Екатерина Гераскина – Пара для проклятого дракона (страница 51)

— Ну!

— Марцел… — голос Роуз срывался. — Он никогда не умел сдерживаться. И после близости с ним у меня оставалось слишком много отметин… Дориан бы сразу всё заметил. Что-то бы почувствовал… И в общем…

Она замялась, судорожно сжав пальцы.

Я посмотрел на неё сверху вниз, холодно.

— Как же ты жалка, Роуз. Могла бы не врать сама себе.

Роуз съёжилась под моим взглядом, всхлипнула, замотала головой.

— Он сразу решил от тебя избавиться, — продолжил я спокойно. — А ты, наверное, находилась на пороге жизни и смерти… и в попытке спасти свою никчёмную шкуру вспомнила об Амелии. И только это спасло тебя.

Роуз всхлипнула ещё сильнее. Её плечи содрогались, а из горла вырывались беззвучные судорожные рыдания. Она закивала, пряча лицо в ладонях.

— Я Марцела никогда таким не видела… — всхлипывала она.

Я молчал, давая ей выговориться. Всё это время я чувствовал к ней только холодное презрение.

Боялась она… Но страха перед тем, как своими поступками предавать, у неё почему-то не было.

Роуз подняла на меня заплаканные глаза.

— Пожалуйста… пожалуйста, не выдавай меня Дориану! Он убьёт меня, если узнает! — она почти ползла ко мне на коленях по кровати. — Я не хотела… правда! Я думала только о себе. Я хотела быть причастной к великому делу! Пожалуйста…

Я смотрел на неё сверху вниз.

— Орден ты называешь великим делом? — холодно спросил я, глядя прямо в глаза Роуз. — Развалить и устроить переворот в Империи ты называешь великим делом, да?

— Я… я не была в Ордене… — захлебнулась она словами, пытаясь оправдаться, но её голос дрожал.

— Ты плохо врёшь. — Я скривил губы в насмешке. — И ты действительно, Роуз, самое слабое звено среди культистов. Я даже не удивлён, что Марцел так легко решил от тебя избавиться.

Роуз сжалась, словно от удара. Её губы задрожали, слёзы хлынули снова. Она попыталась что-то сказать, но я жестом остановил её.

— Ты для них была лишь расходным материалом. Бесполезной пешкой. — Мой голос был холоден и неумолим. — И если бы не твоя попытка выгородить себя за счёт Амелии… ты бы уже давно гнила в земле.

— Никому не говори, что я… была в Ордене, — Роуз отшатнулась от меня.

— Была? — я вскинул бровь. Мой голос стал холодным и опасным. — Оттуда есть только один выход — и он ведёт на тот свет. Так что это вопрос времени, когда за тобой придут. Орден сейчас активно зачищает хвосты. И ты, Роуз, — следующая в очереди.

— Но… но… я не хочу умирать… — захлёбываясь слезами, всхлипнула она, сжав в кулаки край покрывала.

Роуз дрожала всем телом. Её лицо побледнело, в глазах застыл животный страх. Она пыталась найти хоть какое-то спасение, но понимала: выбора у неё больше нет.

Я смотрел на неё сверху вниз, холодно и отстранённо. Она была слабой, преданной, глупой. Но… какое-то время мы действительно были вместе. Пусть это было ничто в сравнении с тем, что связывало меня с Агнией, но…

Всё же я обязан был признать, что не могу оставить её просто так на растерзание Ордену.

— У тебя есть шанс, — тихо произнёс я.

Она вскинула заплаканное лицо на меня, не веря своим ушам.

— Шанс? — сорвалось с её губ.

Я кивнул.

— Да. Первое. Я поставлю на тебя метку Карателя. Второе. Ты напишешь немедленное прошение о расторжении помолвки. А потом — отправишь письмо своей семье с объяснением. Придумай любую причину. Третье. И в течение пары дней ты покинешь Империю. Если переступишь обратно границу без моего ведома… — я прищурился, голос стал ещё ниже и холоднее, — тогда я не пожалею. Все узнают, кем ты была на самом деле.

— Я… я… — Роуз всхлипнула, вцепившись в горло сорочки. — благодарна…

Мягко, но безжалостно взял её за запястье. Она попыталась отстраниться, но я крепче сжал её руку вызываю магию, выжигая метку.

Роуз заревела, осела на постели, словно из неё вышли все силы. А я смотрел сверху вниз, окончательно погружаясь в холодную ясность своих мыслей.

— В твоих же интересах как можно скорее убраться из Империи, — холодно произнёс я. — Орден жалеть не будет.

Роуз всхлипнула ещё громче, сжавшись в комок. Лицо её побледнело, а губы дрожали.

Она прекрасно понимала, что её шансы остаться в живых стремились к нулю. И понимала, что я сказал чистую правду.

Орден не прощает ошибок. Не прощает провалов. Не прощает тех, кто мог выдать их.

Для них она теперь не нужна. Она — балласт.

Я смотрел на неё без особого сострадания. Та, кто однажды выбрал путь предательства, сам подписывает себе приговор.

И я лишь давал ей возможность убежать раньше, чем Орден потянет за ней свои костлявые пальцы.

Роуз всхлипнула, вытерла лицо дрожащими руками и прошептала еле слышно:

— Я… я уеду. Обещаю.

Я шёл по улице. Капюшон закрывал лицо. В воздухе пахло нагретым камнем, пылью и цветами.

Особняк Вальдренов был виден издалека — строгие, серые стены, высокие окна, тяжёлая решётка ворот. В нём всегда витала гнетущая атмосфера, но сегодня он казался особенно мрачным.

Я замер в тени арки напротив. Внешне дом был без изменений, но вокруг него чувствовалась дрожащая натянутость магических барьеров. Усиление охраны.

Вскоре к воротам подъехал кэб. Я чуть прищурился.

Из кареты вышли двое: седой мужчина с тяжёлой осанкой — Вальдрен-старший, патриарх рода, и чуть более молодой — его сын, отец Селия.

Пропажа Селия заставила всю мужскую часть семейства явиться сюда из столицы.

Мужчины выглядели напряжёнными. Скрыть это им не удалось даже под маской аристократического спокойствия.

Я следил за ними, не шевелясь. Видел, как охрана открыла ворота, как они обменялись парой коротких фраз и скрылись за массивной дверью.

Долго стоять у особняка было опасно, и я медленно обошёл улицу кругом, выбрал точку выше — на крыше одного из соседних домов.

С этой позиции я наблюдал за окрестностями.

Изучал слабые места в охране и охранных заклятьях.

Я сидел так долго, что ночь опустилась густой, тягучей тьмой на город.

Сердце билось ровно. Спокойно. Только внутри — где-то под рёбрами, в глубине груди, начинала подниматься странная тяжесть.

Я собрался уходить. Пора было вернуться к Агнии. Она, наверное, ждёт меня…

Я едва подумал об этом, как боль прошила меня насквозь.

Нестерпимая, острая боль, разрывающая всё существо. Я ухватился за стену, чтобы не упасть.

Дракон внутри взревел.

Я чувствовал, как его крик перекатывается по венам, дробит кости. Как его тоска разрывает меня изнутри. Он… чувствовал её. Мою Агнию. Свою пару.

Этого просто не могло быть!

Что должно было с ней произойти, чтобы я, минуя проклятье, ощутил ее… страх?

Убью каждого, кто угрожает ей!

Я выдохнул с трудом, справился с болью, выпрямился.

И, не теряя ни секунды, бросился прочь с крыши — туда, где меня ждала моя истинная. Моя жизнь.