Екатерина Дереча – Прорицатель. Дочь рода (страница 11)

– Ну и чего тебе надо? – недовольно спросила я у тварюшки.

Ответа я не ждала, у хамелеонов нет голосового аппарата и гортани, так что никаких звуков кроме шипения эти ящерки издавать не могут. Но это если говорить об обычных хамелеонах, а не разломных.

– Шх-ш-ррхш, – ответила ящерка, наступила на ловушку и что-то сделала.

Раздвоенные пальцы щёлкнули по полу и деактивировали ловушку. Эта тварь впитала магическое плетение и даже не чихнула. Мне резко поплохело. Магический хамелеон! И где? В моём доме! В моём саду… так, стоп. Откуда-то же этот хамелеон взялся.

– Эм, Жанна, а что ты знаешь о разломных питомцах? – спросила я у подруги не оборачиваясь. Мало ли чего эта ящерка натворит, пока я не вижу.

– Ты серьёзно? Их уже лет двадцать как разводят, даже скрещивают с местными животными, – Жанна, кажется, возмутилась моим невежеством, но мне было как-то плевать. – На Балканском полуострове исследовательский корпус, там в принципе кроме этого корпуса ничего больше нет.

– Я не об этом, – покачала я головой, глядя, как хамелеон лизнул лиану длинным языком, завертел четырьмя глазами в разные стороны и пошлёпал ко мне. – Ты видела, как эта тварюшка моё плетение впитала?

– Есть же магические животные, Яра, – закатила глаза Жанна.

– Я не подумала об этом, – медленно сказала я, опасливо отшагнув от хамелеона. Эта ящерка уже подобралась ко мне вплотную и потрогала мою ногу лапкой. – Ты мне вот что скажи, как тварь в ошейнике могла ослушаться приказа и прийти сюда?

– Это могло произойти только в одном случае… эта животинка признала хозяином другого человека, – Жанна снова пискнула полузадушенно, видимо, от переполняющих эмоций, а я вздохнула.

– А как же ошейник? – уточнила я. Скорее уж я поверю, что хозяин хамелеона отдал ему приказ явиться за мной. Только вот зачем? Ослабить, убить?

– А что с ним? Стал красивой цацкой, тварюшка нашла нового хозяина, – подруга подошла поближе и выглянула из-за моей спины. – Ты посмотри, какая хорошенькая!

– Вот и забирай, – я передёрнула плечами. – Может, он вообще к тебе пришёл.

– Ага, и поэтому хвост на твоей лодыжке скрутил.

Хамелеон высунул язык, попробовал лизнуть меня, но быстро передумал под моим суровым взглядом. Я изучающе посмотрела на эту ящерицу длиной не меньше метра. Что мы имеем? Две пары глаз, матовые зелёные чешуйки с красными пятнышками, пилообразный гребень с острыми шипами и крепкие раздвоенные пальцы, которые уже тянутся к моей талии.

– Отец меня убьёт, – простонала я, понимая, что эта животинка явно принадлежит кому-то из его гостей.

– Ему ещё и выкуп за неё платить придётся… символический… – добила меня Жанна. – Интересно, от кого она сбежала?

– Это мальчик, – поправила я подругу.

– Что? Тебе-то откуда знать?

– Чувствую.

И с чего я вообще взяла, что охрана пропустила бы в поместье кого-то опасного? Видимо, мой поход по горам и бой с тварями временно отшиб мне мозги. Да тут бы уже вовсю выла сирена, а гвардия Войтовых прочёсывала каждый квадратный сантиметр.

Я покосилась на камеры и чуть не хлопнула себя ладошкой по лбу. Даже если бы отец поменял их, лианы бы уже высосали из них всю энергию. Хоть я и проредила эту мини-плантацию, но их стало ненамного меньше. В моём саду не было электричества именно из-за этих лиан, а я вдруг взяла и забыла об этом.

Так что ничего из нашего разговора с подругой никто не услышал. Кажется, я действительно отупела, раз о таких очевидных вещах не подумала. Скорее всего дело в яде пустынного гарука, которым меня накачал Макс.

– Идём сдаваться? – спросила подруга, глядя на то, как я опасливо кошусь на цепкие пальцы хамелеона.

Зря она так скептически смотрит. Я догадывалась, что этот конкретный ящер может выделять яд через поры. Сколько я повидала подобных тварей? А сколько их было убито мной и моим легионом? Я давно научилась классифицировать их, определяя и уязвимые места, и степень опасности.

Кивнув Жанне, я потащилась в гостиную. Хамелеон вышагивал рядом, так и не отпустив мою ногу. Его хвост продолжал обвивать лодыжку, а сам он бешено вращал глазами по сторонам. Если долго смотреть на эти хаотично движущиеся глаза, можно и приступ эпилепсии словить.

Мы вышли к гостиной как раз к разгару спора. Конечно, отец сдерживался, но я хорошо его знала. Судя по голосу, Андрей Войтов сейчас находился в крайней степени бешенства, но правила приличия не позволяли ему орать на всё поместье. Ещё бы: напротив него стояла женщина, явно аристократка.

