Екатерина Флат – Свет полуночи (СИ) (страница 25)
— Какой же ты все-таки… — у нее даже глаза сверкнули. — Ты еще даже близко императором не стал, а корона уже явно затылок натирает. Уж извини, но неравнодушие у тебя безответное. Лично мне ты сто лет не сдался. А уж мои отношения с Вейраном тебя и подавно не касаются. Лучше за Альмией, своей будущей женушкой, следи, раз заняться больше нечем.
Вся злость разом сошла на нет. Амир усмехнулся.
— Так ты ревнуешь, вот в чем дело.
Кристина даже покраснела.
— Прости, но мне не настолько нравится Альмия, чтобы я ее к кому бы то ни было ревновала. А теперь, будь добр, покинь мою комнату.
Амир, естественно, и не подумал уходить. Наоборот, подошел к Кристине почти вплотную. Она тут же попятилась, но позади уже была стена.
— Знаешь, в чем наша проблема? — Амир уперся в стену руками с двух сторон от Кристины, отрезая пути для побега.
— В тебе, — парировала она хоть и дерзко, но ее волнение было слишком очевидным.
— Нет, Кристина, наша проблема в том, что все началось неправильно. Ты так и не поняла, насколько же тебе повезло с моей меткой, и из-за этого все твои заблуждения. Я же был не прав в том, что слишком медлил. Я просто давал тебе время разобраться во всем, но ты использовала его для того, чтобы еще больше против меня настроиться. Не удивлюсь, если вдобавок наши не в меру инициативные хранители тут вмешались. Но хватит уже ошибок. Прямо сейчас решим этот вопрос раз и навсегда.
— Ты что задумал?.. — Кристина даже в стену вжалась и дыхание затаила.
— Всего лишь небольшую проверку, — Амир улыбнулся, сладостное предвкушение будоражило. Она сейчас в его власти, такая желанная… Как же восхищали ее неукротимый дух, мятежный нрав, но в то же время как же хотелось, чтобы она сама ему сдалась… И сдастся.
— Какую еще проверку?
— Как ты там сказала? Мое неравнодушие безответно? Что ж, если это и вправду так, то я смиренно готов оставить тебя в покое и больше не тревожить своим неуместным интересом.
— Это так и есть, я ведь говорила и уже не раз, — спешно подтвердила Кристина.
— Знаешь, слова — это весьма сомнительно, малышка… — Амир неспешно очертил пальцами контур ее губ. Какая же нежная кожа… — Есть способы проверки понадежнее.
— Даже не вздумай… — голос Кристины сам собой сбился на шепот.
— А чего ты боишься? — Амир лукаво улыбнулся. — Если ты действительно ничего ко мне не испытываешь, ты просто не ответишь на поцелуй — логично? Логично. И этого доказательства мне будет вполне достаточно.
Она снова хотела что-то возразить, но Амир уже не дал озвучить протест.
Не рассчитала я свои силы… Мне ведь тьмы нужно было всего чуточку! Вот только я совсем не учла, что и так уже ослаблена после испытания. Да и как это учесть, когда Амир так близко и из-за этого остатки разума окончательно выветрились?
Прекрасно понимая, что эту его «проверку» я наверняка с треском провалю, я не придумала иного выхода. У меня были лишь доли секунд. И в тот момент, когда губы Амира обожгли мои поцелуем, я дала волю тьме. Нет, я не собиралась атаковать. Я лишь надеялась притупить таким образом свое восприятие настолько, что ничего не почувствую и потому, соответственно, не отвечу взаимностью.
Но тьмы оказалось слишком много…
Сознание вмиг заволокло пеленой, я даже ничего не видела, но все же слышала, хоть и с перебоями. Амир успел подхватить меня, прежде чем я бы упала. И тут же раздался обеспокоенный голос Инитара:
— Что случилось?!
И ведь присутствие Джорина тоже магически ощутилось, хотя он ничего и не сказал. Зато хранитель рода Тайлас отдувался за двоих. После первого вопроса мигом последовало продолжение:
— Амир, ты что тут устроил? До чего девочку довел? Бедняжка даже тьму применила, чтобы от тебя защититься?! Ты опять ее, что ли, запугивал?!
— Ничего я ей не сделал, — похоже, у Амира уже нервы были на пределе. Интересно, на кого он сейчас все же злился больше: на меня или все же на назойливых хранителей?
— А с чего она тогда к тьме прибегла? — не унимался Инитар. — Наверняка ведь ты спровоцировал!
— Хватит уже меня отчитывать, — терпение у Амира кончилось. Но хоть в голосе и зашкаливало раздражение, на кровать он меня положил очень бережно. Вот только при всем желании я пока не могла окончательно прийти в себя. Оставалось лишь слушать.
— Значит так, а теперь коротко и по существу, — продолжал он таким тоном, что хранители уж точно бы поседели, не будь они уже седыми, — какого демона здесь вообще происходит?! И не нужно делать вид, что вы просто так по малейшему поводу в наши отношения вмешиваетесь!
