Екатерина Флат – Невеста по контракту (страница 7)

– Ты не понимаешь, это дело принципа!

Так и сейчас ему не терпелось непременно обставить Хафиза в затеянном споре. Потому и на бал прибыли пораньше, и короткой дорогой. Опередили их только стайка городских сплетниц и мрачные инквизиторы. Но ни те, ни другие не вызывали желания с ними общаться. Благо, хоть остальные гости не заставили себя ждать.

– А как тебе вон та блондинка в синем платье? – Азар уже битых полчаса пытался выискать взглядом самую прекрасную среди присутствующих. – Согласись, весьма и весьма недурна! Представь нас друг другу, пожалуйста.

– Я бы представил, но я понятия не имею, кто она. Что? – улыбнулся на скептический взгляд друга. – Да, увы, я знаю далеко не всех девушек на белом свете.

– Что весьма странно, учитывая, как ты их любишь… Хотя, знаешь, со стороны такое впечатление, что ты пытаешься в каждой найти что-то, не находишь, от этого еще больше ожесточаешься, вот потому за тобой и тянется след из разбитых сердец.

– Ни одной я ничего не обещал, ни о чем не лгал и никакие несуществующие чувства не изображал, – возразил Дейрон, нахмурившись. – Так что не стоит меня демонизировать.

– Я тебя не демонизирую, я тебе завидую, – хмыкнул Азар, уже переключив свое внимание на целую стайку щебечущих девиц у высокого арочного окна справа. – О, а как тебя вон та? И, смотри, прямо в нашу сторону идет! Слушай, а это разве не как раз одна из дочерей лорда Атлера?

– Да, младшая. Мэделин, – Дейрон поморщился. – Весьма надоедливая особа.

Невольно поймал себя на том, что снова, как и все предыдущие разы, выискивает взглядом ее старшую сестру. Хотя с чего ей здесь быть? С того момента, как он вернулся, Элеана не появлялась ни на одном столичном балу, ни на одном светском приеме. Хотя ее сестра и брат бывали почти везде. Конечно, мелькала мысль, что она нарочно на глаза не показывается, но сам же отсекал это предположение как наиглупейшее. Наверняка Элеана не помнит о нем. И случись им рано или поздно случайно встретиться, его не узнает.

– Даже если надоедливая, это не всегда порок, – уже вовсю воодушевился Азар, заранее ослепительно улыбаясь приближающейся Мэделин. – А в случае спора с Хафизом это как раз таки достоинство… Но согласись же, она красива! Ее даже не портит слишком ядовито-яркий цвет платья… Кстати, сразу вспоминаются те хищные цветы в Верргане..

– Это которых ты тогда нарвал, чтобы подарить той «ах, какой таинственной незнакомке в серебристой вуали»? – Дейрон едва удержался от смеха.

Зато Азар сразу же насупился:

– Откуда ж мне было знать, что они ядовитые? Хафиз только хихикал подозрительно и все. И тем более откуда мне было знать, что у той красотки есть муж, и не просто муж, а свирепый и не расстающийся с ятаганом… Так, все, – еще больше приосанился, – а теперь, прошу, будь другом, не переманивай на себя внимание этой Мэделин. Она позарез мне нужна, чтобы выиграть у Хафиза!

– Я могу просто отойти, – и именно это предпочел бы сделать. Терпеть общество неприятной девицы уж точно не хотелось.

– Если ты отойдешь, то она последует за тобой, – возразил Азар сквозь зубы все так же с натянутой улыбкой. – Ты же у нас общепризнанно завидный холостяк, а я – просто холостяк. Которому ну очень хочется обставить Хафиза. Ведь сколько уже можно ему проигрывать! И, между прочим, ты и сам согласился участвовать в этом споре.

– Но я не соглашался относиться к этому настолько серьезно, – усмехнулся Дейрон.

Азар уже ничего не ответил, как раз к ним подплыла Мэделин. Интересно, девушек в высшем свете нарочно учат так передвигаться, словно они на корабле во время качки и при этом у них ведро на голове, которое уронить смерти подобно?..

– Какая приятная встреча! – Мэделин презрела даже то, что по этикету именно мужчина должен был приветствовать даму первым. – Ах, лорд Дейрон, никак не ожидала вас встретить здесь, в Арлингтоне! Как же это жестоко, прозябать нам в таком захолустье… Нет, конечно, маленькие провинциальные городки тоже в чем-то очаровательны, но лишь для тех, кто совсем не искушен великолепием столицы.

Судя по выжидающему взгляду, Мэделин с готовностью ждала, что он непременно подхватит тему страданий в захолустье. Но по опыту прошлого общения прекрасно знал, что лучше вообще не ввязываться с нею в беседу.

Хоть мельком и бросил вопросительный взгляд на Азара, мол, ты точно уверен, что стоит выбирать именно эту спутницу. Но друг явно слушал ее лишь в пол уха, а сам, пусть и продолжал улыбаться, но краем глаза вовсю пытался высмотреть среди прибывающих в бальный зал Хафиза.

Ну что ж. Сам этого хотел, пусть потом не жалуется.

– Леди Мэделин, позвольте представить вам лорда Азара. Лорд Азар, это леди Мэделин.

Она тут же, как и положено, присела в реверансе. Азар в ответ кивнул настолько спешно, словно стремился стряхнуть с головы упавшего на волосы паука.