Я чуть не вывалилась из-за угла, откуда мы с Жанной решили подсмотреть за происходящим. Глянула вниз и вздохнула. Хамелеон не хотел пускать меня в гостиную. А ведь наверняка именно эта самая аристократка, что сейчас чуть ли не визжала, являлась хозяйкой моего нового питомца.

Решив, что лучшего способа, чтобы явиться пред очи отца, не найти, я умудрилась запнуться о тварюшку и прокатиться в гостиную кувырком. Ну я ему ещё припомню это позорное падение! Хамелеон вылетел следом, а Жанна осталась за углом. А ещё подруга, называется!

– Яра?

– Маркуша!

Выкрикнули одновременно отец и бывшая хозяйка хамелеона.

– Ко мне, быстро! – взвизгнула аристократка и отправила магический импульс в ошейник.

Маркуша закатил все четыре глаза и рванул обратно за угол. Оттуда раздался визг Жанны, которую, видимо, сбил этот самый Маркуша, а затем в гостиную ввалилась раскрасневшаяся виконтесса де Берри. Отец учтиво кивнул, а вот аристократка разозлилась. Она снова и снова отправляла магические импульсы, но Маркуша и не думал подчиняться.

– Рад вас видеть, ваше сиятельство, как поживает ваш батюшка? – поприветствовал Жанну отец со всем почтением, на которое был способен.

Этот формализм был предназначен для его гостьи, которая в данный момент мало походила на аристократку. Женщина топала ногами, сжимала кулаки и уже собиралась броситься вдогонку за хамелеоном.

– Благодарю, всё хорошо, – ответила Жанна церемонно, сдув с лица рыжую прядь. – Он передавал вам привет и просил напомнить о совместной охоте в следующем сезоне.

– Спасибо, я непременно буду, можете так и передать виконту де Берри.

Отец не смотрел на Жанну: всё его внимание было приковано к гостье, которая кусала губы, выкрашенные вишнёвой помадой, совершенно не подходившей к её смуглому лицу. Женщина явно имела страсть к соляриям и была похожа на пережаренный тост, а обесцвеченные волосы дополняли её ужасный образ.

– Позвольте вам представить мою невесту, баронессу Людмилу Свиридову, – отец указал на женщину, прищурился и сжал губы. – Дорогая, познакомься, это виконтесса Жанна Луиза де Берри и моя дочь Ярина Войтова.

Баронесса присела в реверансе перед Жанной, а я услышала отчётливый треск ткани. В таких узких юбках уж точно лучше не приседать. Хотя вряд ли Людмила Свиридова планировала знакомиться с кем-то сиятельным. Наверняка это платье с глубоким вырезом предназначалось для соблазнения отца.

Но Андрей Войтов оценивал женщин с точки зрения полезности. Для удовольствий у него были любовницы. Целых четыре. Я очень хотела их увидеть хотя бы для того, чтобы убедиться, что они все «разной масти». Отец коллекционировал лошадей именно по масти, а женщины для него – те же лошади.

– Я безмерно счастлива… познакомиться с вами, – на выдохе пролепетала баронесса, бросила на меня косой взгляд и повернулась к отцу. – Андрей, мой Маркуша перестал слушаться меня.

– Эм… об этом я и хотела сказать, – я прочистила горло и посмотрела в прищуренные глаза отца. – Этот хамелеон пришёл в мой сад и выбрал меня хозяйкой…

– Фх-фух, – Свиридова шумно выдохнула воздух и надула щёки. – Это… это… просто возмутительно! Да ты знаешь, кто подарил мне Маркушу?! Он стоит целое состояние! Я не позволю!

– Вы забываетесь, баронесса, – холодно отчеканила Жанна. – Я готова свидетельствовать, что выбор животного был добровольным.

Она добавила в голос ещё больше холода. Если бы я не была уверена в её огненном даре, задумалась бы о том, что её предки породнились с ледяными магами Пустоши.

– Более того, непременно расскажу знакомым о невоспитанности и несдержанности местной аристократии. Мы – цвет нации, гордость Империи, высшая кровь. Такое поведение недопустимо.

– Но это же… разломный хамелеон, – всхлипнула баронесса и капризно топнула ногой.

– Именно. И, согласно закону о защите магических существ, теперь он принадлежит Ярине Войтовой.

Жанна была холодна и прекрасна, как и подобает истинной аристократке. Иногда я завидовала способности подруги, которая легко включала режим высокородной стервы. Я так не умела. И тем удивительнее было то, что эта девушка стала близкой подругой Ярины. Мне она перешла по наследству, так что я была очень рада такому бесценному подарку судьбы.

Дальше виконтесса напомнила Людмиле Свиридовой, что выбор хозяина разломными животными случается крайне редко, но во всех случаях такие питомцы умирают медленной смертью, если их разлучают с новым хозяином. Это я знала и так, хотя обрывки памяти Ярины в который принялись хаотично метаться.

Хорошо, что отец был занят тем, что успокаивал свою невесту и важничал, иначе бы он заметил, как моё лицо перекосило. Память Ярины ускользала. Я неделю провалялась в лихорадке, не тренировала ни тело, ни магию. И это помогло усилиться Хаосу. Он начал разрастаться во мне, набирать силу и чуть не уничтожил воспоминания девочки, без которых мне пришлось бы несладко.