Екатерина Гичко – История о краже. Лгунья. Том 1 (страница 25)
– А-а-а! – раздался ликующий вопль.
Девушка вздрогнула, приходя в себя, и увидела выбирающегося из кустов хаги. Парень был весь перемазан овражной грязью и выглядел невероятно довольным. Майяри перевела взгляд на хромого мужчину и наконец осознала, что он тоже ловит её.
Ха̀рийд замер, увидев харена. Преступница и господин Ранхаш не отрываясь смотрели друг на друга. Ноздри девушки подрагивали от едва сдерживаемой ярости, а харен, казалось, выжидал момент, чтобы схватить её. На мгновение Ха̀рийд решил, что он лишний. Харен и девчонка смотрели с одинаковой непреклонностью, готовые добиваться своего до самого конца, невзирая на такие мелочи, как недомогание или истощение. Два невероятно упрямых сильных противника, встревать между которыми было чистым самоубийством.
Но всё же харен был сильнее, и девчонка это понимала. Когда он шагнул к ней, она отшатнулась и вскинула руку. Ха̀рийд поспешил набросить на неё кокон, но тот почему-то не подействовал. Парень даже не успел задуматься о причинах, ему пришлось срочно отскакивать: листва взметнулась вверх, словно бы из неё стремительно выросла стена. Девушка присела, отведя одну руку за спину, а вторую вперёд. Воздух вокруг неё задрожал, и хаги поспешил выставить перед собой и хареном щит. Невидимая стена упруго дрогнула и как лавина налетела на мужчин. Щит хаги отбросил удар, и Майяри упала на землю, задетая волной.
– Вон она! – раздался крик сверху.
Майяри вскинула голову и увидела драконов. Окружили! Зажали! В груди вскипела тяжёлая ярость, и девушка упрямо сжала губы. Она всё равно уйдёт, даже если ей придётся ради этого использовать всё, что у неё есть!
Медленно встав, Майяри глубоко вздохнула и обратилась к той силе, что тягуче плескалась внутри. Та радостно отозвалась и, повинуясь мысленному приказу, по ногам направилась в землю. Почва дрогнула.
Вдруг до слуха Майяри донёсся тихий хруст, раздавшийся прямо за её спиной. Она стремительно развернулась и рванула прочь, увидев перед собой растопыренные пальцы. Перед глазами мелькнул голубой всполох, и сознание накрыла темнота.
Шидай ловко подхватил уснувшую девушку и довольно улыбнулся. Ай да молодец! Хоть бы кто-нибудь похвалил!
– Господин, в качестве приманки вы были просто бесподобны!
Судя по взгляду харена, он не был в курсе того, что выступал в роли приманки.
Ха̀рийд облегчённо застонал и опустился на землю.
– Я не знаю, что это было, но на мгновение мне показалось, что нам крышка, – признался он. – Она какая-то… непонятная.
– Харен! – между деревьями показался данетий и ещё трое оборотней. – Вы поймали её?
Увидев девушку в руках лекаря, Трибан издал ликующий вопль и махнул одному из драконов. Его всадник что-то сбросил вниз, и один из стражников, что следовали с данетием, бросился искать это по кустам.
Шидай тем временем задумчиво приподнял девушку, словно взвешивая её.
– Боги, да её тут на один укус! Господин, а это точно наша?
Ранхаш, хромая, подошёл ближе и внимательно всмотрелся в измождённое заострившееся лицо девушки.
– Наша, – с непонятной уверенностью ответил он.
Он так много думал об этом деле, что сейчас при взгляде на уснувшую девушку у него возникло ощущение, что они уже встречались. И они действительно встречались. Встречались на страницах многочисленных документов, что ему довелось прочитать.
Глава 16. Допрос
Пока стражник рыскал по кустам, Шидай прижал девушку к своей груди и запахнул полы плаща, в ответ на недоумённый взгляд данетия заявив:
– Мы же не хотим привезти труп?
Оставшиеся стражники вместе с хаги рыскали по округе, пытаясь найти вещи преступницы. Они смогли проследить её путь до самого берега реки и предположили, она сбросила мешок в воде. А если так, то это дело лучше поручить хаварию Тривийской заставы.
Харен, к радости подчинённых, возражать не стал. Он сомневался, что в вещах есть что-то важное. А если и есть, то девушка об этом обязательно скажет на допросе.
Стражник наконец-то вернулся с кандалами. Сноровисто заковав руки и ноги беглянки, он вытащил контролирующий штырёк, и металл сверкнул витиеватыми знаками, запирая силу девушки. После этого девушке завязали глаза и завернули в меха, чтобы действительно довезти живой. Шидай отказался её отдавать, сообщив, что добычей он делится только с господином, и сам потащил беглянку на полянку, где сели драконы.