– Для меня неописуемое удовольствие познакомиться со столь очаровательной леди! – уже вовсю распинался он. – Признаться, слухи о красоте девушек вашего рода меня немало интриговали.

Мэделин пусть и приняла лесть с улыбкой, но тут же возразила:

– Боюсь, эти слухи слегка преувеличены.

– О! Так вы еще и необычайно скромны!

Дело не в скромности, дружище.

Что Мэделин тут же и подтвердила:

– Мне хоть и горько это говорить, но, к сожалению, моя старшая сестра не может похвастаться дивным обликом. Вероятно, когда-то она и была мила. Но ей в этом году исполниться уже двадцать лет! – а уж сколько притворного сочувствия в голосе… – Время, как вы понимаете, никого не красит.

– Как и злословие, – сухо произнес Дейрон.

– Как вы правы! – она сарказма не уловила. – Терпеть не могу подобного в людях!..

Она продолжала еще что-то говорить, Азар старательно ей поддакивал, хотя его улыбка уже основательно подувяла, да и в глазах прежнего энтузиазма не пылало.

А Дейрон хмуро смотрел на Мэделин и в который раз силился углядеть хоть толику внешнего сходства. Как и при прошлых встречах в высшем свете за последние месяцы. Хотя сам не понимал, зачем ему это. Чисто любопытство?.. У Мэделин и Фредерика одинаковый типаж внешности, светлые волосы, но при этом кожа ближе к смуглой и брови темные. Но Элеана совершенно другая. Даже в чертах лица сходства нет. Она как-то говорила, что больше похожа на свою маму, а вот брат и сестра на отца.

И все же в коей-то мере интересно, изменилась ли она… Время и вправду меняет людей. Да и Элеана казалась ему идеалом лишь тогда, когда и сам он был другим. Менее искушенным. Менее ожесточенным. Но нельзя не признать, отчасти именно ей он обязан тем, каким он стал теперь…

В дверях бального зала показался Хафиз.

И не один.

Элеана

Жизнь в высшем свете многому учит тех, кто готов учиться. И далеко не всегда хорошему…

Я не стала выискивать взглядом того, кто мог на меня смотреть так, что это даже чувствовалось. Да и наверняка дело вовсе не в смотрящем, а в моем обостренном восприятии. В любом случае, в светском обществе «игнорировать» – зачастую самая верная стратегия. Если ты стал объектом чьего-то пристального внимания, то уж точно недоброжелателей и сплетников. Как ни прискорбно, даже моя собственная сестра могла сверлить меня взглядом! Тем более я еще у входа в зал успела заметить отца в компании других джентльменов, так что Мэделин точно была здесь.

Но я не стану портить себе вечер. Не зря говорят, что чужая злоба может причинить тебе боль только тогда, когда ты сам признаешь эту злобу значимой. Потому я просто не стану обращать внимания на плохое. Тем более хорошего ведь тоже хватает.

– Кажется, я себе польстил… Ох, Элеана, если я оттопчу вам сегодня ноги, поверьте, никогда себе этого не прощу, – вместе с виноватым взглядом улыбка Хафиза сама собой вызывала смех.

– Вовсе нет, вы напрасно переживаете, у вас отлично получается. Так что у нас обоих вполне есть шансы дожить до конца этого танца.

Ну да, двигается Хафиз не очень, путает шаги и повороты. Но зачастую даже самые прекрасные танцоры оказывались отвратительными собеседниками, а с Хафизом, по крайней мере, интересно.

– Все же я пока к этому не привык. В моей стране мужчины вообще не танцуют с женщинами. Танцы всегда отдельно. В нашей культуре они берут начало в ритуальных обрядах и вовсе не считаются развлечением, как у вас. И честно признаться, – Хафиз даже понизил голос до шепота, – я до сих пор не могу отделаться от навязчивого ощущения, будто я совершаю что-то кощунственное.

– Кстати, о кощунственном… – я едва сохранила спокойную интонацию, все-таки промелькнувший среди гостей характерный черный балахон инквизитора интуитивно вызывал приступ леденящего страха.

И ведь не показалось мне! Инквизиторов даже здесь на бал пригласили! И они явились не в светской одежде, а в своих черных одеяниях – прямо как вестники смерти на этом пестром празднике жизни!

Но Хафиз вроде бы изменение интонации не уловил, уж очень был сосредоточен сейчас на кружении среди других пар, чтобы ни с кем не столкнуться. Да и я сама уже совладала со своими эмоциями. Мне нечего опасаться. Нечего. Я все это время скрывала свою суть. И в дальнейшем ни за что не выдам.

– Это, правда, что у вас в империи совсем нет инквизиции?

– А зачем она нам? – Хафиз даже поморщился, словно сама мысль об этих черных палачах была ему противной. – У нас нет магов, потому и инквизиторы не нужны. Мы тут как-то с друзьями обсуждали, что было бы, если бы подобное случилось не у вас, а в моей стране. И не пришли к единому мнению. Но у нас всегда все восстания заканчивались одинаково. То есть никак. Народ настолько одержим традициями, что всегда предпочтет старое, пусть и плохое, новому и неизведанному… Но у вас, как я слышал, магов и так уже почти не осталось. Инквизиторы знают свое дело.