Екатерина Гераскина – После развода с драконом. Начну сначала в 45 (страница 67)
— Я всю жизнь хотела отомстить вам, — сказала она, и в её глазах не осталось ни тени раскаяния. — Отомстить твоему сволочному роду.
— Ты хотела отомстить отцу. Надо было на этом остановиться, Элоиза. Но ты оказалась больна и зависима. Ты продолжала видеть его во мне. И всю ненависть перенесла на меня. Даже сейчас ты хотела, чтобы я всё это знал: как ты была умна, как ты была хитра. Ты хочешь признания своим поступками, чтобы я признал тебя гениальной. Потому что мой отец не ставил тебя ни во что. Видимо, он был гораздо большим ублюдком, чем я думаю. Ты просто повернута на нем. Но всё же ты виновата. Лучше бы ты не выбирала деньги и положение. Тогда не было бы столько смертей, столько сломанных жизней, ты могла бы и дальше жить. И твой Этьен наверняка был бы жив. И во всём этом ты виновата. Ты не выйдешь из лечебницы до оглашения приговора. А потом отправишься на каторгу.
— А я не собираюсь признавать ничего, — фыркнула Элоиза. Она была недовольна моими словами. Ей не хватало моего признания. — То, что я тебе сказала, никто не слышал. Я просто хочу, чтобы ты знал причину смерти твоего отца.
— Ты так ничего и не поняла, — покачал я головой. А потом... я достал записывающий артефакт и показала его Элоизе.
Лицо той вытянулось, и она рванула в мою сторону, чтобы выбить камень из моих рук.
Но в дверях уже появились лекари: они ворвались и усыпили её, аккуратно, профессионально, не давая напасть.
Я поправил камзол и вышел из лечебницы, желая больше всего на свете никогда больше не встречаться с ней в этой жизни.
Она призналась в убийстве отца. Призналась в том, что хотела убить меня. Была в сговоре с Бреем.
Этого было достаточно, чтобы надолго отправить её на рудники.
Я вышел за ворота лечебницы. Там меня уже ждал мой помощник.
— Ваш букет, лорд.
— Благодарю.
Я обернулся в дракона и подхватил букет в лапы. Сейчас я летел к своей матери.
Приземлился у монастыря. Обернулся. Сжал в руках цветы. Двери распахнулись сами собой. Мать-настоятельница молча кивнула, пропуская меня во внутренний двор. Там я сам нашёл дорогу.
Сел на колени на могиле матери и по одному цветку раскладывал их на зелёном холме.
Глава 60
С тех пор как мама уехала учиться в Рамирскую империю, прошёл месяц. Даже представить сложно, как тяжело, когда её нет рядом. Когда нельзя просто прийти и выговориться, рассказать о том, что беспокоит. Когда нужно справляться самой: новую форму себе пошить, и учебники заказать, и в Академии хорошо учиться, и за домом приглядывать. Потому что если оставить всё на мужчин, то они запросто разрушат всё до основания.
Вот и сейчас я спешила после занятий домой. Нариман… тот ещё демон. Совсем недавно я думала, что мама зря учила меня всяким «плебейским штучкам» — мелочам, казавшимся глупостями. А теперь я каждый день благодарила её. Потому что стоило взглянуть на Наримана и сразу понимала: руки у него точно растут не из того места. Одно наказание, а не мужчина.
Нашу семью коснулось горе, и именно оно же нас и объединило. Теперь я понимала, что вся сила — в семье. Там, где тебя любят, принимают и поддерживают. Где каждый вносит свой особенный вклад.
Папа сказал, что сегодня к нам придёт экономка. Старых слуг он не стал возвращать — и правильно, да и вообще, никого нового не нанимал. Нариман должен учиться справляться по хозяйству сам. Мы с Миреем тоже должны не забывать, что такое труд. Как говорит папа: безделье расслабляет и разжижает мозги. Не могу не согласиться.
Сейчас даже мысли не возникает пойти почесать языком или разнести сплетни — нет времени. Да и глупо это, когда вокруг куча дел и столько интересного. А ещё потому, что мне нравится быть вовлечённой в процесс воссоединения нашей семьи.
Мы ждём маму через пять месяцев и хотим сделать ей сюрприз — дом должен преобразиться полностью. Признаться, после Наримана в доме всё равно придётся делать ремонт. И папа этим уже занялся.
Я зашла в дом. Всё, как обычно. Тишина была разбавленна отборной руганью Наримана. Он сегодня был «на хозяйстве». Я тяжело вздохнула и мысленно приготовилась увидеть очередную катастрофу.
И да — я не ошиблась. Стоило войти на кухню, как мне открылось зрелище. Теперь Нар убирал последствия того, как что-то «взорвалось» прямо во время завтрака. Я не знаю, как можно было довести до взрыва обычные тосты, но Нариман — мастер в этом деле.
— Ну что ж, — покачала я головой. — Надеюсь, экономка придёт поскорее. Единственный человек, которого отец всё-таки согласился впустить в наш дом. И то, скорее всего, не для того, чтобы она что-то делала, а чтобы присматривала за Нариманом, когда никого из нас нет.
