Екатерина Гераскина – Развод. Ну и сволочь же ты! (страница 27)

— Опять же мисс Элеонора пересказала со слов мисс Хлои, что произошло. Мисс Хлоя ничего не брала и сама не поняла, как кольцо оказалось в ее халате. Скорее всего, после того, как леди Лукреция так кстати упала на вашу истинную. И мне было бы уместно тоже все-таки переговорить с ней. Как мисс Хлоя себя чувствует?

— Она потеряла память и не помнит о последних событиях.

— Как печально. Но ничего. Я пока займусь тем, что нам известно. А вы все же подумайте. Мы можем воспользоваться заявлением о похищении вашей истинной бывшим мужем и заставить его мать забрать заявление о краже.

— Я хочу чтобы она понесла наказание.

— Уверяю вас, мы найдем на нее управу. За клевету — уж точно. И наверняка за подкуп должностного лица. Я как раз составил прошение в банк о получении доступа к счету судьи в связи с подозрением его во взятке. Немного нужно подождать. Но если вы посодействуете… — многозначительно протянул юрист.

— Разумеется.

После его ухода я остался один, сидя в глубоком кожаном кресле. Я думал о своей паре, постоянно возвращаясь к ней мыслями. К своей огненной маленькой бестии. Этот разговор с юристом дал мне гораздо больше, чем я мог рассчитывать. Я узнал о своей женщине многое. Захотелось ее увидеть и даже рассказать, почему был так холоден по отношению к ней, но пока что имелись и другие дела.

Прежде всего требовалось обеспечить Хлое безопасность и защиту, которые она заслуживала как моя истинная. И это было больше, чем обязанность. Настоящий обет, который я дал самому себе. Я буду защищать ее, вне зависимости от того, что это потребует от меня.

Сидеть на месте я не мог. Мои новые исследования отошли на второй план. Да и лабораторию только начали отстраивать. Хелл отправился выполнять мое распоряжение. Дождаться парней и отобрать нескольких для присмотра за нашими истинными.

После тщательного размышления я решил посетить приют, где выросли Хлоя и Эли. Благо Хелл оставил мне адрес. Мне было важно узнать больше о прошлом своей девочки.

Это могло помочь мне установить истинное происхождение девушек и их возможную связь с драконьим родом. Я чувствовал, что эта информация может значительно улучшить их социальный статус и защитить от дальнейших нападок.

Когда я приехал в приют, то скрипнул зубами. Старое здание смотрело на меня неприветливыми окнами, в которых будто мелькали тени прошлого. Здесь еще кто-то живет?

Я встретился с директором учреждения, мужчиной по имени Гарет. Его взгляд стал осторожным, когда я представился.

— Мистер Шторм, рад вас видеть. Чем могу помочь? — спросил он, когда мы уселись в его скромном кабинете.

— Я ищу информацию о двух девушках, которые выросли в этом приюте. Их зовут Хлоя Брисс и Элеонора Ларс, — начал я, наблюдая за его реакцией.

Гарет задумчиво потер подбородок.

— Хлоя и Элеонора... Да, я помню их. Очень необычные девушки. Они всегда держались вместе, словно неразлучные сестры, — вспоминал он.

— Расскажите мне о них побольше. Все, что знаете. Это очень важно. И я хочу ознакомиться с их делом, — уточнил я.

Гарет кивнул и повиновался. Он поведал о том, как Хлоя и Элеонора всегда поддерживали друг друга, об их силе духа и о том, как они отличались от остальных детей. Как-то раз он даже заметил у них необычные способности, которые не мог объяснить, например, их силу и крепкий иммунитет.

Еще бы, ведь они были иными. Приюты держали только для человеческих детей, ведь никакой дракон не оставил бы своего потомства. По крайней мере так было раньше.

Покидая приют, я чувствовал, как в моей голове начинают складываться кусочки головоломки. Мне нужно было встретиться с Хлоей и обсудить все, что я узнал.

А еще дать задание Грансу и проверить этот приют. Слишком бедная там обстановка и исхудавшие дети. Куда только смотрит глава города?  И через что прошла моя истинная, прежде чем вырвалась за стены этого здания?

Глава 18

Мобиль рычал под моим натиском. Я со злостью сжимал оплетку руля, которая разве что не трещала под пальцами. С трудом сдерживал оборот. Девочек подкинули на крыльцо детского дома. В их личном деле не было абсолютно ничего. Но тем интереснее решать поставленные задачи.

Оставалась надежда только на Лирея Смоука и на хоть какое-то генетическое совпадение Хлои с одним из родов драконов. Но ждать придется долго.

А еще взять кровь у Элеоноры, если, конечно, она согласится. Хлое же я не оставил выбора, взяв анализ тогда, когда она потеряла сознание. А у кого из нас есть тот самый выбор?

