Екатерина Елизарова – Под светом твоей звезды (страница 16)
Я постарался сосредоточиться и мысленно произнес:
«Мы прибыли, Учитель».
«Я очень рад, мой мальчик. Я не сомневался, что ты справишься. Как девушка?»
«Она… спит. Учитель… эта девушка… Она не совсем то, что можно было ожидать. Женевьева имеет некоторые особенности, странные даже для землян. Неприятные особенности».
«Она жива, здорова и на корабле? Полетела с тобой добровольно?»
«Да, Учитель».
«Это главное, Тей».
Решив, что Учитель не вполне понял меня, я сказал прямо:
«Для поддержания жизни ей необходим приток чужой энергии. На Земле она подпитывалась от других людей. Искала бреши в ауре, нарочно вызывала эмоции, выводящие из равновесия и нарушающие защиту, и забирала жизненные силы. Однако на корабле никого кроме меня нет…»
«Удалось ли тебе понять причину?»
«Полагаю, что да. У Женевьевы полностью отсутствуют привязки к другим людям, которые могли бы подпитывать ее добровольно. Их вообще нет! Но много хуже то, что у нее нет привязки к Источнику».
«Непостижимо. Как же такое могло произойти?» – даже в ментальной связи ощущалось, что Актафий скорее спрашивает самого себя, чем задает вопрос мне.
«Учитель, я предполагал, что девушке потребуется адаптация перед вступлением на Алантаир, но в данном случае… Любая односторонняя подпитка рано или поздно приобретает обратную связь, а это значит, что…»
«Ты прав, Тей. В этом случае взаимообмен неизбежно приведет к отяжелению твоей собственной ауры, и я никогда бы не стал просить тебя о подобном, если бы не кармическая обусловленность. Тебе придется отдать долг этой девушке, забрав и переработав часть тьмы из нее».
«Долг?»– опешил я.
«Да, Тей. Когда-то давно она сделала нечто похожее для тебя».
Мысленные диалоги я обычно вел стоя, такое положение помогало лучше настроиться, не отвлекаться на внешнее и в то же время оставаться в достаточном напряжении. Но услышав то, что сказал Учитель, я сел. Я чувствовал, что ментальная связь еще не оборвана, знал, что Актафий терпеливо ожидает продолжения разговора, но сказать ничего не мог. Я не был удивлен или изумлен, нет, я был ошарашен и оглушен этим известием. Эта странная темная по своей нынешней сути девушка являлась когда-то носительницей чистых светлых энергий? Да еще и настолько близкой мне, чтобы поделиться ими? Разве возможно такое? Что же случилось с ней?
«Мы не знаем этого, Тей, – произнес Актафий, и я понял, что, вероятно, слишком громко думал. Впрочем, я не стремился закрыться от Учителя. – Но обязательно выясним. Сейчас главное – подготовить избранную к жизни на Алантаире, привести ее внутренние токи в хотя бы минимально необходимое соответствие с атмосферой планеты».
«Женевьева плохо переносит мою энергию. Она усваивается, что само по себе удивительно, но причиняет страдания. Мне пришлось усыпить ее, – признался я, – у нее начиналась истерика».
«Я не сомневаюсь, что ты справишься, Тей. Никто кроме тебя не сможет сделать этого».
Уныние – недопустимое чувство, и я всеми силами не позволял ему завладеть мною, но и порадоваться своей участи не мог. Я никогда не отлынивал от работы, не избегал испытаний, да и не знал людей, которым было бы свойственно роптать, однако эта задача представлялась мне слишком сложной, а главное неприятной. Для того чтобы должным образом подготовить землянку не только к высадке на планету, но и к ее положению Стража, потребуется провести очень много времени на корабле…
Глава 10
Проснувшись, чувствовала я себя более-менее сносно. Голова была тяжелой, но не болела, а вот желудок скрутило. Я ничего не ела с самого раннего утра. Со всеми этими перипетиями и стрессами я совсем забыла о таком прозаическом моменте, как хлеб насущный. И что теперь делать?
Вспомнив о собранной в дорогу сумке, я здорово обрадовалась. Я видела, что Тей подхватил ее, создавая вокруг нас с конем капсулы, а в ней, помимо всех моих вещей, имелось кое-что из еды. Надолго этого, конечно, не хватит, но и оставаться на корабле я не собиралась. Только вот, где та сумка? Я огляделась. Ни сумки, ни инопланетянина. Сама я оказалась лежащей на чем-то вроде неширокой кровати, крепящейся к стене в небольшой полупустой комнатке. Зато поблизости обнаружилась другая сумка, маленькая с удобным ремешком через плечо, а в ней целая плитка любимого молочного шоколада! Больше взбодрив себя, чем насытив, половинкой оной, я отправилась на поиски Тейлондера. Сумку и оставшуюся часть лакомства, которая сейчас представлялась едва ли не самым ценным из всего ее содержимого, прихватила с собой. В идеале возвращаться сюда мне не придется. Разрядившись той постыдной истерикой, я поняла одну важную вещь: я не хочу лететь ни на какой Алантаир, не хочу вляпываться ни в какое спасение чужой планеты. В общем-то я вообще ничего не хочу, но отсутствие альтернативы не повод подписываться на сомнительные приключения.
