Екатерина Флат – Свет полуночи (СИ) (страница 43)
— Спасибо, что подвез.
— И все?
— Нет, не все, — она вздохнула, все же не отвела взгляд. — Амир, я не знаю, что ты успел уже себе вообразить. Но с Вейраном мы встретились чисто случайно. И пяти минут не общались, как ты появился.
— Допустим, — Амир все же старался удержать гнев, но тьма наступала все сильнее, — но где ты была до этого?
— Просто гуляла.
— Кристина, — терпение было на исходе, — не лги мне. Я знаю, что ты зачем-то скрывалась чужой магической иллюзией. Так где ты была?
Она отвернулась.
— Я не могу тебе сказать.
— И почему же? — пусть совсем этого не хотел, но получилось, что сжал ее руку чуть сильнее.
— Потому что не могу, — упрямо ответила Кристина. — Амир, к чему вообще этот допрос?
— К тому, что если я что-то спрашиваю, ты обязана незамедлительно и без увиливаний говорить правду! — ярость уже была на пределе.
— Ничего я тебе не обязана! — у Кристины даже голос зазвенел. — У меня своя жизнь, и многое в ней совершенно тебя не касается! Сколько раз ты мне говорил, что я — для тебя лишь пропуск на отбор? Так что же ты все не оставляешь меня в покое?!
— А тебе так этого хочется, да? — Амир схватил ее за плечи. — Мечтаешь поскорее от меня отделаться? Хоть в этом ты можешь сказать правду?!
Кристина вдруг враз растеряла весь свой гнев. Устало и даже с какой-то обреченностью произнесла:
— Да, Амир. Мне было бы гораздо легче, если бы ты оставил меня в покое. Может, у нас с тобой и одна цель. Может, мы и связаны магической меткой. Но это ничего не меняет. Для меня ты стал олицетворением тьмы. Даже сейчас, пусть со стороны ты это видеть не можешь, но твои глаза то и дело заволакивает чернотой. А это приговор не только для тебя, но и для меня тоже… Вдобавок ты не раз говорил о своих планах жениться на другой, оставив меня в качестве развлечения. Но, извини, ничего у тебя не получится.
Пусть ее слова и были крайне неприятны, но все же немного отрезвили. Амир чуть ослабил хватку.
— Кристина, а ты не допускаешь мысли, что победить можем мы оба? И что тогда?
— Честно? Я не знаю, — она отвела взгляд, будто боялась выдать истинные эмоции. И что именно она скрывает? Желание, чтобы победил другой, тот же Вейран, к примеру?
Чуть отступившая тьма снова начала разрастаться. Продолжать этот разговор слишком опасно.
— Мы потом еще вернемся к этой теме, — хмуро пообещал Амир, пусть и нехотя, но отпустил Кристину.
Она даже отвечать ничего не стала, поспешила в сторону дворца. Даже не оглянулась ни разу. А Амир провожал девичью фигурку взглядом, и с каждым мгновением мысли становились все мрачнее.
Тьма диктовала свое. Злость диктовала свое. Уязвленное самолюбие диктовало свое. Он способен в любом случае заполучить Кристину. Но жажда обладания все равно омрачится пониманием, что его избранница вот так открыто предпочла бы другого. Даже его заклятого врага. Ревность разъедала душу так, как никогда раньше. Впрочем, раньше он никого и не ревновал. И сейчас эта гремучая смесь не оставляла и шанса на бесстрастные размышления. Причем, о хорошем совершенно не думалось.
К тому моменту, как Амир добрался в Южный Малый дворец, лучше не стало. Пусть изначальная тьма и отступила, но эмоции остались. Злость, ревность, уязвленное самолюбие… Вдобавок в холле дворца остальные лорды еще не расходились, Сеймур звал сыграть пару партий, но Амир отказался. В надежде отвлечься выпил несколько бокалов вина, наблюдая за баталиями у карточного стола. Но перед глазами неуклонно стояла она… Дерзкая, непокорная, лишившая его покоя и понимания самого себя. Как же это злило!
Амир не стал больше задерживаться, поднялся к себе в комнату. Но стоило переступить порог и закрыть за собой дверь, как сразу понял, что в спальне кто-то есть. Тут же по его мысленному приказу зажглись несколько магических огоньков, разгоняя темноту.
Посреди комнаты стояла Альмия. С распущенными волосами, закутанная в покрывало с кровати.
— Амир, — потупив взгляд, она подошла к нему, — извини, что я так самовольно… Но я просто хочу, чтобы ты знал… Я на все готова ради тебя… Для меня ты уже император, властитель моего сердца и моих помыслов… Я пойду с тобой до конца в саму тьму, и мы оба знаем, что в итоге станем победителями… Позволь доказать тебе свою преданность, — она разжала пальцы, покрывало тут же съехало на пол, оставляя Альмию обнаженной. — Позволь доказать свою любовь…
Я постаралась прокрасться в свою спальню незаметно. Никто мне навстречу, к счастью, не попался. А то не хватало потом еще всяких сплетен на тему: где же это я брожу по ночам и, главное, с кем.
