Екатерина Елизарова – Путь в Эльдорис (страница 2)

– У тебя сегодня день рождения?

– Что?.. Нет.

– А вот тут написано, что сегодня, – заметила я и вопросительно на него посмотрела.

Эдик же неожиданно ухмыльнулся, и на лице его впервые отразилось подобие улыбки. Весьма очаровательной, надо сказать, улыбки.

Я на мгновение зависла, а потом тряхнула головой, отгоняя наваждение. Не похоже на меня такое поведение! Не то чтобы парни совсем меня не интересовали, но внешность – последнее, на что я обращаю внимание! Точнее не так: смазливая внешность – первое, из-за чего я начинаю относиться к парню предвзято и недоверчиво. После пары случаев, когда симпатичные ребята оказывались порядочными негодяями, напороться на еще одного такого очень не хотелось.

«Ладно, потом разберемся, – решила я. – Сейчас есть проблемы поважнее».

– Выходим, – скомандовала я. – Здесь сделаем пересадку. Не отставай!

Пока шли, я опять про себя рассуждала.

«Может, он вырос в какой-нибудь глухой деревне, а в городе вообще оказался впервые? Вон как таращится. Ну а рожать, например, ездили в город. Или проездом были, а роды раньше начались? Вот и запись о месте рождения. Эх, надо было страничку прописки посмотреть!»

Когда вышли из метро, дождь уже прекратился, а может его и не было в этой части города? Во всяком случае, асфальт под теплым солнышком успел основательно просохнуть. Хорошо было бы для пущей запутанности «следа» сесть еще и в автобус и проехать одну остановку, но тот успел уйти буквально из-под носа. Я решила, что ждать еще пятнадцать минут следующего, когда дойти можно за десять, смысла не имеет никакого даже с учетом пресловутого «следа», и повела Эдика за собой.

Небольшая однушка, доставшаяся мне в наследство от любимой бабушки, которая получив долгожданный ордер на причитающуюся квартиру, так и не успела в ней толком пожить, встретила меня спокойным безмолвием и кружащимися в солнечном свете пылинками.

Времени терять даром не стала и начала быстро собирать рюкзак. Только самое необходимое: документы, деньги, нетбук, зарядное, и от телефона тоже, смена белья, кофта и еще одна теплая, бутылка воды в боковую сеточку, немного еды с полок – пожевать в дороге. Пожалуй, все.

А теперь решить с билетами. Для начала попытаем счастье с самолетом.

«Я схожу с ума», – не в первый уже раз подумала я, набирая мамин номер.

– Мам, привет! – как можно более бодро и непринужденно. – Мне надо срочно, очень срочно вылететь в Сочи! Два билета, – я покосилась на Эдика. – Любых. Нет, только туда. Хорошо, спасибо, жду!

– Мама работает в турагентстве, а я до сих пор не обзавелась Визой, чтобы покупать через интернет самой, – пояснила я, нажав на отбой. – Если найдет билеты – полетим самолетом. Его, полагаю, сложнее отследить?

«Господи, что же я такое делаю? Может, шизофрения все-таки заразна?»

Эдик не успел ничего сказать, так и стоял, с полным непониманием уставившись на меня, а телефон уже зазвонил. Мама как всегда оперативна.

– Отлично! – просияла я, протягивая руку к Эдику и шепотом прося дать паспорт. Не сразу, но он понял, что от него требуется и протянул документ, данные которого я тут же маме и задиктовала. – А… да, хорошо, пока, мы мигом!

– Так, теперь быстро заскочим к маме, отдать дубликат ключей, я как раз его недавно сделала. Она каждый раз переживает за эту растительность, – пояснила я, показывая на подаренные и теперь бережно опекаемые мамой нефролепис, фаленопсис и еще какой-то «-сис». – И в аэропорт. Вылет через четыре часа, впритык, но успеть можно. Паспорт не потеряй, – добавила я, радостно улыбаясь и протягивая ему документ обратно. Эйфория приключения начала меня затягивать. Люблю динамику бытия!

Эдик же напротив вообще как будто отрешился от реальности, покорно последовал за мной из квартиры, так ничего и не сказав, и даже не поинтересовался, зачем я так настойчиво трезвоню в соседнюю.

Наконец-то дверь отворилась, и заспанная лохматая физиономия поинтересовалась:

– Чего тебе? Пожар?

– Вадик, спасай! Вопрос жизни и смерти! – я глянула на Эдика и подумала, что может статься, так оно и есть. – Нам позарез нужно в аэропорт. Я заплачу. Хорошо заплачу. Вадичка, выручай!

– Вот блин, Танька, хоть бы раз так просто, по-добрососедски, что ли, зашла, – изрек Вадик нарочито недовольно и почесал макушку. Я сделала самые скорбные и невинные глазки, на которые была способна. – Ладно, раз уж жизни и смерти. Пять минут хоть дай! – сказал он и захлопнул дверь.

Я мысленно выдохнула, одной, нет двумя проблемами меньше. Запутать след и добраться до аэропорта. И дался же мне этот след!