Тей обнаружился в так называемой рубке. Он сидел в кресле и выглядел хмурым и каким-то подавленным. Похоже, не мне одной не нравилась сложившаяся ситуация.
– Тебе надо поесть, – сказал он как только, вынырнув из своих мыслей, заметил меня.
– Где моя сумка? В ней должно быть то, что я покупала поесть в дорогу.
– Она в твоей каюте. Извини, не подумал, что ты не сможешь найти ее и открыть створку. Она в нише в стене. Я могу создать знакомую тебе обстановку, если скажешь, какие именно предметы мебели нужны.
– Не надо ничего делать, Тей. Просто отправь меня обратно на Землю.
Парень переменился в лице и как будто окончательно вернулся к реальности.
– Это невозможно, – твердо сказал он.
– А я почему-то думала, что если лечу, то по своему желанию, значит, это не так?
– Разве ты не согласилась? – удивился он, и в чем-то был прав. Я сама попросила забрать меня, но теперь успела пожалеть об этом.
– Я передумала.
– Послушай, это действительно невозможно. Если бы ты сказала «нет» тогда, на орбите твоей планеты, я бы смог вернуть тебя, но сейчас для обратного прыжка заряда энергоблока не хватит. А технологией его подзарядки я не владею. Так или иначе нам придется опуститься на планету, и до этого момента параметры твоих энергий должны смениться. Твое тело необходимо в достаточной степени перенастроить, чтобы ты могла нормально себя чувствовать на поверхности. Просто смирись с тем, что все произошло так, как произошло. В жизни не бывает случайностей, – совсем тихо добавил он.
«Да, влипла, все-таки влипла. А кто виноват? Ага, сама и виновата».
– Ладно, – устало сказала я. – Что там насчет еды? Припасенного в сумке не хватит даже на один день. А из того, что ты поведал, я поняла, что зависать мне тут придется еще долго, как быть?
– Пищи достаточно. Свежие продукты, в основном фрукты, хранятся в специальной среде, останавливающей все биологические процессы.
– Только фрукты?
– По большей части. Тебе придется привыкнуть не только к иному способу получения тонкой энергии, но и питания.
«Гадство. Я начинаю ненавидеть эту планету. Не хочу! Как меня угораздило?!»
Оценив мою реакцию, инопланетянин (нет, уже нет! Алантаирец!) совсем скис и понуро пошел к одной из перегородок. А я побрела следом, потому что заработать гастрит мне не хотелось.
В почти таком же маленьком помещении, как и моя каюта, стояли стол и два стула. И больше ничего. Дверь предусмотрена тоже не была. Аскетично.
Тей прошел в середину условной столовой, и почти сразу из пола вылез прямоугольный шкаф с множеством полок, покрытых, а при ближайшем рассмотрении пронизанных чем-то желеобразным на вид. Тейлондер сунул руку внутрь и достал пару ярко желтых вытянутых штуковин.
– Это гароты. Садись, – сказал он, указывая на стул, и сел сам.
Инопланетные фрукты на удивление оказались обалденно вкусными и сытными. Съев один единственный гарот, я почувствовала себя намного лучше. Даже настроение повысилось.
Решив, что раз уж застряла на этой космической посудине на неопределенный срок, то стоит обустроиться здесь хотя бы с минимальным комфортом, я все-таки попросила Тея внести некоторые изменения в окружающую обстановку. Например, сделать на стенах в тех местах, где они имели потайные углубления, заметные мне и работающие от прикосновения кнопки. Насколько я поняла, нутро корабля было пластично, и нужные отделения для хранения, мебель и прочее могло буквально вырасти там, где пожелаешь. Но вот разбираться в том, как мысленно отдавать кораблю приказы, а потом запоминать, что где спрятано, казалось мне нереальным. Да и зачем?
На камбузе, как я окрестила это помещение, припомнив корабельное название кухни, вывели из стены краник с водой. Понадобился он мне, конечно, не для того чтобы мыть посуду, которой здесь в общем-то не было. Просто не хотелось каждый раз, когда приспичит попить, обращаться за этим к Тею. Вода, кстати сказать, оказалась не только чистой и прохладной, но и непередаваемо свежей на вкус. Жаль, я быстро поняла, что одной ее мне будет мало, но решение проблемы разогрева и превращения простого H2O во что-то большее отложила на потом.
В моей комнате, точнее каюте, тоже кое-что изменили. Уютнее в ней от этого не стало, но хотя бы по функционалу я теперь могла пользоваться всем самостоятельно. Разбирать вещи я не спешила, но полки для их хранения попросила. Как и привычный на вид санузел, небольшой стол, стул и специальную панельку для регулирования освещения.