Екатерина Гераскина – Развод с драконом. Попаданка в жену генерала (страница 2)
Судя по достатку, здесь должно было быть куча нянек, тёток и прочих слуг-наблюдателей.
Я ещё раз оглядела комнату, всматриваясь в детали. Ни одной игрушки. Ни одной детской вещи.
У меня есть сестра и две племянницы. Так вот — их игрушки везде! Даже у меня в квартире, за час они успевают разбросать их по всюду. Если есть ребенок в доме, это точно видно.
А тут… ничего нет.
Я прижалась лбом к прохладному стеклу. Мне нужно было всё узнать. Понять — стоит ли признаваться, что я не она. А ещё — моя душа требовала найти этого ребёнка.
Я спасала жизни. Я не могу пройти мимо чужого горя. А горе того мужчины было колоссальным.
Я снова осмотрела себя.
Наверное, мне было лет двадцать на вид. Моложе, чем в моём мире. Там мне было двадцать восемь.
Ночная рубашка была слишком тонкой. От холода мурашки прошлись по телу.
Нужно было переодеться.
Я дошла до шкафа, распахнула его — и увидела столько платьев, что просто обалдела.
Корсеты. Ненавижу. Почему меня закинуло в мир, где надо носить платья и корсеты?
Радовало только то, что панталонов тут не было. Трусы на мне были самые нормальные, ажурные и красивые.
Поискала взглядом самое удобное платье. Тёмного, сдержанного цвета. С минимумом кружев и камней. Но я не рассчитала, что застегнуть его сама не смогу.
Гадство!
Стала рыться дальше. Нашла блузку — уже что-то. Она была отделана черным кружевом, а сама была бордового цвета. Бельё тоже отыскала. Бра были красивыми и женственными, а еще многие даже с бирками.
Это очень радовало. Брюки нашлись в углу огромного шкафа. Я выбрала чёрные, похожие на палаццо, с высокой талией.
Удобные, свободные, они не сковывали движения и хоть немного напоминали привычную одежду из моего мира.
Наконец-то — хоть что-то без корсетов, рюш и золотых побрякушек.
На полке ниже нашлись балетки — украшенные камнями. Хотелось их отрезать к чёртовой матери. Но… не захотела тратить время.
Застегнула манжеты на рубашке. Потом стала искать резинку или хоть что-то, чем можно было бы убрать волосы.
На туалетном столике, в углу, было множество кремов, косметики, стояла увесистая шкатулка. Небрежно открыла крышку — заколки. Длинные шпильки.
Собрала волосы в пучок и закрепила шпильками с жемчугом. Посмотрела в зеркало.
И всё же… что случилось с той молодой женщиной?
А потом меня как обухом по голове. Потому что я кое-что осознала.
Ощущение горечи миндаля во рту…
Металлический привкус. Першение в горле…
Потеря чувствительности нёба и языка. Затруднённая речь…
Резкая головная боль, головокружение, звон в ушах, боль в груди, сердцебиение, удушье.
Тошнота, мышечная слабость… потеря сознания.
А потом скорее всего… остановка дыхания и как следствие смерть.
Это все признаки отравления цианидом калия.
Хозяйку тела… убили.
Кошмар!
Глава 2
Руки затряслись. Но внизу раздались очередные команды и я быстро пришла в себя. Со всем буду разбираться постепенно.
А еще буду знать, что «мне» тут не рады. И где-то ходит мой убийца.
Ужас, конечно! Я должна сообщить об этом.
Но прежде — ребёнок.
Подошла к столику с графином, но тут же осеклась. Пить побоялась.
Кажется, мне стало немного легче. Состояние уже не казалось таким критичным. Даже головная боль чуть притупилась.
Вышла из комнаты.
Коридоры были не менее роскошно устроены: везде канделябры, картины.
Я шла на голоса.
Внизу, у лестницы, по военной выправке я узнала того самого мужчину, что кричал надо мной.
Он выстроил вокруг себя пятерых в военной форме и раздавал каждому приказы прочесать квадраты леса. Держал в руках карту.
Я замерла на половине ступеньки.
Застыла, наблюдая за его скупыми, выверенными движениями.
Заворожилась тембром его голоса.
Угроза — в каждом слове.
Попадёшь под горячую руку — не выживешь.
Ещё бы. На карту поставлена жизнь... ребёнка.
Я так и стояла, смотря на мужчину, а потом резко вздрогнула, когда все вышли, а он повернулся ко мне.
А потом и вовсе — с невероятной для меня скоростью оказался рядом.
И хоть он стоял ниже меня на две ступеньки, казалось, будто всё равно нависал.
А еще его зрачок снова стал вертикальным. У меня от ужаса перехватило дыхание.
Очнись, Лена!
Тебе это всё точно не привиделось. Уже то, что ты в чужом теле — говорит о многом.
А мужчина перед тобой... он вовсе не похож на человека.
Тогда кто?
Только бы не змея!
Ненавижу змей.
А потом этот мужчина сжал стальной хваткой мою тонкую шею.
Я захрипела. Глаза готовы были выскочить из орбит. Началась асфиксия.