Драконам добыча почему-то не понравилась. Они испуганно шарахались и подозрительно принюхивались. С благожелательным интересом к девушке отнёсся только молодой дракончик, попытавшийся носом залезть в шкуры, но Шидай добродушно его отшугнул.
– Мы сейчас на заставу? – поинтересовался он у господина, пристраивая добычу на спине своего дракона.
– Да, поменяем зверей и в Санариш, – скупо ответил Ранхаш, терпеливо пережидая прилив любознательности молодого дракона, всадником которого он оказался. Обнюхав оборотня, ящер пришёл в ещё большее расположение и радостно завилял хвостом, став похожим на собаку.
– Уверен? – тихо спросил Шидай и с сомнением посмотрел на девушку. – Она сильно истощена, и если держать её всю дорогу в таком состоянии, то я могу её уже не разбудить.
– Будешь поднимать её на привалах. Дурмань и выгуливай, – Ранхаш почему-то мрачно посмотрел на лекаря. – Со мной этот способ прекрасно проходил.
Шидай польщённо улыбнулся.
Майяри не была уверена, что наконец-то пришла в себя. Её тошнило, тело ныло, а горло надсадно першило. Девушка попробовала открыть глаза, но перед взором всё плыло и качалось. Складной картинки не выходило. Звуки доносились как сквозь слой корпии и отдавались в голове глухим колоколом.
Опустив веки, Майяри развела дрожащие руки и нащупала под собой что-то мягкое, но в то же время топорщащееся острыми углами. Голова взорвалась болью, когда она попыталась сопоставить ощущения, и девушка, застонав, свернулась клубочком. Из горла вырвался сухой кашель, грудь справа отозвалась глухой болью. Что с ней? Где она?
Через несколько минут неподвижного лежания боль и тошнота утихли, и Майяри осторожно потрогала своё лицо. В сравнении с холодными ладонями оно было обжигающе горячим; губы потрескались и болезненно ныли. Опустившись ниже, девушка погладила вспухшие участки горла и с трудом сглотнула. Но хуже всего была тянущая боль в груди.
Майяри наконец-то вспомнила, что с ней произошло. Перед глазами мелькнула бурлящая поверхность ледяной реки, драконья морда, парень с зелёными глазами… или жёлтыми… Потом воспоминания стали совсем размытыми, и девушка уже не была уверена, что они ей не приснились. Перед глазами маячило улыбающееся добродушное лицо с жёлтыми глазами, окружёнными лучиками морщинок.
Майяри распахнула глаза. Плащ всё ещё был с ней. Кто-то постелил его на кипу соломы и положил девушку на импровизированную постель. Впрочем, этим забота неведомого благодетеля и ограничилась. Майяри была в тюрьме.
Она находилась в довольно просторной камере, явно предназначенной для большего количества арестантов, одна. В каменных отсыревших стенах не было окон, но одну из стен, ту, которая выходила в коридор, заменяла толстая решётка. Через неё девушка видела другие камеры с такими же толстыми решётками, за которыми сидели обросшие и грязные мужики, а в одной из темниц и женщины весьма вульгарной наружности.
– О, смотрите! Новенькая очухалась, – к решётке камеры, что располагалась напротив, лицом прижался тощий оборотень с растрёпанной бородёнкой. – Чистенькая, – он с наслаждением втянул носом воздух.
Майяри затошнило ещё сильнее, но она всё же заставила себя сесть и осмотреться.
– Эй, краля! Не хочешь к нам? – к ней обратился высокий, нагловатой наружности оборотень. – Мы парни ласковые…
Его сокамерники глумливо загоготали. Женщины в соседней камере заинтересованно зашевелились и подались к решётке.
– Да зачем вам эта худосочная? – проворковала одна из них. – Сними с неё платье, и одни мослы останутся. Как вам это?
Она задрала платье и просунула между прутьев решётки длинную, несколько полноватую ногу в чёрном шерстяном чулке. Мужчины одобрительно загомонили, кто-то в темнице, что находилась слева от камеры Майяри, попросил показать что-нибудь ещё. Женщины расхохотались и в ответ показали кукиш. Одна, впрочем, всё же приспустила платье на груди, вызвав бурное одобрение и похотливые комплименты.
Майяри, словно не слыша их и не видя, осмотрела стены своего узилища и обнаружила потемневшие знаки. Место заключения магов, хаги и хаггаресов. Сухой смешок сорвался с её губ. Она могла бы выбраться и отсюда, но у неё не было никаких физических сил, чтобы встать и уйти. Голова опять закружилась.