Как ни странно, отнекиваться никто не стал. Инитар хмуро ответил:
— Я ведь уже говорил тебе, что у Кристины очень редкая разновидность магии. Дело в том, что у этой разновидности есть одна весьма неприятная особенность.
— Провоцировать тьму, — продолжил Джорин. — И чем больше тьмы у мага, тем быстрее возрастает ее власть. Естественно, о таком нельзя распространяться, ведь, по сути, Кристина этим опасна для остальных темных. Причем, наибольшая опасность исключительно для сильных магов, в ком тьма и так велика.
— Амир, пойми, мы же не драматизируем. Ситуация и вправду очень сложная. Кристина невольно обостряет в тебе тьму, а это в итоге грозит, что ты лишишься воли и сознания раз и навсегда. Вы опасны друг для друга, потому и должны держаться подальше. Кристина прекрасно это понимает, и только ты упрямо не хочешь признавать очевидного.
Я с замиранием сердца ждала, что ответит Амир… И не дождалась. Из-за новой волны слабости все звуки пропали, сознание окончательно отключилось от реальности, оставляя меня в этой тьме.
И пусть я поступила правильно, но легче не становилось. Прекрасно понимала, что этот поцелуй стал бы лишь унизительным подтверждением моего неравнодушия к Амиру. Но все же… Как бы это было?.. Что бы я почувствовала?.. Ведь даже прикосновения губ толком не ощутила, тут же тьма по моему приказу всколыхнулась.
Но в любом случае, сейчас хранители Амиру доходчиво объяснят, что к чему, и никакие поцелуи в дальнейшем точно не грозят. Поцелуи, за которые вполне можно в итоге расплатиться собственной жизнью — дороговато выходит…
Не знаю, сколько времени я провела в этой тьме бессознания. Не ощущая себя физически, отрезанная от реального мира, я могла только думать. И думать получалось исключительно об Амире… В мыслях невольно рисовались образы, как назло и то второе видение во временной арке вспомнилось в который раз, окончательно внося смуту.
Из-за этого в голове царила такая каша, что мое возвращение в реальный мир было больше похоже на сон. Словно спросонья, я в первые мгновения вообще толком не соображала. Мне даже почудилось, что рядом Амир. И пусть вокруг царила темнота, но его я видела прекрасно, настолько четко, что даже открыто читалось беспокойство в серо-голубых глазах.
— Я уже пришла в себя или нет? — на всякий случай уточнила я, по-прежнему не в состоянии трезво оценить происходящее.
— А как тебе больше хочется? — Амир улыбнулся.
— Мне больше хочется так, как сейчас, когда ты кажешься вполне милым. Совсем не таким, как в реальности.
— Чем же я в реальности плох? — его лицо было совсем близко к моему. Я уже физически все ощущала. Оказалось, что лежу на кровати, но сознание все равно неуклонно тормозило, все еще опутанное тьмой.
— Ты не плох, нет, ты просто ужасен, — как же приятно говорить все откровенно, — иногда просто зла на тебя не хватает. Я совсем не понимаю, как вообще можно испытывать к тебе что-то иное. Это прямо необъяснимое явление! Я злюсь на тебя, но на себя злюсь еще больше, ведь несмотря ни на что ты…ты… — мысль оборвалась. В голове все еще царила полнейшая неразбериха.
Амир не стал ничего на мои откровения отвечать, лишь улыбнулся. Даже без затаенного торжества, а словно бы понимающе. Затуманенность сознания почти полностью отступила, позволяя в полной мере понять, что происходящее вовсе не игра моего воображения, Амир мне не мерещится. Но мысли не успели окончательно проясниться.
В первый же миг прикосновения его губ к моим все тело пробрало дрожью, сбивая дыхание. Но ощущение не было неприятным, вовсе нет. Как волной открыло новыми непривычными ощущениями. Амир целовал неспешно, нежно, ни к чему не принуждая. Но за кажущейся нетребовательностью скрывалась целая буря, готовая в любой момент снести все на своем пути и увлечь нас в бездну.
Амир держал меня в объятиях, но, я чувствовала, позволил бы отстраниться, если бы я захотела. И пусть в последствии я все пыталась списать на туман в сознании, выдумывала влияние метки и еще множество абсурдных оправданий, но сейчас я просто наслаждалась происходящим. Мои руки скользнули вверх по его груди, обвили шею. Я отвечала на поцелуй и совершенно не думала о последствиях.
Если до этого я лежала на боку, то теперь Амир легонько опрокинул меня на спину, не прерывая поцелуя. Хоть сам и навис надо мной, но, опираясь на локоть, не давил своим телом, по-прежнему оставляя мне шанс для отступления. Целовал медленно, изучающе, явственно наслаждаясь. Но какой же обманчивой была эта легкость… С каждым мгновением, с каждым прикосновением лишь нарастало предвкушение большего. И пусть сейчас Амир наверняка нарочно сдерживался, чтобы не напугать меня напористостью, но все равно это было неизбежно.