Екатерина Дибривская – Личное дело майора Власовой (страница 24)
– Что ты делаешь, Юджин? – свистящим шёпотом спрашивает молодая женщина. Красивая, невероятная, которую мне нестерпимо хочется поцеловать.
Что я и делаю вместо ответа.
Соль от попкорна смешивается со сладостью её губ. Идеальное сочетание. Отныне моё любимое.
Я обхватываю рукой её шею, не позволяя отстраниться, кусаю пухлую нижнюю губу, и Ангелина Власова поддаётся. Жар её острого бархатистого язычка пьянит, моментально делает мою кровь горячей и густой, словно огненная лава.
Мир вокруг застывает. Всё становится неважным, кроме этого момента. Кроме жаркого отклика женского рта. Кроме нас, слившихся в поцелуе.
Всего на долю секунды я отрываюсь, чтобы сделать вдох, но Ангелина начинает вырываться.
– Отпусти. Меня. Немедленно.
– Тише, тише, Ангелочек, – бормочу я, целуя её лицо, крепко сжатые губы. Она не поддаётся, и я вынужденно отступаю. – Ладно. Я тебя отпускаю, хоть и думаю, что это последнее, чего ты хочешь на самом деле…
Звонкая оплеуха служит мне ответом. Власова подрывается с дивана и громко хлопает дверью спальни.
Я усмехаюсь и потираю лицо. Невозможная женщина!.. Так и влюбиться недолго!..
12. Ангелина
Хам, нахал и придурок!
У меня просто нет слов, чтобы передать степень моего возмущения небольшим инцидентом в гостиной!
Прижимаю подушечки пальцев к горящим губам, чувствую, как пылают мои щёки, и… крепко зажмуриваюсь. Набухшие соски упираются в плотную ткань, причиняя дискомфорт. Внизу живота тянет, выворачивая градус моего личного напряжения на полную катушку. Так и прибила бы засранца!.. Это настоящее преступление – быть отпетым негодяем и бандитом и целоваться так крышесносно!..
От ярости внутри всё клокочет. Ну почему, почему же это глупое тело реагирует на преступничка-оккупанта? Прав был Власов. Давно нужно было найти приличного мужика для здоровья, глядишь, не оказалась бы в такой идиотской ситуации!
Распиная себя на чём свет стоит, ложусь спать, но сна ни в одном глазу. Так и лежу, стараясь не думать, не вспоминать, не представлять… К чёрту!
Как следствие, утром я не в духе, и это слабо сказано. Можно сколько угодно винить в содеянном очаровательного мерзавца, поселившегося на диване, но кого я обманываю? Сама дура виновата.
Это я позволила себя целовать. Это я ответила взаимностью. Это я отчаянно хотела большего. Форменная идиотка!..
Но сегодня, при свете дня, передо мной стоит непростой выбор. Как вести себя с преступничком Женей дальше? Строить из себя поруганную невинность совсем не в моём стиле. Обсуждать нам нечего. Точка.
На мгновение прикусываю губу, словно нуждаюсь в секундной заминке, а потом выхожу в коридор.
– Доброе утро, Ангелочек! – в видом провинившегося кота из-за угла выглядывает Юджин.
– И тебе не хворать, – усмехаюсь я. Подхожу ближе. Евгений внимательно смотрит мне в глаза. Неужто решил, что я рыдала всю ночь в подушку? Эта мысль меня веселит. – В счёт платы за постой мне потребуется от тебя небольшая помощь.
– Для тебя – всё, что угодно! – ухмыляется он.
Подмывает бросить что-то вроде: «Собирайся и уматывай», но я сдерживаюсь.
– Я еду на рентген, нужно помыть волосы, но одной рукой…
– Не волнуйся об этом, – улыбается до ямочек на щеках мерзавец. – Сделаем всё в лучшем виде.
Судя по его довольной роже, он решил, что я снова буду прыгать перед ним голая. Как бы не так!!!
Разворачиваюсь, закатывая глаза, и иду в уборную. Устраиваюсь на полу, спиной к бортику ванны, запрокидываю голову назад.
Юджин с усмешкой наблюдает за этим. Медленно подходит ближе.
Я думаю, сейчас он встанет сбоку, возьмёт душ и быстренько расправится с этим делом. Но кретин поступает иначе.
Он переступает через меня. Таким образом, я оказываюсь у него между ног. А его пах оказывается слишком близко к моему лицу. О Боже!.. Стоит мне только поднять голову, как я врежусь в этот весьма немаленький бугорок, сокрытый под спортивными штанами. Катастрофа!..
Я закрываю глаза и цежу сквозь зубы:
– Давай уже, стратег.
С мытьём волос Женя справляется быстро, но долго возится с полотенцем, склонившись надо мной. Возится так долго, что я, не выдержав ожидания, открываю глаза.
С сосредоточенным выражением на лице, мужчина пытается соорудить на моей голове тюрбан.
– Брось это занятие, – тихо говорю я. – Шея уже затекла, хочу встать.