Все мы заложники каких-либо обстоятельств. Я — своего рождения и ответственности перед империей в случае гибели прямого наследника. Хлоя же станет заложницей чужого мнения (ей придется часто мелькать на публике) пусть и высшего, но общества, для жизни в котором ей придется не только отрастить когти и клыки, но и расправить крылья. Уж я-то позабочусь.

Надеюсь, Лирей Смоук поможет нам поскорее. Все же перед ним впервые поставлена подобная задача. Я же со своей стороны обеспечил пару стрессовых ситуаций, связанных со своей парой, и как и предполагал лекарь, это дало толчок к проявлению драконицы.

Бездна! Как же все сложно!

А еще стоило купить Хлое артефакт связи, чтобы всегда знать, где она и что с ней. Я дал по тормозам около старой, видавшей виды трехэтажки. И тут она живет? Хотя нет, тут живет Элеонора, моей же женщине просто некуда пойти, и это при том, что она была замужем за аристократом. Отдала тому деньги с продажи своей комнаты и осталась после этого на улице.

Ублюдки. Гнилая кровь.

Завтра же подыщу ей тут достойное Гнездо. Вид обшарпанной лестницы и не помнившего ремонта подъезда удручал. Я поднялся к нужной двери и нажал на кнопку.

— Кто? — не слишком-то и гостеприимно спросила истинная Хелла. Я усмехнулся.

— Мне нужно поговорить с Хлоей.

Дверь сразу же распахнулась.

— Зачем? — прищурилась драконица. — Еще не все сказал?

И попыталась закрыть дверь, но я удержал створку. Прислонился плечом к проему, говоря всем своим видом, что не уйду.

— Оставь, Эли. Я поговорю с ним, — глухо произнесла Хлоя.

— Тебе не стоит, — не унималась защитница.

— Все в порядке, — еще глуше заверила моя истинная.

У меня же защемило в грудине. Дракон рычал и требовал обнять ее, утешить, согреть озябшие опущенные плечи. Мне и самому безумно хотелось дотронуться до ее волос, рассыпанных по плечам, и провести по этому чистому пламени. Очертить ее скулы и сделать так, чтобы глаза любимой перестали топить мир в океане вселенской скорби.

Кажется, придерживаться плана Смоука будет гораздо сложнее, чем я думал. Беззащитный и трогательный вид истинной побуждал меня к активным действиям, я с трудом сдерживал себя, чтобы не напугать Хлою.

Она сняла с крючка шаль и закуталась в нее, и это несмотря на лето на дворе. А ведь я не сомневался, что ее драконица должна быть огненной. Мой ящер согласно откликнулся и попытался воззвать к спящей чешуйчатой красавице, но та осталась глуха. Он улавливал ее лишь дважды, и каждый раз чувственные терзания и ревность моей истинной сопровождались нашей с ящером совместной агонией.

Дракон хотел видеть свою самку, которой по сути еще не было, но при этом остро переносил боль истинной. Мне приходилось убеждать его, что это все временно, что если есть хоть крошечный шанс на пробуждение драконицы, мы должны этим воспользоваться. Ради нее же. Ради ее же блага. Иначе она обречена на короткую человеческую жизнь, лишенную красок, неба и полета.

Дракон понимал это, но боль истинной все равно рвала ему сознание, — и он рвал мне грудину, царапая когтями плоть изнутри, требуя оборота. Ящер сдавался быстрее меня, он желал схватить свою самку и признаться той, что наша холодность — это всего ложь. Лишь усилием воли я удерживал его. Слезы и ревность истинной раздирали душу на части. Но это все были мелочи.

Тонкая бежевая блузка обрисовывала хрупкие плечи Хлои, расстегнутая пара пуговиц открывала вид на волнующую ложбинку с внушительными полушариями. Кажется, приходилось согласиться с Хеллом, от этой связи мозг определенно плавится. Перестаешь думать как человек, который только всего пару дней как встретил женщину, что по воле Драконьего бога теперь связана со мной до конца своей жизни. Короткой, если мы не пробудим ее суть. Женщину, которую вовсе и не знаем — и как минимум для построения отношений стоит ее узнать.

Ведь единственное, о чем я мог думать, так это о том, как будет смотреться изумрудная капля-подвеска в белом золоте на ее такой почти прозрачной коже. Осунувшаяся, изможденная после аварии и потери памяти, Хлоя была как тонкий лист. Узкие замшевые брючки с высокой посадкой подчеркивали ее осиную талию. Мне казалось, что я могу обхватить ее двумя ладонями. Как же мало в ней сейчас от драконицы, неужели кто-то из родителей был человеком?

Она закрыла за собой дверь, где подруга продолжала гневно сверкать глазами. Девушки и вправду стали друг другу семьей, заменили себе настоящее гнездо таким вот способом. И даже по рассказам директора приюта всегда были вместе. Во всем.

И мне даже не хотелось представлять, в чем именно. Вряд ли от хорошей жизни они встревали в переделки. Впрочем, это и так становилось понятно, стоило только хотя бы раз посетить стены приюта, пропитанные обреченностью и одиночеством.