Екатерина Дружинина – Метка (страница 10)

– В промежутках занимайся. Или…

– Или? – резко перебила я.

– Или спи со мной.

Это была финальная точка, когда мой бедный мозг коротнул и принял линию обороны.

– И за это платить будешь? – прошипела я. Его глаза хищно заблестели, Родионов цинично хмыкнул:

– Если потребуешь, заплачу.

– Да пошёл ты!!!

Я схватила сумочку и метнулась к выходу.

– Стой! – рявкнул он. Длинные пальцы сомкнулись на моём запястье. – Остынь.

Я выдернула руку, но остановилась.

– Сядь.

Удивительно, но я послушалась. В конце концов, я сама увела разговор не в то русло. Вот только признаваться себе в том, что неожиданное прикосновение сыграло решающую роль в отказе от побега, я не хотела. Просто интересно, что он ещё скажет. Да и ситуация безвыходная. Где ещё я смогу заработать такие деньги? Извини, гордость.

– Подумай, это совсем не сложно. Живи обычной жизнью, делай, что хочешь. От тебя требуются только звонки. Аванс переведу уже сегодня.

Я скрестила на груди руки:

– Зачем тебе это нужно?

Мы смотрели друг другу в глаза. Что он в моих пытался рассмотреть, не знаю, я же хотела угадать его истинные намерения.

– Скажем, у меня личный интерес.

– Личный интерес? – переспросила я.

– Не забивай голову лишней информацией, – посоветовал Родионов и многозначительно добавил: – Меньше знаешь, крепче спишь.

– Ты в курсе, что Конюхов подозревает тебя в серии убийств?

– Ты ему веришь?

Последнюю фразу он сказал с улыбкой. Его что, забавляет сложившаяся ситуация? К тому же, не для того я его об этом спросила, чтобы вместо ответа вопрос услышать. Реакцию увидеть хотела. Растерянность, испуг, злость… Удивление, в конце концов. А ему смешно.

– Ты знал Нину?

– Нет.

– А…

– Никого не знал. И с тобой познакомился случайно.

Раз так сказал, значит, в курсе, что убитые были знакомы. Получается, Конюхов с ним говорил откровенно. Или же вырисовывается не очень хорошая картина. Вот только не верю я, что Родионов – маньяк. Даже несмотря на его необычную, весьма подозрительную просьбу.

– Сколько времени это будет длиться? – похоже, я соглашаюсь на его предложение.

Родионов подал мне мобильник, старую, но надёжную модель.

– Не знаю. Может, месяц. Может, день. Год. Звони всегда с него, в справочнике мой номер.

– Год?!

– Не думаю, что зайдёт так далеко.

– А если всего сутки? Ты готов платить такие деньги за несколько бесполезных звонков?

– Уверяю, они не бесполезные. Они очень важные. Очень. Пожалуйста, запомни это.

– Что будет, если я пропущу время?

– Не стоит этого делать.

– Почему?

Он ненадолго задумался.

– Этого тебе тоже не нужно знать.

– Хм… И когда начинаем?

– Сейчас. Набирай.

Я взяла аппарат и набрала единственный в его телефонной книге номер. Через мгновение у Родионова завибрировал смартфон. Он принял вызов и поднёс телефон к уху. Молчание продолжалось, пока меня не осенило:

– Я в кафе… С… С тобой. Пью кофе.

Он довольно улыбнулся и сбросил вызов.

– Молодец. Только название кафе забыла сказать. И ещё, будь добра, надень вот это и никогда не снимай.

На столе появилась серебряная цепочка с причудливым кулоном в виде спрятавшегося под крыльями ангелочка.

– Это ещё зачем? – кулон мгновенно завладел моим сердцем.

– Считай это маленьким бонусом.

Я надела украшение на шею. На коже, там, где лёг ангелок, появилось приятное ощущение тепла и безопасности. Странное чувство. После я продиктовала реквизиты своей карты, и мы отправились к выходу.

Ночью я спала плохо, потому что боялась пропустить время звонка. Лишь перед рассветом догадалась поставить напоминание. А ровно в девять на мою карту прилетели заветные триста тысяч рублей.

Девятнадцать лет назад.

– Доктор, вы уверены? – Ольга в очередной раз повторила свой вопрос. Не потому, что вердикт мог неожиданно измениться, а потому, что не хватало мужества смириться с такой несправедливостью.

– Сожалею, Ольга Викторовна. Диагноз точный.

Ольга обняла сына, словно хотела защитить от напасти. Пятилетний Николай притих, уткнулся личиком в женские ладони, как спрятался. Вот только от болезни не укроешься, доктор сразу дал понять, что неизлечима она. Всю жизнь теперь на таблетки работать и смотреть, как родная кровинушка в урода превращается.

Почему они? Почему Коленька? Разве справедливо, что её сынок, такой добрый и умный, страдать должен? Зачем наказание такое? Ведь Оля за него всё отдать готова, и жизнь, и совесть.

Она вспомнила, как однажды учила Колю обороняться. Это был второй её урок, но теперь Ольга взяла не куклу, а бездомного котёнка. Он диким был, в руки не давался, но Ольга всё равно его поймала и в детскую принесла, где Коля играл. Сын давно котёнка просил и, когда увидел его, радостно в ладошки захлопал и потянулся к животному. А Ольге того и надо было – вручила дикаря мохнатого сыну, и тот тут же его исполосовал.

– Вот видишь, Коленька, не всегда красивые и пушистые – добрые. И наоборот, тот, кто ужасен снаружи, может оказаться красивым внутри.

Если бы она знала, что слова эти пророческими окажутся… А тогда она хотела, чтобы Коля не побоялся на котёнка руку поднять, ведь если на животном струсит, то что про человека говорить? Но он не смог, просто плакал каждый раз, когда котёнок шипел на него и царапал. Тогда Ольга вспылила:

– Если сам не можешь, тогда я буду тебя защищать! – и она с размаху запустила несчастное животное в стену. Котёнок жалобно пискнул и упал при первой же попытке встать на лапки.

– Мамочка, не надо! – закричал Коля, но Ольгу было не остановить. Чтобы Николай усвоил урок, она рубанула с плеча – схватила котёнка за хвост и ударила об угол. У того что-то хрустнуло, и безжизненное мохнатое тельце обмякло в её руках. Она хладнокровно выкинула его в мусоропровод и пообещала:

– Любой, кто тебя обидит, разделит судьбу этого кота, если только ты не сможешь постоять за себя.

Её урок не прошёл даром. Уже на следующий день мальчуган из соседнего подъезда попытался отнять любимый Колин самосвал. Обидчик действовал уверенно, потому что знал, что Коля парень безобидный и некому за него заступиться, ведь Ольга своей тактике следовала безотказно и в детские споры никогда не встревала. А Коля с опаской на мать покосился и тут же стукнул обидчика по голове. Не больно, просто чтобы видела…

А последующим утром Коля долго спал. Ольга уже начала беспокоиться, и не зря, потому что у её сына поднялась температура. Педиатр, осмотрев Николая, сказал:

– Пневмония. Собирайтесь, мамаша, в стационар.

Это был первый страшный момент в их жизни. Но они справились, не дрогнули. А теперь, вот, другая напасть пришла, непобедимая. А значит, сыночку теперь ещё больше сил понадобится, а ей – мужества, чтобы научить, как за себя постоять. Потому что сверстники не поймут, смеяться будут, что хуже – издеваться начнут. А как не издеваться, если перед тобой урод, не такой, как ты? На уродов всегда набрасываться надо, чтоб своего уродства не замечать.