Екатерина Давыдова – Журавли, синицы (страница 5)

Та легко посмеялась:

– Нет. Мой папа тоже организатор. Он и папа Саши дружат.

– Понятно, – глупо улыбнулась гостья.

– У такого, как он, не может быть подружки. По крайней мере, постоянной, – заявила Вика и подвела Серебрянникову к двум мужчинам, которые только закончили разговор с одним из благотворителей званого вечера. – Папа, Алексей Анатольевич, это моя подруга Роза. Она пишет статью для одного журнала и хотела бы взять у вас интервью.

– Здравствуйте, – взволнованно улыбнулась та.

– Друг моей дочери и мой друг, – голубоглазый мужчина с седыми волосами протянул девушке большую и крепкую ладонь, – Игорь Вячеславович.

– Очень приятно. – Она пожала руки мужчинам.

– Не теряйся. – Вика, тепло коснувшись плеча Серебрянниковой, скрылась в коридоре.

– Почему вы решили организовать выставку Арины Роговой? – обратилась Роза к мужчинам.

– Арина мой давний друг, – ответил Алексей Анатольевич. – Я уважаю ее творчество. Она проделала трудный путь от выпускницы кафедры дизайна до известного во всем мире художника. К тому же, – мужчина бережно окинул взглядом висевшую рядом картину, – она использует в своем творчестве только натуральные материалы, переработанные холсты и антикварные рамы. Таких людей нужно показывать и ставить в пример, что я и делаю, принимая в своем доме гостей и давая им возможность стать ближе к высокой живописи. Это эксклюзив.

Девушка согласно кивнула, дописывая в блокноте слова мужчины.

– Для меня Арина Рогова – профессионал своего дела, – сказал не спеша Игорь Вячеславович. – Она невероятно интересная и даже, я бы сказал, неординарная личность. Это можно видеть и в ее картинах. Сколько в них экспрессии и души. Я наблюдаю в каждой из них Арину. Она оставляет в мире искусства свой неповторимый почерк, с которым обязаны познакомиться и другие люди.

Роза, закончив конспектировать полученные от организаторов тезисы, почтительно отметила:

– Спасибо за ваши комментарии! Я бы хотела еще поговорить с самой Ариной Роговой. Было бы замечательно взять и у нее интервью.

– Она скоро приедет, ее самолет задержали. Вы же никуда не спешите? – не настаивая, уточнил Игорь Вячеславович.

– Нет, вовсе нет. Я пока посмотрю картины. – Роза отошла в сторону картин художницы, украшавших алебастровые стены дома…

Презрительный взгляд Саши не отрывался от однокурсницы, которая любезно беседовала с организаторами вечера. Она заинтересованно гуляла вдоль картин, попутно разговаривая с гостями выставки. Развалившись на диване вальяжнее, он потянулся за очередным бокалом игристого напитка, но среди оставленных им на столике шести бокалов не было ни одного наполненного шампанским.

– Вновь вздумал меня позорить? – над ухом парня раздался змеиный шепот отца.

– О, папуля. – Парень раздвинул ноги и откинулся на диван, задев ладонью рядом сидевшую леди. Та отодвинулась ближе к своему кавалеру, свысока посмотрев на нарушителя спокойствия. – Крутая вечеринка…

– Я просил тебя вести себя прилично. – Старший Козлов побагровел от гнева.

– Что-то… не так… Алексей Анатольевич? – Саша улыбнулся мужчине во весь рот.

– Быстро иди наверх, – незамедлительно приказал отец.

– Боитесь, что я заплюю пол? – младший Козлов повысил голос.

Некоторые из рядом стоявших гостей начали на него оборачиваться.

– Я вроде… не так много выпил. – Он уставился на стоявшие рядом пустые бокалы. – Я знаю… я не настолько идеален, я не настолько умен, как вы, – его язык заплетался в словах.

– Александр, сейчас же иди в свою комнату, – настойчиво повторял отец, указывая сыну на лестницу.

– Зачем? – Саша, встав, едва не упал на стеклянный столик.

Мужчина, сидевший рядом, приготовился его ловить, но парень устоял на ногах и выпрямился.

– Я стою. Стою. – Младший Козлов смотрел на отца сверху вниз. – Я не хочу никуда идти, – он, взмахнув руками, едва не толкнул мимо проходившего официанта, – мне и здесь нравится.

