Екатерина Флат – Хранитель дракона (страница 4)
– Хорошо, оставайтесь, – чуть ли не царскую милость нам оказал.
– Нет уж, – тут же возразил Гринфрог, скрестив лапки на груди, – это ты, хорошо, оставайся.
– Не связывайся ты с ним, – досадливо прошептала я.
– Он мне не нравится! – весьма громким шепотом возразил дракончик.
– Да он никому здесь не нравится, и что?
– Почему же, – тут же возразила драконочка, – Лекс мне нравится. Он хороший и добрый.
– Да, мы заметили, – я бросила мрачный взгляд на парня. Лекс явно с трудом сдерживал смех от всех этих наших переговоров.
– Так а что тогда будем делать с ним, раз пока выгнать нельзя? – озадачился Гринфрог.
– Игнорировать? – я пожала плечами.
– Это как?
– Просто не замечать.
– Да как же его не замечать, он же вон большой такой! – дракончик красноречиво указал лапками на Лекса. – Он даже тебя на целую голову выше! Верзила!
– Да, ты по сравнению со мной совсем мелкий, даже для болотника – констатировал Лекс как бы между прочим. – Так что очень советую не путаться под ногами. А то наступлю случайно, и все, был дракон и нет дракона.
– Нет, ну ты слышала?! – Гринфорог перепугано вцепился лапками в мою руку. – Он мне угрожает!
– Не смей вообще трогать моего дракона, – во мне снова всколыхнулась злость. – И вовсе он не мелкий!
– Извини, но он больше похож на зеленую лягушку, чем на дракона, – Лекс снисходительно мне улыбнулся.
А я вмиг почувствовала себя быком, которому показали красную тряпку. Словно до этого неведомые инстинкты внезапно всколыхнулись. Я никому и никогда не позволю моего дракона обижать!
– Если еще хоть раз назовешь его лягушкой, очень пожалеешь, – ледяным тоном предупредила я.
– Пожалуйста, давайте будем мирными и дружными, – снова вмешалась драконочка Лекса. – Милый зеленый дракончик, ты ведь со мной согласен?
– Я с тобой согласен хоть в чем угодно, – он только что дымные розовые сердечки не выдыхал.
Она смущенно хихикнула и потупила взгляд. Все так же примирительно добавила:
– Все-таки это наш первый день знакомства, так пусть он закончится без ссор и обид. Уже совсем поздно, а там недалеко и до утра. Все вместе пойдем к распределителям, и они решат эту маленькую проблему.
Казалось, это милейшее существо способно утихомирить кого угодно. Правда, Лекс не стал слушать ее, взяв вещи из шкафа и ушел в ванную. Через пару минут вернулся в уже вполне обычных на вид футболке и шортах – наверное, у местных это было вроде домашней одежды или пижамы.
– А почему время уже позднее? – не поняла я. Ведь мы когда еще в очереди к распределителю стояли, я обратила внимание, что светло за окном.
– Мы долго с тобой в переходных туннелях были, – Гринфрог задумчиво почесал затылок, – нас же туда-сюда мотыляло. Видимо, как раз из-за путаницы с бланком. А время в этих туннелях совсем не ощущается, потому вот мы и не заметили.
– Ну ничего, – я постаралась приободриться, – завтра уже решим вопрос с заселением.
И заодно с возвращением домой. Пока мне ну очень хотелось верить, что я здесь все же по ошибке.
Стоило немного успокоиться, как тут же жутко поклонило в сон. Ну да, я ведь до этого двое суток не спала, все готовилась к экзамену по высшей математике. Вот только как бы мне в итоге завтрашний экзамен вообще не пропустить. Хорошо, если с утра пораньше доберусь до местного руководства и меня на Землю вернут. Только мало ли, вдруг возвращение затянется. Но почему-то сейчас эта перспектива совсем не пугала. Спать хотелось настолько, что все эмоции притуплялись.
В комнате, между тем, совсем стемнело, и под потолком умиротворенно засветились огоньки – словно маленькие звездочки. Этого света вполне хватало, чтобы отогнать темноту, даже читать можно было. Чем Лекс и занимался. Опершись на спинку кровати, полулежал, внимательно просматривая книгу с тканевой зеленой обложкой. Даже какие-то пометки на полях пером делал. И вот интересно, перо писало само собой, безо всяких чернил. Магия, наверное.
Милая драконочка примостилась на краю кровати, свесив хвост и кокетливо посматривая на Гринфрога. А уж он старался! Выпячивал грудь, вытягивал шею и вышагивал по ковру с видом, как минимум, генерала перед выстроенными войсками.
Чуть ли не засыпая на ходу, я выудила из рюкзака пижаму и пошла переодеваться. Ванная комната по размеру не уступала спальне. Большую часть пространства занимала круглой формы купальня с кристально чистой водой, а во встроенных шкафах имелись полотенца и разные вкусно пахнущие бутылечки. Напротив двери размещалось окно. Арочное, но чуть поменьше, чем в комнате. Правда, ночь выдалась темной, так что пейзаж разглядеть не удалось.