Он переводит взгляд на меня. Чуть смещается. В его глазах – пелена порочной страсти. Темнота, намекающая на совсем не невинные желания.
– Если ты меня попытаешься поцеловать… – предупреждающе выдыхаю пересохшими губами, но он опережает продолжение и угрозы.
Стремительно накрывает мои губы губами, каким-то образом умудряясь поставить меня на ноги. До боли кусает, заставляя вскрикнуть от неожиданности, и вторгается в мой рот. Моё сердце взлетает к самому горлу, шумит в ушах. Грубая щетина колет кожу, а горячий шершавый язык напористо атакует мой, лишая кислорода и здравого смысла.
Юджин скользит ладонью под мою толстовку и располагает руку на пояснице, заставляя выгнуться. Наши бёдра врезаются, тогда как место ушиба остаётся максимально далеко от его тела.
Характерным, несдержанным и пошлым движением Женя трётся об меня твёрдой выпуклостью. По моему телу пробегает нервная дрожь. Давненько у меня не случалось таких приключений, когда мужчине до трясучки хотелось прислониться ко мне своей восставшей плотью. И будь на его месте любой другой мужик, я была бы только рада и сама оседлала бы его. Но это же Юджин. Клоун и преступник, которому я априори не могу доверять. Какого чёрта я творю?!
Щипаю его плечо. Он не реагирует. Лишь сильнее давит на поясницу и начинает проникать глубже языком. Который я мгновенно прикусываю и луплю по телу бандита ладонью.
– Ай, блин, – жалобно протягивает он, наконец от меня отцепляясь. Я замахиваюсь. С усмешкой он перехватывает мою руку. – Ты не можешь отвешивать мне оплеухи после каждого поцелуя только потому, что на самом деле не хочешь останавливаться.
– Какой же ты придурок! – раздосадованно закатываю глаза. – Ты мне мерзок и отвратителен, Юджин. Не. Смей. Меня. Целовать. Ты понял?!
– Буду целовать, Ангелочек. – усмехается он, вжимаясь в меня чёртовой дубинкой в штанах. – Пока не растаешь. Пока не сдашься. Я же вижу,
– Знаешь, чем человек отличается от шимпанзе? – протягиваю я. – Наличием более совершенного разума, активной умственной деятельностью. Это мартышки могут полагаться исключительно на зов природы, а человек волен выбирать. И я никогда не выберу такого, как ты. А теперь отпусти и свали с прохода!
Юджин отпускает. Пятится назад с усмешкой на лице. Открывает дверь, выходит в коридор.
– Ты уже почти сдалась, Ангелочек. Потому и бесишься.
Я хватаю первый попавшийся бутылёк, кажется, пену для ванны, и швыряю в зарвавшегося засранца. Он ловко уворачивается, покатываясь со смеху, и скрывается в гостиной.
Я глубоко дышу, чтобы совладать с приступом злости, охватившей от его слов. Какого чёрта он о себе возомнил? Тоже мне, нашёлся неотразимый мачо!..
Назло Юджину – и самой себе! – кое-как натягиваю носки, засовываю ноги в меховые угги, набрасываю на плечи пальто и, громко хлопнув входной дверью, выхожу в подъезд и перевожу дыхание. Меня уже достало это состояние полной беспомощности, и я надеюсь, что сегодня меня избавят от необходимости носить тугую повязку и… торчать в своей квартире в обществе надоедливого оккупанта.
Возле подъезда мнётся Власов, и я хмурюсь.
– Ярик? Ты зачем приехал? – протягиваю вместо приветствия.
– Чтобы убедиться, что ты в порядке. И отвезти тебя к врачу.
Затылком ощущаю прожигающий взгляд, но назло домашнему преступничку дефилирую до бывшего и целую его в щёку.
– Спасибо! Я как раз забыла вызвать такси. Хорошо, что ты не забыл, что мне сегодня на приём.
– Ну разве я мог? – усмехается Ярослав. Он бросает быстрый взгляд в сторону моего окна и неожиданно спрашивает: – Твой…
–
– Не очень-то заметно! Что на тебе? Пижама?
– Это спортивный костюм, – обижаюсь я.
Ярослав вздыхает, поигрывает желваками, очевидно, решая, стоит ли ему по-мужски разобраться с
– Ну ты же знаешь меня, Власов! Задушил заботой, вот и психанула. А то слишком попахивает перспективой щей-борщей всяких, а это – ну совсем не моё!
Постепенно вихрь в глазах Ярослава утихает, и он усмехается:
– Ох, и жалко мне этого бедолагу! Ладно, поехали.
Осмотр, рентген, длительная беседа с травматологом, и наконец я свободна. К сожалению, только от состояния беспомощности и ограниченности, а не от временного сожителя. Но наставления врача о медленной разработке руки, скорое возвращение к работе и тренировкам необычайно воодушевляют меня. Уверена, стоит только вернуться к привычному образу жизни и забить голову расследованием, как все глупости сразу забудутся.