– Сначала к маме, – пискнула я, когда Вадик наконец-то показался в дверях. Тот, привычный к моим выходкам, только угрюмо кивнул.

С соседом, надо сказать, мне очень повезло. Отучившись вместе со мной пару курсов в универе и то ли бросив, то ли вылетев (кто теперь будет вспоминать), он иногда давал о себе знать в соцсетях. И вот как-то однажды случилось так, что Вадик спрашивал знакомых в этих самых соцсетях, не сдает ли кто квартиру, а я как раз была в курсе того, что хозяйка соседней со мной квартирки подумывает ее сдать. Ну и свела их. А Вадик оказался просто незаменимым соседом: и починить что-то по мелочи, и на машине подвезти. Так что объяснять, что такое «к маме» ему не требовалось. В силу своей в постоянных и срочных разъездах работы я частенько прибегала к помощи обоих.

– А это кто? – Вадик кивнул на Эдика. – Хахаль новый? Что-то он отмороженный маленько. Нет бы на меня, красавца, – Вадик показно выпрямился, выпячивая грудь, – свой взор обратила.

Я, привычная к подобным шуточкам Вадика, рассмеялась. А вот Эдик, что даже удивительно, смерил его таким ледяным взглядом, от которого поежилась даже я. Так посмотрел, будто на шавку беспородную, али на смерда черного. Неожиданно. Обиделся что ли?

С поездкой к маме мы разобрались достаточно быстро, отдали деньги за билеты, ключи и почти сразу уехали. Мама, давно свыкнувшаяся с моим постоянными разъездам, расспросами не донимала, пробок на дорогах в этот час еще не было, так что на самолет мы успели вовремя. А вот дальше началось такое, что в своей удачливости я начала сомневаться.

Глава 2. На юг

В самолете Эдик вел себя невыносимо. Этакая смесь островного папуаса, в жизни не бывавшего внутри «диковинной птицы», иногда пролетающей в небе и сверкающей божественным знамением в отраженных лучах Солнца, и трехлетнего капризного ребенка, тоже не летавшего прежде на самолете. В общем, кошмар и тихий ужас.

Началось с того, что во время взлета ему приспичило в туалет, и уговорить его потерпеть еще немного, пока самолет не наберет высоту и можно будет отстегнуть ремни безопасности, стоило мне воистину титанических усилий. О посматривающих на нас с недоумением пассажирах я вообще молчу. И о том, какие Эдик сделал глаза, когда все-таки посетил сие заведение. Хорошо еще, не пришлось ему туалет на вокзале показывать. Вот там, я понимаю, можно испытать культурный шок.

Потом моему «принцу» не угодил предоставленный обед. Сморщившись, он заявил, что ТАКОЕ есть не будет. А я-то в кафе решила, что он просто не голоден, раз даже не притронулся ни к картошке с салатом, ни к кофе.

Ну а когда Эдику наконец надоело таращиться в иллюминатор и изводить меня своими жалобами вперемешку с невнятными воззваниями к неизвестному божеству при каждой турбулентности, он взял и заснул! Причем так, что проспал до самого приземления и процесс оного в том числе. Чему я порадовалась, но радость моя была не долгой. Разбудить его оказалось далеко не просто, и выходили мы в итоге последними под косые (а от кое-кого и сочувственные) взгляды экипажа.

Но как только нам удалось выбраться в вечернюю прохладу Адлера, Эдик неожиданно переменился. Причем настолько разительно, что от удивления (если не шока) я не смогла проронить ни слова и молча шла за ним.

Без труда отыскав такси, он приглашающим жестом открыл мне заднюю дверцу, а сам разместился спереди. Более того! Судя по тому, что мы сразу тронулись, каким-то чудом умудрился объяснить водителю, куда следует ехать. Правда, я не расслышала, куда именно.

Мелькнула мысль, что все это просто дурацкий розыгрыш. С парочки моих друзей сталось бы такое устроить. Только вот ощущения не обманешь, а они за несколько часов этого странного знакомства обострились до предела. Мне даже порой начинало казаться, что я чувствую то же, что и он. Я не отворачивалась и не кривила гримасы, когда Эдик страдал от того, что хочет в туалет, или искренне, совсем по-мальчишески дивился видом облаков далеко внизу. Я переживала это вместе с ним. А еще не могла ничего поделать с тем, что по неведомой причине с каждой минутой становилась все более небезразлична к тому, что заботит этого черноволосого паренька и чего он сейчас хочет. А вот мои аналитические, да что там говорить, вообще мыслительные способности заметно притупились. До такой степени, что за время этого безумного перелета я так и не удосужилась подумать о том, что мы будем делать по приземлению и куда собственно отправимся в этом хоть и не совсем новом для меня, но все-таки малознакомом городе. Даже когда Эдуард услужливо задрых, я не соизволила пуститься в размышления или обличение собственной психической невменяемости, а просто расслабленно откинулась в кресле и попивала сок. М-да. И вот теперь оказалось, что этот странный, изумляющийся элементарным вещам парень вполне самостоятельно определился с проблемой дальнейшего нашего путешествия.