Алексей Анатольевич проскрежетал:

– Александр…

– Давайте. – Саша нагнулся и подставил щеку. – Ну, ударьте меня. Снова. – Парень ткнул кулаком себе в скулу: – Во-о-от сюда. Ну же.

Алексей Анатольевич зло смотрел на сына, сжимая ладони. Стиснув зубы, он совладал с собой и разжал руки, ослабляя каждый мускул своего твердого непоколебимого тела.

Гости изредка поглядывали на них, деликатно отводя взгляды, когда продолжать пялиться становилось совсем неприлично.

– Что, не хотите? – спросил Саша шатаясь. – Ну, извините.

– Александр, – спокойным, но настойчивым голосом продолжил Алексей Анатольевич, – иди в свою комнату. Сейчас же.

– Ну, ладно. – Он пожал плечами, развернулся и поплелся к лестнице. – Подумаешь. Вы все такие скучные. – Он, ткнув пальцем в случайных свидетелей их семейной повседневности, направился на второй этаж.

– Простите поведение моего сына, – учтиво обратился Алексей Анатольевич к гостям. – До сих пор переходный возраст, бунтует.

Присутствовавшие вернулись к своим беседам как ни в чем не бывало.

Роза, настороженно провожая нетрезвого однокурсника, сжала блокнот в руке. Колпачок ручки, которую девушка держала в ладони, щелкнул…

Когда приехала Арина Рогова, ее встретили аплодисментами. Во время автограф-сессии, дождавшись своей очереди, Серебрянникова заговорила с художницей, которая с радостью ответила начинающей журналистке на ее вопросы.

– Повторите, из какого вы издания? – спросила женщина, гремя браслетами на тонких запястьях.

– «Искусство», – напомнила девушка, закончив исписывать блокнот возникшими в ходе диалога инсайтами.

– Долго вы там работаете? – с легкой улыбкой на тонких губах уточнила Арина.

В ее узких, выдававших азиатские корни глазах читалось нескрываемое любопытство.

– Сегодня пробный день, – не веря своим словам, ответила Роза.

– Получается, сюжет про меня станет для вас дебютным? – Художница поправила на кончике носа очки из последней коллекции известного итальянского модельера.

Девушка кивнула.

– Надеюсь, у вас получится произвести положительное впечатление на Дмитрия. Для получения журналистского опыта с ним необходимо поработать. – Протянув ей визитку со своими контактами, Арина согласилась сфотографироваться с одним из поклонников собственного творчества.

После недолгого, но увлекательного интервью Роза нашла Вику. Та неустанно вела оживленную беседу со своими знакомыми. Когда они удалились, Серебрянникова, переступив через свою робость, подошла к Вике.

– Ну, как? У тебя достаточно материала для статьи, которая произведет фурор? – живо поинтересовалась та.

– Еще как! – улыбнулась Роза. – Спасибо тебе большое.

Вика улыбнулась ей в ответ.

– Пойдем, я познакомлю тебя с братьями и мамой, – предложила она, направляясь в сторону гостей.

– Мм… – Роза замялась. – Уже поздно. Мне следует вернуться домой, чтобы родители не беспокоились. Прости.

– Тогда попрошу, чтобы тебя отвезли, – просто сказала Вика.

– Кого? – пришла в недоумение Серебрянникова, вскинув тонкие брови.

– Нашего водителя. – Вика, достав айфон из маленького атласного клатча, набрала нужный номер. – Мы еще не скоро вернемся домой, – добавила она, ожидая ответа на звонок. – Что? – удивилась она в ответ на мимолетную радость, отразившуюся на лице Серебрянниковой.

– Ничего. – Та покачала головой, расплываясь в улыбке. – Ты прикольная.

– Прикольная? – переспросила Вика, искренне умиляясь ее словам. – Ты не теряйся, Роза. Давай и дальше общаться.

– Было бы неплохо, – согласилась Роза.

Саша проснулся в своей комнате на разбросанных подушках и съехавшей с кровати простыне. Его голова раскалывалась от тупой боли, не вызывавшей удивления.

Парень сел на край матраца и протер ладонями лицо. Его затуманенный взгляд пал на парадные туфли, валявшиеся у входа, на пиджак, неряшливо свисавший с ручки двери. Он провел руками по помятым в беспамятстве рубашке и штанам.

Саша медленно прикрыл тяжелые веки, в красках вспоминая вчерашний вечер.

– Вот черт, – прошипел он.