Екатерина Давыдова – Журавли, синицы (страница 16)

– Твоя подружка не заревнует? – спросила она, подняв одну бровь.

– Она мне не подружка, – фыркнул парень, заглянув в разрез ее блузки. – Ты надела пуш-ап?

– Грудь – единственное, что ты ценишь в девушке? – сощурившись, хмыкнула Серебрянникова.

Козлов, томно облизнув губы, улыбнулся только шире.

– Забыла? – Он, откинув невесомую ладонь девушки, коснулся воротника ее блузки и проворно расстегнул три верхних пуговицы, обнажая ложбинку плоской груди Розы. – У нас уговор. Или мне выложить то фото?

«Успокойся, Роза. Это всего лишь пуговицы», – прошипела про себя девушка, сохраняя невозмутимость во взгляде.

– На нас люди смотрят, – вновь заговорила она, заметив несколько внимательных глаз, обращенных к ним. – Хочешь, чтобы к понедельнику все считали меня твоей новой игрушкой?

– Я люблю внимание, Роза. – Он, коснувшись ее распущенных спиральных локонов, задумчиво усмехнулся.

Щелкнув однокурсницу по носу, Саша вернулся в танцующую толпу.

Девушка не отводила от него испепеляющего взгляда, пока тот все дальше и дальше скрывался в безудержном скоплении людей.

«У невкусной конфеты обертка всегда ярче», – подумала про себя Серебрянникова, вспоминая, как еще пару секунд назад парень касался пуговиц на ее груди…

От собственного стыда девушка почувствовала, как защипало в уголках глаз. И она бы заплакала, если бы в этот момент к ней не подошел Андрей.

– Чего грустишь? – Он машинально бросил открытый взгляд на ее декольте, но тут же перевел его на лицо Розы.

– Я никого здесь не знаю, – уныло проронила она и застыла на месте, вспоминая о стаканчике, который практически сжала в дрожавшем кулаке.

– А как же я? – осторожно спросил барабанщик, и его симпатичное лицо осветила теплая улыбка.

Роза неосознанно улыбнулась и сама.

Сегодня на нем были его привычные красные конверсы, приспущенные «вареные» джинсы, а вносила финальный аккорд в хулиганский образ футболка с бульдогом. Свои рыжие, красные при тусклом свете волосы он забрал под тонкую шапку.

– Ты хорошо выглядишь, – нарушила неловкую паузу между ними Серебрянникова.

Он удивленно осмотрел себя и посмеялся.

– Ну, да, – буркнул парень, поглядев на свои джинсы сзади. – Мой потрясный зад при мне.

Роза тихо посмеялась, а Андрей ее поддержал.

– Я рад, что ты пришла, – произнес он по-особому ласково.

Он оглядел девушку, подмечая, что вместо достаточно строгой формы она была одета в обыкновенную повседневную одежду: ее худые ноги обтягивали классические джинсы, на груди была расстегнута блузка с широким длинным рукавом. Из обуви она предпочла надеть обычные черные сникерсы.

От неосознанного любования Андрея отвлекли.

– Чувак, привет. – Знакомый, обняв его, постучал парню по плечу. – Вечеринка улет.

Барабанщика окружили другие люди. Они говорили со своим кумиром, не скрывая собственной любви к нему и дорогого для парня признания…

Обнимаясь в углу, Саша и Оля чрезмерно откровенно целовались, а его непоседливые руки задирали ей подол короткого платья и настойчиво лезли в ее нижнее белье.

– Может, пойдем наверх? – предложила она сквозь поцелуй, когда проворные пальцы парня зашли дальше приличного. – Запремся в одной из комнат.

Козлов, дотронувшись до заднего кармана джинсов, приоткрыл глаза и увидел недалеко стоявшую Вику.

Она разговаривала с незнакомым ему юношей. Ее длинные пальцы крутили золотые кудри, а объемный бюст то опускался, то поднимался от частого смеха.