И лишь оказавшись в своей спальне, я более-менее спокойно вздохнула. До сих пор перед внутренним взором стояло, как темнота заволакивала серо-голубые глаза Амира… Похоже, изначальная тьма все сильнее в нем с каждым днем. И все опаснее он для меня.
— Ты как? — посреди комнаты материализовался Джорин.
— Нормально, — я села на край кровати. — Как обычно. Стараюсь не сойти с ума. Амир все больше подвержен тьме, Вейран с Нибрасом метят меня в победительницы, а Альмия с Кармэллой готовят какую-то пакость. В общем, все в мире стабильно. Только, Джорин, почему другие верят в мою победу, а Амир нет?
— Тут все просто, Кристин. Остальные видят лишь со стороны, что ты вполне могла победить в первом испытании, и ты — единственная из избранниц, кто справился со вторым. Вполне логично рассудить, что ты не случайно лидируешь, а просто настолько сильна. Амир же, в отличии от всех остальных, может прочувствовать твою магию через связь метки. А так как я по-прежнему твою силу скрываю, Амир и видит лишь жалкие крохи. Потому и считает, что ты — пустышка. Не думаю, что он тебя этим хочет унизить или обидеть.
— Ты его защищаешь? — я даже улыбнулась. — Или я запамятовала, или на моей памяти это впервые.
— Так я и не считаю Амира плохим, — Джорин пожал плечами. — Не подарок, конечно, но что поделать. Он такой, какой он есть. И если бы не угроза того, что он тебя убьет, я был бы даже за ваши отношения. Но, увы, у них нет будущего. В прямом смысле.
Я откинулась на подушки, просто смотрела на балдахин над головой. Совершенно не хотелось ни о чем думать. Слишком много событий на сегодня. Лучше завтра на свежую голову все обмозговывать.
— Джорин, а если все же сложится так, что выиграем именно мы с Амиром, есть шанс нам пройти посвящение?
— Даже предугадать не могу, — он развел руками. — Негативные эмоции подпитывают тьму, светлые с ней борются. Та самая пресловутая способность любить может стать единственной надеждой на спасение. Вопрос лишь в том: есть ли она у вас.
— И если у кого-то одного нет, то погибнут в итоге оба… Занятная перспектива.
Джорин что-то ответил, но я не услышала. В один миг горло сдавило так, что попросту не смогла дышать! Все тело до кончиков пальцев пробрало холодом настолько, словно я изнутри заледенела. И на коже отчетливо начали проступать черные жилы. Так было лишь однажды… Когда клятва моего отца перешла на меня…
Перепуганный хранитель уже вовсю суетился вокруг, его магия окутывала, как в кокон. Может, он бы и справился, но мое сознание кануло в темноту…
Я будто бы стала нематериальной и падала в бездонную пропасть. Совсем не ощущала себя физически, но при этом разламывающая боль осталась. Только теперь выедала она не тело, а душу. Несколько мгновений падения в абсолютной тьме, и вдруг она стала редеть, пока не сменилась сумраком. Я оказалась посреди коридора, похоже, выдолбленного в скале. Что вообще происходит? Я в обмороке и это все мне мерещится? Или даже умерла и куда-то перенеслась? Ведь по-прежнему оставалась нематериальной!
Но тут же рядом воплотился Джорин, хмуро огляделся.
— Так, Кристин, ты только не пугайся. Это клятва…
— В каком смысле? — что-то я ничего не поняла.
— Клятва ведь постоянно довлеет над тобой, к тому же с каждым днем все усиливается. И сейчас ее властью твое сознание зачем-то куда-то перенесло. Понятия не имею, что это за место и надолго ли ты здесь. Но в любом случае никто нас с тобой не может ни увидеть, ни услышать, так что… — он резко замолчал.
Послышались шаги. Я перепугано замерла на месте. А когда увидела, кто именно приближается, так вообще дышала через раз. Но Нибрас просто прошел мимо. И не успел он скрыться в другом конце коридора, как за ним показались и другие. Правда, и рассмотреть никого толком не получалось — все были в объемных плащах с накинутыми на лица капюшонами. Создавалось впечатление, что люди просто расходятся после чего-то. Но чего?
Я стояла, вжавшись в стену в коридора, но меня по-прежнему никто не замечал. Джорин все это время был рядом и становился все мрачнее. И лишь когда все прошли, снова заговорил:
— Есть у меня предположение, где мы… И идти туда совсем не хочется. Но, похоже, для тебя это единственный способ вернуться в свое тело. Ты должна увидеть…
— Так пойдем же скорее, — лично меня эта нематериальность очень напрягала.
Джорин поспешил в ту сторону, откуда все и шли. Я не отставала от хранителя. Вскоре коридор закончился высоченной аркой, а за ней обнаружился огромный зал. Но разглядеть здесь толком ничего не получалось — большую часть пространства заполоняла тьма. Но не темнота, а именно изначальная тьма, почему-то воплощенная, хоть и на время.