Екатерина Боровикова – Новая эпоха (страница 19)
— Стойте! — От колокольни, пошатываясь, спешила Ксения. — Предлагаю сделку!
— Скотина, — процедила сквозь зубы Даша, — мог бы и не развязывать.
— Мог бы. Но было бы не так интересно, правда? — Рядом с куполом искренне улыбалось существо, похожее одновременно на человека, козла и свинью.
Соня вздрогнула — таких она никогда не видела, а вот Слава закатил глаза и вздохнул, пробормотав: «Нигде от них житья нет».
Судя по отсутствию изменений в поведении мародёров, чёрта видела только пленённая троица.
Один из бандитов знал русский язык. Он перевёл вопли настоятельницы, и главарь с интересом на неё уставился.
А женщина, подойдя поближе, окинула холодным взглядом стоящих под куполом и утратила к ним интерес. Выпрямилась, напомнив осанкой императриц прошлого, и заявила:
— Я отдаю вам этих идиотов, а также всех, кто прячется в храме. За это вы не трогаете меня и доставляете в первое попавшееся поселение.
Фразу перевели. Главарь удивлённо вытаращил глаза, а через секунду рассмеялся.
Он хохотал так легко и радостно, что проняло даже чёрта.
— Глупенькая. — Вздохнул он. — Можно подумать, эти молодчики сами это всё не смогут взять.
Вслед за шефом захохотали и остальные. Аристархова побледнела и сделала шаг назад.
— Он не достанет прихожан. Ты ведь сам, как я понимаю, огонь на крыльце забабахал. Ведь так? — Спросил Коваль.
Чёрт с интересом уставился на мужчину. Потом обратил внимание на шрамы, украшавшие коротко стриженую шевелюру, и внезапно сказал:
— А я тебя знаю. Веня много чего рассказывал. Ты Слава. Заноза в заднице.
— Отличный комплимент от нечистого. — Улыбнулся одними губами Слава.
Настоятельнице заломили руки за спину и подвели к вожаку. Чёрт наколдовал невысокую табуретку и пристроился рядом с невидимой клеткой.
— Комплимент, не комплимент, но тебя и твою родственницу мы хорошо знаем. А по поводу твоего вопроса — да, под защитой. Но сдаётся мне, ненадолго. Сейчас сам поймёшь.
Аристархова умерла мгновенно — без поддержки чёрта её жизненная сила легко оказалась во власти Конрада. А затем женщина тряпичной куклой увенчала гору трупов.
Соня смотрела на то, что осталось от человека, железной рукой управлявшего Родником Веры столько лет, и не понимала, почему из глаз текут слёзы.
Что творилось в Дашиной голове, никто не смог бы сказать.
Маг очень хотел заставить защитников наблюдать за гибелью местных жителей. Особенно ту, крупную, женщину. Она убила четверых меньше, чем за две минуты, в том числе Леона, и это приводило Конрада в бешенство.
Но главный фридомец уже понял, что не сможет справиться с огненной преградой. Кто-то из этих троих поставил защиту, а значит, сначала придётся убить их. Возможно, тогда огонь исчезнет.
Если убийство не поможет, это будет катастрофа. Как достать крысок в таком случае, мужчина не представлял, а Свободные не должны сомневаться в могуществе предводителя.
Несмотря на внешнее спокойствие, Конрад довольно сильно нервничал и, как обычно, заорал на «подданных»:
— Что расслабились! Забыли порядок действий? Этих убрать! Да пули экономьте, придурки!
Свободные засуетились и продолжили грабить. Переводчик, судя по произношению, земляк, поднял автомат и извиняющимся тоном сказал:
— Даю минуту. Попрощайтесь друг с другом.
— Ой, какая незадача! — Хлопнул вдруг козлоногий себе по волосатому лбу. — Прошу прощения, Дарья Степановна, так неудобно получилось! Договор-то наш — тю-тю! Форсмажор, да уж. Никто не виноват — ни вы, ни я. Просто обстоятельства, знаете ли.
— Что ты там блеешь? — Даша прищурилась. Она старательно игнорировала автомат. А вот мародёр удивлённо наблюдал, как пленники, вместо того, чтобы рыдать и обниматься, старательно разговаривают с пустым местом перед куполом.
— Я говорю, в контракте указано — все жители прихода должны быть живы, тогда я забираю вас и Аристархову после боя. После. А настоятельница технически тоже была прихожанкой. Как-то так. Обстоятельства изменились, контракт нужно перезаключать, значит, предыдущие условия аннулируются. Неустойка не предусмотрена, так что прощевайте.
Чёрт хлопнул в ладоши, и огонь перед храмом исчез. Даша, выплюнув грязное ругательство, попыталась прыгнуть на нечистого, но, естественно, магическая преграда держала крепко.
Парень с автоматом решил, что бросились на него и выстрелил.