– Подожди здесь. – Саша, резко отстранившись от Оли, прошел к подруге и, схватив ее за руку, увел недалеко от танцевавшей толпы.

– Эй, – воспротивилась Вика, выдернув локоть из цепкой ладони друга. – По-моему, это переходит все мыслимые и немыслимые границы, – с легким возмущением прекословила она.

– Я хотел с тобой поговорить, – сквозь шум сказал он. – Насчет мамы.

– По-моему, здесь не лучшая обстановка, – заметила Вика смягчившись. – Может, после? Заодно подвезешь меня.

Саша, напрягшись, посмотрел на Олю, которая уже танцевала с другим парнем, и, недолго думая, накинув на плечи Никольской свою джинсовую куртку, вывел ее на улицу.

На свежем воздухе было довольно прохладно для начала октября. Вдалеке, вдоль мирной глади моря, солнце садилось запоздало, будто в замедленной съемке на камеру. На фоне шумной музыки, разрывавшей коттедж, вне дома было тихо и ладно.

– Помнишь те секретные файлы? – уточнил парень.

– У тебя получилось их извлечь? – Вика укуталась в его куртку.

Волны ветра приподнимали ее широкую юбку с принтом в виде журавлей, искавших яркий диск солнца над своими головами.

– Да, и то, что я там нашел, крайне странно. – Саша, присев на ограждение, не отпускал отрешенным взглядом птиц, которые плыли по воздушной юбке девушки, будто по безмятежному небу.

Вика, подойдя к нему, присела рядом, приглаживая разлетавшуюся ткань на коленях.

– Один файл – ее ежедневник. Все, что он в себе содержал, я уже и так знал. У мамы был достаточно плотный график, и ей удавалось совмещать свою активную преподавательскую деятельность со светской жизнью…

Парень резко замолчал, обдумывая в голове созревшие мысли.

– А второй файл? – спросила Вика, поправляя кудри, развевавшиеся в разные стороны.

– Это статья про науку в Древней Греции, – сказал Саша. – Я прочитал ее, но ничего не нашел. Я придирался к каждому слову.

– Ты мог что-нибудь пропустить? – уточнила девушка.

– Вполне возможно. – В сгустившихся осенних сумерках взгляд Козлова мерцал подобно костру. – Может, ты поможешь? Она на английском.

– Если это важно для тебя. – Никольская тепло улыбнулась.

– Важно, – усмехнулся Саша.

– Тогда помогу. – Она кивнула, наклоняя голову в его сторону.

Когда они вернулись обратно в коттедж, Вика отдала куртку другу, открывая свои круглые плечи.

– Но домой ты меня отвезешь, – наказала она ему и вернулась к временному ухажеру.

Козлову не составило труда найти свою спутницу, которая уже летела к нему на всех парах.

– Как Вика? – поинтересовалась она играючи.

– Ты точно хочешь сейчас спросить меня об этом? – Он, подхватив Олю за талию, понес ее в неоднородную массу танцевавших.

– Может, все-таки поднимемся наверх? – притворяясь обеспокоенной, спросила она, когда парень опускал ее на пол.

– Малыш, нужно сначала разогреться. – Он взял Олю за руку и энергично задвигался, закручивая девушку в произвольном танце. – Ты же в таком офигенном платье, нужно похвастаться им.

– Вообще-то я надела это офигенное платье, чтобы ты его с меня сорвал, – подняв вздернутый носик, капризничала та.

К парочке протиснулись Паша и Рустам.

– А я-то думал, вы решили погрустить дома, – саркастично произнес Козлов, пожимая им руки.

– Размечтался, – ответил Рустам, ухмыляясь. – Это ты у нас догоняешь отличников.

Саша натужно посмеялся, а затем спросил:

– А где девчонки?

– Моя пошла курить, – слегка равнодушно ответил Паша.

– А я пришел один, – скучающе подхватил Рустам и обратился к своему всегда неизменному спутнику. – Но я могу побыть твоей подружкой, пока твоя курит.