться в творениях ученика.

– Но он не смог подобрать ключ к алфавиту. А больше никому я это дело не доверил.

Майяри опять вперила взгляд в печати. Видя готовые работы с использованием алфавита хайрена Игренаэша, она могла бы уловить принцип совмещения символов между собой, если бы знала о предназначении печатей. Отметила знаки из других алфавитов, которые выступали связующими звеньями. Всё же хайрен Игренаэш был гениален. Создать такую сложную, но гибкую систему… Только вот как эти печати активируются?

– Я тоже был удивлён, когда Орид заявил, что ничего не знает о разработках дяди. Его тогда вызвал на приём… Сумасшедший хайнес.

– Сумасшедший же был вашим дядей, – нахмурилась Лирка. – Зачем он вызывал своего ученика и спрашивал у него, знает ли тот что-то? Он сам не помнил?

Иерхарид пожал плечами.

– К тому времени он уже был не в себе. Может, он действительно что-то не помнил. Может, опасался, что Орид всё же что-то знает. А может, знал, что Ориду кое-что известно, но тот не захотел говорить. В любом случае он уже мёртв.

– Но в его доме могли быть какие-то бумаги хайрена, – заметила Майяри. – Если у хайрена начались проблемы с памятью или он опасался, что Орид воспользуется его наработками, то вполне понятно, почему он захотел ими завладеть. А потом эти записи могли попасть в другие руки. Кто же этот Деший? Я прожила в Салее слишком мало… Мне он не мог кого-то напомнить.

– Я видел его один раз, но и мне он не показался знакомым. И вообще, Яри, ты слышала, что хитроумные преступники, как художники, жаждут признания и поэтому делятся своими замыслами, когда те успешно воплотились или, наоборот, провалились? – дождавшись кивка, Иерхарид продолжил: – Так вот, этот Деший не художник.

Дверь зверинца бесшумно шевельнулась, но Лирка и господин Иерхарид тут же перевели на неё взгляды. Внутрь вошёл недовольный черноволосый мужчина с криво посаженной бородой. В одной руке он держал большой кувшин с водой, а под мышкой зажимал каравай хлеба. Следом зашёл рыжий верзила с копьём в руке.

– К стене, скляды, – просунув оружие между прутьев, он заставил Лирку и бывшего хайнеса отступить подальше от дверцы, а вот Майяри лишь пальцем отвела от своей груди остриё и обессиленно привалилась к решётке.

Чернобородый дёрнул дверцу на себя, та покорно отворилась, и он, быстро поставив внутрь кувшин и бросив хлеб, захлопнул её. Майяри успела заметить, как он зигзагообразно провёл ногой по одной из печатей.

– Уважаемый, – она устало посмотрела на брюнета, – а животные крепко заперты? А то нервно как-то…

– Да ты не боись, краля. Если эту хренотулину не трогать, – рыжий, насмешливо осклабившись, кивнул на одну из печатей, – то сидеть будут, пока не сдохнут. А уж если все разом выскочат, то… – он зловеще хмыкнул и щёлкнул пальцами по решётке, – разнесут за секунды. У-у-у, Тёмные духи!

– Молчи, – мрачно осадил его бородатый. – Пошли отсюда.

Оборотни направились на выход, но рыжий, издеваясь, делал вид, что вот-вот наступит на те самые открывающие печати.

– До встречи, барышни. Ещё свидимся, сильнейшество!

Дверь захлопнулась, и Иерхарид ошеломлённо моргнул.

Сильнейшество?

– Господин? – Лирка обеспокоенно посмотрела на него.

– Услышал кое-что знакомое…

– Что? – мгновенно насторожилась Майяри.

– Мелочь…

– В мелочах скрыто самое важное. Меня ловили из-за мелочей.

– Ловили? – удивился бывший хайнес, но сразу же понятливо поморщился. – Сильнейшество… Это обращение. Кто-то ко мне уже так обращался в прошлом. Не могу вспомнить кто…

– Вспоминайте. Лирка, подвинься.

Майяри расчистила место и осмотрелась в поисках чего-нибудь острого. Но не нашла даже камешка. Взгляд её упёрся в кувшин.

– Воду нужно выпить, – правильно истолковал её взгляд господин Иерхарид. – Силы нам ещё понадобятся.

Он разломил хлеб на три части, самую маленькую протянул Майяри – та всё равно не смогла бы съесть много, а они с Лиркой почти целы и им потребуются силы, чтобы пробить путь к свободе. Если выпадет шанс. А вот вода…

– Тебе нужно выпить побольше, – мужчина посмотрел на Майяри. – Выглядишь, Яри, совсем печально.

Через несколько минут бывший хайнес голыми руками разломал кувшин – так было тише, чем если бить его о пол, – и Майяри начала сосредоточенно карябать линии.

Кажется, она всё же смогла понять принцип работы Игренаэшевского алфавита. Ей же теперь известна одна печать, предназначение которой она знала.

– Кого первым-то взять? – охранник пошкрябал лысую голову грязными ногтями и уныло осмотрел слабо шевелящихся магов: верёвки им затянули безо всякой жалости.

– Может, вон ту? – товарищ указал на тоненькую женщину, лежавшую, скукожившись, на боку. – Господин с ней закончит, а мы потом её… – он похабно подмигнул.

– Тш-ш-ш-ш! – на него сердито глянули. – Господин же разозлится, если узнает.

– Если узнает.

– Эй, – среди лежащих вповалку магов зашевелился и попытался сесть худой мужчина с залысиной на голове. Ему это удалось, хоть и не с первого раза. – Я директор жаанидыйской школы. Если вы собрались куда-то тащить моих учеников, то я пойду первым.

– Ну раз сам напросился…

Охранники шагнули вперёд и подхватили главу школы под локти.

Глава 16. Пути в подземный город

Налетел порыв свежего ветра, и Лоэзия, ещё плотнее стянув ворот шубки, теснее прижалась к боку сидящего рядом мужчины. Они с господином тёмным сидели на гребне крыши и смотрели на город, на текущие по его улицам в свете фонарей и ночных светил толпы. Слушали крики, гневные и радостные, песни, плач… Порой на глаза девушки ложилась крепкая мужская ладонь, и она была искренне за это благодарна. Два раза они меняли место, так как господин считал, что открывавшийся вид неблаготворен для взора маленькой девочки. Изредка улицы сотрясала дрожь, спугивающая личностей, привносящих в городской облик «неблаготворное».

Они пришли в город пару часов назад и сразу же у ворот столкнулись с дракой. И это была страшная драка. Видела сражения Лоэзия редко, чаще просто слышала, как в ту ночь, когда они с Майяри попали в неприятности, но ещё ни разу ей не доводилось видеть битву одной толпы против другой. Господин Ёрдел что-то сделал (Лоэзия была уверена, что это он), сражающиеся попадали на землю, а сам тёмный со своей ношей нырнул в одну из подворотен, уходя подальше от шума.