У меня получалось вырываться из Академии всего два раза в неделю. Ещё два раза — у Мирея. Я как могла помогала, чтобы наш дом окончательно не развалился.
Хорошо, что папа заказал точно такую же кухню, но новую. Через пять месяцев её поставят, и мама не увидит этого кошмара.
— Так, давай я помогу тебе убраться, а потом будем вместе готовить ужин, — сказала я.
— Алекс, привет! — он поднял взгляд и хохотнул — Вместе драить веселее.
За месяц мы сблизились. Нариман изменился. Из ветреного мажора он понемногу превращался в нормального парня. Оказалось, ему всего-то не хватало тепла и душевных бесед. Он был интересным собеседником, много путешествовал, увлекался механизмами. И, как выяснилось, умеет собирать артефакты. Никто в нашей семье даже не догадывался об этом.
Я до конца не понимала, как можно быть одновременно таким безруким и таким ловким. Но когда он починил посудомоечный артефакт, я окончательно убедилась: в нашей семье нет бездарных людей.
Неделю назад я перевелась на другую специальность. Захотела стать щитовиком, как мама. Завела себе нормальных подруг — не таких, с которыми только платья и украшения обсуждать, а настоящих, с которыми можно говорить о будущем, о мечтах, о работе. И мне это нравилось.
Кто-то постучал в дверь. Мы с Нариманом переглянулись. Я встала с колен, отряхнула руки.
— Нар, только ничего не трогай. Я быстро. Наверняка это новая экономка. Мне нужно показать ей дом. Потом познакомлю вас.
— Слава богам, Алекс! — обрадовался он. — Наконец-то!
— Не расслабляйся, — усмехнулась я. — Вряд ли она будет делать что-то за тебя. Скорее всего, будет просто присматривать за домом, пока тут идет ремонт.
— Ну, хоть за ремонтом присмотрит, — выдохнул он, явно облегчённо. — А то я, признаться, уже начал паниковать.
Я хохотнула и убежала в коридор, распахнула дверь. Кажется, моя улыбка вышла слишком искренней — я действительно была рада видеть эту чужую женщину, совсем незнакомую, и, наверное, это удивило её. Она кашлянула, будто смутилась моей реакции.
Я разглядывала её внимательно. Женщине было точно за пятьдесят человеческих лет, выглядела она очень хорошо. Одетая просто, неброско, но в добротные качественные вещи. Стройная, аккуратная, у глаз лёгкая сеточка морщин, но тёмные глаза смотрели живо, а светлые волосы придавали лицу мягкость. В её облике чувствовалось странное тепло, будто родное, от этого мне стало спокойнее.
— Я пришла устраиваться на должность экономки. Меня зовут Алия Бройс. Вот мои рекомендации, — женщина протянула мне папку с бумагами.
Я перехватила документы и кивнула:
— Всё в порядке, проходите. Мы вас очень ждали. Меня зовут Алекса.
— Леди Алекса, где я могу подождать, пока вы ознакомитесь с моим личным делом?
— Можно просто Алекса. И давайте пройдём в дом. Да и, честно говоря, я уверена, что отец обо всём позаботился. Сейчас я вам всё покажу.
Но в этот момент на кухне что-то грохнуло, а потом раздалась отборная ругань. Экономка удивлённо вскинула брови. Моя улыбка натянулась, я вздохнула и вскинула руки ладонями вверх.
— Небольшая проблема, я быстро. А потом покажу вам весь дом, — сказала я. И вполголоса пробормотала: — Хотя скорее нам нужна не экономка, а нянька…
— У вас есть маленькие дети в доме? — спросила Алия, шагая за мной через холл.
— Маленький ребёнок у нас скоро будет, — я торопилась к кухне и одновременно отвечала. — Мама беременна, но пока она учится в другой империи. А вот Нариману нянька точно не помешала бы.
Когда мы вошли, Нариман как раз отодвинул холодильный шкаф и что-то там колдовал позади него. Судя по тому, как он разложил коврик с артефакторским инструментом, я поняла: всё, можно прощаться с нашим шкафом.
Я закатила глаза и простонала:
— Нариман… чем тебе не угодил холодильник?
— Я заметил, что он неправильно поддерживает температуру, — важно ответил он, даже не оборачиваясь.
— Ясно. Кстати, вот, познакомься, — я кивнула в сторону женщины. — Это госпожа Алия Бройс, наша новая экономка. А это Нариман.
— Здравствуйте, — бросил он рассеянно и снова зарылся в свой «шкаф».
Я махнула рукой и вывела Алию из кухни.
— Как вы видите, — сказала я вполголоса, — присмотр нужен скорее для него. Парень он неплохой, добрый, но… иногда безрукий. Прежде чем починит, обязательно что-то разберет или сломает. У него такое увлечение. Мы не мешаем. Как говорит папа, даст боги, и у нас в семье будет свой артефактор.
— Вы упомянули, что в семье будет пополнение. — уточнила Алия, пока я вела её по первому этажу. — Мне нужно будет подобрать няню?
— Мама будет сама заниматься малышом, — я улыбнулась. — Как и нами, когда мы были маленькими. Так что нет. Пока не нужно. Мы все готовимся к её приезду. Завтра уже начнётся ремонт, придут рабочие, будут привозить стройматериалы.