Пижама у меня состояла из майки и коротких шорт, но учитывая, в каком виде я тут появилась, подобный наряд откровением бы не стал. К тому же сонной мне было уже фиолетово на мнение окружающих. Переодевшись, я вернулась в комнату.
Лекс в это время кормил свою драконочку печеньем, круглым, с шоколадными вкраплениями. Бедный Гринфрог аж, кажется, дышать перестал. Смотрел так, будто голодал целый месяц, не меньше.
– Да ладно тебе дуться, мелкота зеленая, держи, – Лекс протянул и ему пару печенюшин.
Но дракончик сложил лапки на груди и, презрительно фыркнув, отвернулся. Лекс демонстративно закатил глаза, мол, какие мы гордые, и отдал печенье своей питомице, кивнув на Гринфрога. Та тут же спрыгнула с кровати на пол.
– Угощайся, – протянула дракончику лакомство с милейшей улыбкой.
Степень обожания в глазах Гринфрога теперь вообще поднялась до небывалых высот.
– Клементина, – представилась драконочка.
– Гринфрог! – явно пытался произнести это напыщенно, но из-за набитого рта не получилось.
– Ой, какое у тебя замечательное имя! – искренне восхитилась Клементина. – Я такого даже и не слышала никогда. Прямо героическое! И очень тебе подходит.
Ну все. У Гринфрога только что сердечки в глазах не запрыгали. Я не сдержала улыбки.
Направилась от двери ванной к своей кровати и попала в поле зрения Лекса. Вот он даже не пытаясь это скрыть: окинул меня с ног до головы пристальным изучающим взглядом. Полюбопытствовал как бы между прочим:
– А ты откуда вообще такая странная?
– Из другого мира, – откинув покрывало, я собралась ложиться. Сонной мне было совсем не до разговоров.
– Что же тебе в своем мире спокойно не сиделось?
– Мне там очень даже сиделось. И надеюсь, завтра я туда вернусь.
– Хм… Насколько я знаю, все межмирные переходы в Лиртан односторонние, – скептически возразил Лекс. – Ни разу не слышал, чтобы кто-то отсюда в другой мир отправлялся.
Я не стала продолжать разговор, легла спать. Глаза уже слипались, и даже желание расспросить Гринфрога насчет его слов о моих родителях, отошло на второй план. Завтра. Все завтра.
Огоньки под потолком приглушили свое мерцание. Наверное, Лекс тоже собрался спать. Комната погрузилась в уютный полумрак. Гринфрог, кряхтя, кое-как забрался ко мне на кровать, и заерзал у меня под боком, пытаясь устроиться поудобнее. Я успокаивающе дракончика погладила. Чуть шершавый, теплый, словно нагретый самим солнцем… Странно, даже сквозь сонливость ощущались новые для меня словно инстинктивные порывы: защищать этого капризного скандалиста, заботиться о нем… Будто он в какой-то мере был частью меня самой… Но я решила толком подумать об этом завтра. Через мгновение дракончик уже мирно посапывал, свернувшись комочком. Тут же заснула и я сама, еще не подозревая, что спокойная ночь безмятежного сна мне точно не светит. Да и не только мне, а всем обитателям этой комнаты.
Глава вторая. О беспокойной ночи и тупиковой ситуации
Сон мне приснился, мягко говоря, странный. Словно бы я выпорхнула из своего тела и наблюдала за всем со стороны. Хотя толком и смотреть было не на что. Гринфрог, несмотря на свои мелкие размеры умудрился развалиться чуть ли не на полкровати, так что я ютилась с самого края. Лекс спал один, Клементина сладко посапывала на отдельной подушке в кресле. Царила умиротворенная тишина, нарушаемая лишь похрапыванием моего дракончика.
Через незашторенное окно по комнате постепенно скользили лучи местного ночного светила. Видимо, небо сейчас разъяснило. И на первый взгляд, ничего необычного, спокойная картина, сонная идиллия, но мне почему-то становился все страшнее. С каждым мигом усиливалось гнетущее предвкушение чего-то плохого.
Серебристый свет из окна постепенно добрался до моей стоящей у стены кровати. И едва лучи коснулись Гринфрога, чешуя дракончика замерцала. Зеленый оттенок размывался, уступая платиновому. И так, пока цвет полностью не сменился. Но и это было еще не все. Почти тут же начали проступать витиеватые узоры, чуть темнее основного окраса и полностью матовые. Рисунок вился с чешуйки на чешуйку, смотрелось завораживающе, как нечто совершенное. Эта красота умиротворяла, хотелось любоваться ею чуть ли не вечно. Но и чувство тревоги все росло.
Видимо, ночное светило заползло за тучи, свет пропал. И Гринфрог в один миг снова стал привычного цвета. Я сейчас почему-то прекрасно все в темноте различала. Может, во сне восприятие настолько отличалось. И лишь благодаря этому я смогла увидеть силуэт.
Казалось, по полу то ли ползет гигантская змея, то ли перемещается извилистая клякса. Причем, самого существа видно не было – только такая тень во мраке. И это нечто направлялось прямо к моей кровати.