Екатерина Гераскина – Пара для безжалостного дракона (страница 20)

Миновали двор управления. Вошли в просторный холл. Там было много людей в чёрной форме. Кто-то стоял, кто-то куда-то спешил.

Мужчины останавливались, приветствуя Блэкбёрна, успевая внимательно разглядывать меня. Другие бросали мимолётные взгляды.

От этого внимания мне становилось неуютно. Хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть.

Дориан никак не реагировал на их взгляды. Его шаги были уверенными, и я могла только молча идти следом.

Мы свернули в сторону лестницы, поднялись на четвертый этаж замка.

Мы шли по длинному коридору с высокими сводами. Едва войдя в просторный кабинет, Дориан указал на кресло у стола.

— Присаживайся, — сказал он ровным голосом.

Я осторожно опустилась в кресло, чувствуя, как спина непроизвольно выпрямляется.

Стол передо мной был идеально пустым. Потом Блэкбёрн достал из выдвижного ящика стола бумаги. Положил их передо мной. Я придвинулась ближе к столу.

Дориан, не глядя на меня, подошёл к окну и встал, заложив руки за спину.

— Это договор, — коротко пояснил он. — Ознакомься.

Я открыла папку и начала читать, чувствуя, как по спине пробегает холод. Текст был чётким и лаконичным:

Подписавшая сторона обязуется хранить в тайне любую информацию, полученную в рамках работы с Карателями.

Сотрудник обязуется участвовать в расследованиях, руководствуясь указаниями вышестоящего руководства.

Размер заработной платы составлял сумму, которая в месяц равнялась моему двухлетнему заработку на прежней работе. Это удивило.

Также оговаривались премии, медицинское обслуживание и защита в случае опасности всех членов моей семьи, за счёт организации, покрытие расходов на проживание.

Я отложила листы, обдумывая прочитанное.

Это было… слишком заманчиво.

Особенно получить защиту Карателей и медицинскую помощь для Ариши, которая постоянно болела.

Дополняло всё — хорошие деньги, которые я бы не смогла заработать, перемыв даже все полы в этом городке за два года.

Сумма, указанная в договоре, казалась нереальной.

Такой оклад позволял не только обеспечить Арине всё необходимое, но и отложить достаточно, чтобы, когда этот кошмар с Орденом закончится, исчезнуть.

В голове уже мелькали планы: накопить, собрать вещи, выбрать место, где никто не знает моего имени или прошлого, и просто начать заново.

У меня бы даже хватило денег на обучение!

Но тут был подвох. Что, если мне не дадут уйти? Что, если, став частью Карателей, я окажусь связана с ними навсегда?

А ведь я не хотела говорить Дориану о том, что Арина его дочь…

И не скажу. Она только моя дочь.

Я пыталась убедить себя, что это всего лишь работа. От меня все равно не отвяжутся. А тут отличные условия. Главное, чтобы никто не узнал, что я попаданка.

Но я уже столько живу в этом мире, что вряд ли мне стоит переживать об этом.

— Что будет, если Орден узнает обо мне? Если они решат избавиться от меня? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Дориан всё так же стоял у окна, не поворачиваясь ко мне. Только голос прозвучал глухо, но уверенно:

— Каратели смогут тебя защитить. Это дело чести.

Я горько рассмеялась, не в силах сдержать эмоции. Честь? Упоминание этого слова в его устах показалось мне ироничным.

— Честь, — повторила я, скривив губы в слабой усмешке.

Он обернулся. Его лицо было мрачным, как гроза, а в глазах мелькнуло что-то опасное. Но он ничего не сказал. Просто смотрел на меня.

— Смогу ли я уйти, когда Орден будет пойман? — спросила я наконец, решив уточнить главное. Если уж я соглашусь, то должна знать, могу ли рассчитывать на свободу.

Дориан не ответил.

Только его взгляд стал ещё холоднее, и в комнате повисло напряжение, от которого стало трудно дышать.

Что ж. Понятно.

А какой у меня, собственно, выбор?

Выбор без выбора, я бы сказала.

Я вздохнула, чувствуя, как что-то внутри сжимается, будто в тисках.

— Ну что, Амелия? — Дориан, прервал мои мысли, заставил вздрогнуть.

Его лицо не выражало ничего — ни злости, ни сочувствия, только непроницаемую строгость.

— Думаю, выбора у меня всё равно нет, — тихо ответила я.

Он кивнул, не удивившись.

— Подпиши, — сказал он спокойно, но с той непреклонностью, от которой не оставалось сомнений: этот разговор окончен.

Но тут в дверь постучали.

— Входи, — разрешил Дориан.

Дверь кабинета тихо приоткрылась, и в проёме появился молодой мужчина в безупречно чёрной форме. Он осторожно кашлянул, привлекая внимание Дориана.

— Лорд Блэкбёрн, вам письмо из столицы, — сказал он, протягивая запечатанный конверт с красной восковой печатью.

Дориан подошел и молча взял письмо. Мужчина, тут же сделал шаг назад, склонив голову, и вышел.

Я сидела, стараясь не выдать своего напряжения, но не могла отвести глаз, пока Дориан разрывал печать. Бумага хрустнула в его пальцах, когда он начал читать.

По мере того, как он пробегал глазами строчки, его лицо становилось всё мрачнее.

Лоб нахмурился, губы сжались в тонкую линию, а мышцы на челюсти начали подёргиваться.

Я почувствовала, как по спине пробежал холод. Даже не зная содержания письма, я поняла, что оно принесло плохие новости.

Когда он дочитал, рука с письмом сжалась в кулак.

Бумага помялась и захрустела.

Его взгляд был тяжёлым, словно он раздумывал, стоит ли что-то сказать.

Наконец, он поднял голову и резко посмотрел на меня.

Этот взгляд был таким пронзительным, что я непроизвольно дёрнулась, сжав руки на коленях.

— Роуз пропала, — произнёс он глухо, словно это слово давалось ему с трудом. Его голос был низким, почти рычащим. Мне нужно отойти. Ты пока читай.

Не дожидаясь моего ответа, он собирался уйти.

— Подожди.

Дориан остановился.