Екатерина Гераскина – Пара для проклятого дракона (страница 5)
Не думаю, что Агния настолько сумасшедшая, чтобы демонстрировать свой дар. Свой черный огонь. Точно нет. Она осторожная, подозрительная.
Даже тот случай в тайной секцией библиотеки у Даркбёрда говорит о многом. Агния скрывает свой настоящий магический уровень… обычного огня. А мой соглядатай и словом не обмолвился о странности её огня, когда у нее был срыв. Значит, ничего не видел, даже если она сорвалась и выпустила его, то черноты тот не увидел.
А нападение на неё началось после того, как я договорился о ее обучении.
Р-р-р!
В самом Ричарде я был уверен. А вот в его окружении нет. Тем более там была совершена кража книги по алхимии.
Тот удавится, но не выпустит такую одарённую ученицу из рук. Да и он человек чести, несмотря на то, что между нашими родами вечное противостояние за влияние при дворе и на самого императора.
А последние пять лет упорно ведёт род Даркбёрдов, потому что я отошёл от семьи и сосредоточился на службе Империи.
Хотя и сам Ричард не любитель появляться при дворе, всё же он больше учёный. Чего нельзя сказать о его брате лорде Ривзе и его части семьи.
Но это меня не касается.
В конце концов, именно мой отец и мать тоже противостоят им в Совете Императора.
Жрец уже успокоился в седле и, кажется, погрузился в подобие транса.
Моё внимание привлёк его перстень.
Я выругался про себя.
Гелиодор, пожалуй, был единственным человеком культа, который гордился своей ролью. Потому всегда носил перстень принадлежности к Ордену.
И даже не додумался снять его.
Только стоит этому перстню попасться на глаза посторонним… старика растерзают.
Потому что сейчас этот культ ассоциируется только со смертью и горем.
Но Гелиодор нужен мне живым.
Потому что он оказался единственным, кто может открыть проход в другой мир. Вот уж кого боги наделили даром, так наделили!
Я потянулся и стянул с его пальца перстень. Но старик так и не отреагировал. Спрятал во внутреннем кармане.
Оставалось немного.
Меня подгоняло беспокойство.
Дракон уже давно рычал в сознании и не давал мне отключиться. Плечи, где Агния нещадно накрыла меня чёрным огнём, кровоточили. Не заживали. Адская боль, от которой трудно было абстрагироваться. Даже проткнутый кинжалом бок и раненая рука так не беспокоили, как сожжённые участки кожи.
Оставалось лишь повернуть — и я буду у дома Агнии.
Но стоило только увидеть её дом…
Как я дал лошади шпоры ещё сильнее.
Подонки добрались до девочки!
Я спрыгнул с лошади, резко приказав старику держаться!
И тот послушался.
Вытащил клинок со спины и… не сделал ни шага.
Так и замер от картины, что предстала передо мной.
Маленькая девочка в белоснежной сорочке до колен стояла босиком на траве, на границе с калиткой, крепко держалась за кованые прутья.
Волосы, заплетённые в две косички, растрепались.
Ветра не было.
Но выбившиеся пряди то и дело шевелились.
Луна ярко освещала её тоненький и хрупкий силуэт.
Подол сорочки бился о её худые коленки.
Она вся была как видение.
Казалось, Луна засветила ещё ярче.
Так что стали видны её глаза…
Чёрные.
Бездонные.
Наполненные силой.
Даже у меня при виде неё по спине побежали мурашки.
Я чувствовал силу, исходящую от неё.
О-о! Это была не та сила, что исходила от Агнии.
Вот он… дар.
Дар, от которого становится не по себе.
А ведь девочке так мало лет!
И то, что она делала, потрясало сознание.
Перед ней стояли двое.
Здоровенный детина в кожаном костюме наёмника и ещё один — жилистый и стройный, в чертах которого можно было узнать аристократа.
Но сейчас они выглядели до ужаса похожими.
Оба.
С круглыми, почти выкатившимися из орбит глазами.
И были в паре метров от девочки, что просто смотрела на них исподлобья.
А те, как сломанные куклы, которыми кто-то управлял, дёргались на невидимых ниточках — хаотично, зло, резко.
Неестественно изгибали тела под немыслимыми углами. Они не кричали, только хрипели.
Такого я не видел никогда. А чего только не повидал на службе!
А потом…
Ариша посмотрела на меня.
Я был всего в пяти метрах от них.
— Зачем… пришёл? — пустым низким голосом проговорила девочка.
— Помочь тебе. Спасти, — хрипло ответил я.
А потом она резко по-птичьи наклонила голову к плечу.