— Не смей! — Крикнул Конрад. Он первый увидел, что проблема на крыльце исчезла, и быстро сообразил, что помучить женщину всё же получится. — Отменяю приказ!
Во дворе взревел десяток возбуждённых глоток. Казнь откладывалась.
— Нет бы, спасибо сказать за отсрочку. Ещё кидается. — Почему-то обиженно пробубнил козлоногий и исчез.
— Дарья Степановна! Не волнуйтесь, сейчас всё будет! — Кривицкая стояла на коленях перед дьяконшей и пыталась насобирать в себе достаточно сил для лечения. Но из-за волнения пока не получалось.
Пуля прошла навылет, прошив правый бок. Тёмная, почти чёрная кровь медленным, но нескончаемым потоком вытекала из раны.
— Уйди, я сама! — Прошипела женщина. Сейчас было не до секретов, и она, как уже не раз за эти годы, собрала всю клокотавшую в душе злость и направила туда, где поселилась боль.
Соня рефлекторно качнулась назад — она никак не ожидала, что рана так быстро затянется без её, целительского, вмешательства.
— Дарья! Вы уникум! — Восхищённо прошептал Коваль. — Просто мечтаю познакомить вас поближе с некоторыми людьми!
— Не до того сейчас, чужак. Думай, как нам выбраться!
А в это время, позабыв о пленниках, Свободные со страхом и трепетом наблюдали, как их предводитель, не прилагая видимых усилий, разносит уже не неприступную церковную дверь в мелкие щепки. Потом, повинуясь короткому приказу, одиннадцать человек ворвались в храм. Соня в полуобморочном состоянии слушала крики, выстрелы и плач. Даша, словно и не лежала только что на земле, металась вдоль преграды, словно дикий зверь.
Прихожане не сдались без боя. Правда, обмен был неравнозначный — на пятнадцать погибших жителей Родника пришлось всего трое мёртвых мародёров, и, в конце концов, людей, словно испуганное стадо, выгнали на улицу. Женщин было мало, дети и вовсе отсутствовали. Хромушка почувствовала облегчение — сообразили-таки спрятать самых слабых в подвале церкви. Может, хоть кто-нибудь сможет выжить.
Координация действий фридомцам была не нужна. Они прекрасно знали алгоритм — убить всех, кроме двадцати женщин и мужчин — их ждал кузов грузовика. С женщинами, кроме этого, можно развлечься. Но уже после того, как основные задачи будут выполнены.
По указке Конрада из толпы людей вырвали первого попавшегося человека. Им оказался Жорж. Дьякона подвели к куполу — мужчина был настолько испуган и растерян, что даже не обратил внимания на Хромушку и Коваля, которых здесь не должно было быть.
Конрад достал из кармана пистолет, улыбнулся и выстрелил Жоржу в висок, глядя при этом в глаза Даше. Переводчик не понадобился — женщина поняла всё без слов.
Коваль ругался сквозь сжатые зубы, Соня молча плакала, а к куполу уже тащили дядьку Тихона.
Едва главарь вновь поднял пистолет, за забором появился звук. Низкий, вибрирующий, вызывающий древний, первобытный страх в душах людей. Замерли все — и нападавшие, и покорённые.
Сквозь разбитые ворота во двор хлынула волна зверей.
Мускулистые, одичавшие собаки бежали бок о бок с невысокими и стремительными волками. Рядом с извечными врагами похрюкивали клыкастые вепри. Выстрелы не смогли остановить напор, и спустя несколько мгновений мародёры спасали свои жизни по старинке — бегом.
Троица под куполом не сразу поняла, что животные не трогают прихожан, равнодушно обтекая замерших в ужасе людей.
Из Свободных не ушёл никто. Спустя десять минут звери тем же путём покинули храм. Запоздал лишь один волк — он сосредоточенно тащил чью-то отгрызенную ногу.
Панически трясущийся Конрад за наспех поставленной защитой тоненько скулил от страха.
— Славк, сколько можно?! Взрослый мужик уже! Почему ты вечно вляпываешься! — У купола стояла чуть полноватая светловолосая женщина. Её взгляд не предвещал ничего хорошего.
Глава 8.1
Вера сунула в рот хныкающему малышу сосок и умоляюще сказала:
— Хромушка, ты твёрдо решила? Мы же без тебя не справимся.
В приходе царили суета, страх перед будущим, растерянность и одновременно с этим деловитая собранность, слаженная работа и активный пересмотр жизненных приоритетов сообщества. Соня полчаса назад поняла, что сходит с ума от навалившихся дел, к тому же нога, весь день не дававшая о себе знать, разболелась так сильно, что девушке хотелось оторвать конечность и выбросить за забор. Поэтому Кривицкая спряталась ото всех в библиотеке. Правда, в одиночестве побыть не удалось — следом пришла Верочка.